Татьяна Талова - Сказка о волке

— Бриана… — девушка невольно вздрогнула. — Мои руки мерзнут даже здесь, у огня…

Конрад протянул руку — и действительно, щеку Брианы обожгло холодом! Нельзя и подумать, чтобы у человека были такие холодные пальцы!

— Они ледяные! — невольно воскликнула Бриана. — Почему? — А ведь еще старая нянька, рассказывая сказки, строго наказывала — если кого-то боишься, никогда не задавай ему вопросов! А то как бы не стало еще страшнее…

Конрад нахмурился — и вдруг Бриана поняла, почему. Ведь господин Грим ничего не сказал — как же можно говорить, не раскрывая рта? Ведь он просто молчал, глядя на свою невесту. А голос, этот усталый холодный голос, назвавший ее по имени, Бриане только почудился… И ледяное прикосновение — тоже.

Конрад пожал плечами в ответ на ее глупое восклицание и произнес почти весело, словно бы и не заметив ничего:

— Вы немного ошибаетесь, моя дорогая, — господин Грим криво усмехнулся и рассеянно погладил медвежий мех. — Я часто и подолгу нахожусь на холоде, но я привык. А вот вам бы, пожалуй, следовало связать что-нибудь теплое для себя…

— Отец говорил, вы с юга, — удивилась Бриана. — Разве нет?

— Не совсем, — мягко улыбнулся Конрад. — Мой дом… наше графство, оно очень далеко. И там гораздо холодней, чем даже здесь.

Конрад решительно поднялся.

— Рад был поговорить с вами…

— Где это? — почти выкрикнула Бриана, чувствуя смутную тревогу.

— Очень далеко, — уже отвернувшись, повторил Конрад.

Уже у дверей он оглянулся и добавил:

— Я отвезу вас туда. Скоро.

— Ох, Бриана! — буквально через минуту в зал влетела Эрин. — Вы поговорили, так? Я видела его на лестнице, он улыбался…

— Да… да, Эрин, мы поговорили… Он сказал, что живет очень далеко.

— Далеко-о? Ну, думаю, я все равно смогу к тебе приезжать, — Эрин обняла бледную сестренку. — Как же тебе все-таки повезло!.. Бриана, ты заметила, какие у него глаза? Такие темные, такие…

— А я и не знала, что карие глаза могут быть такими холодными… И пустыми.

— О чем ты? — Эрин недоуменно взглянула на младшую сестру.

— Эрин… Эрин, я не хочу уезжать с ним! — слезы брызнули из глаз, едва Бриана вспомнила про ледяное прикосновение. Бриана понимала, что ничего этого не было, но и поверить в то, что это померещилось, тоже не могла. — Эрин, родная моя сестричка, я не хочу… Я его боюсь…

Эрин, уверенная в том, что это лишь временное помешательство, вызванное внезапностью предстоящей свадьбы, успокаивающе гладила младшую сестру по голове и повторяла, что все будет хорошо.

Ночью Бриане стало еще страшней. За дверью чудились чужие шаги. До полуночи она так и не смогла заснуть, прислушиваясь к каждому шороху. А надо сказать, раньше посторонние звуки никогда не мешали ей спать — ведь замок всегда жил своей жизнью, наполненный шорохами, свистами и скрипами старого-старого здания, и Бриана привыкла засыпать под них.

— Ну же, Бриана, ты ведь никогда не была трусихой! — прошептала Бриана сама себе, стараясь успокоиться. — Не может ведь твой жених стоять у тебя под дверью! Это… это глупо! Какой бред, честное слово!..

Наконец Бриана рывком села в постели.

— Это бессмысленно, — устало продолжила она говорить сама с собой. — Я и так уже почти что принадлежу ему. Зачем господину Грим бродить ночью по нашему замку?.. И чтобы сейчас же перестать волноваться, я пойду и открою дверь!

Непроизвольно Бриана сказала последние слова гораздо громче. Так, чтобы человек за дверью мог услышать и уйти. Так, чтобы не пришлось вновь сталкиваться лицом к лицу с Конрадом Грим.

Бриана быстро — пока не исчезла решимость — соскочила на пол, подбежала к двери, отодвинула маленькую щеколду и дернула резную ручку. Облегченно выдохнула, когда увидела, что в коридоре никого нет. Но как же холодно! Нет, понятно, что зимой в непротапливаемых коридорах не может быть тепло, но не до такой же степени! Бриана закрыла дверь и побежала по коридору к комнате сестры, замолотила в дверь руками.

— Что случилось? — раздался встревоженный голос Эрин, и через мгновение дверь открылась. — Бриана?..

Бриана проскользнула в комнату.

— Разреши, я посплю сегодня с тобой? — взмолилась младшая сестра. — Ты не представляешь, как у меня в комнате сегодня страшно!

— Конечно… — убедившись, что ничего ужасного не произошло, Эрин зевнула. — Ну и пугливая ты у меня, сестричка! Конечно ложись…

Вообще, сестры частенько перебирались ночью друг к другу в спальни — почему-то ночами было особенно интересно шептаться и рассказывать реальные и, тем более, выдуманные истории. Иной раз сестры выходили из комнат и, смеясь, бежали наверх, в старые башенки, до которых уже никому не было дела. Там было темно и пыльно, там было много пауков, а однажды девочки даже видели большую черную крысу. Но даже после этого не прекратили своих вылазок. Было в этом что-то такое запретное, а потому упоительное, — ведь никто во всем замке об этом не знал, кроме них двоих.

— Бриана, а ты веришь в колдовство? — поворочавшись в постели с минуту, спросила вдруг Эрин. Сестры одинаково любили сказки, где то и дело появлялись маги, духи и маленькие феи, добрые или злые в зависимости от сюжета. Ну и как не поговорить темной зимней ночью о такой таинственной, недоступной большинству людей вещи?

— Конечно, — не задумываясь, ответила сестра. — Взять хотя бы наш лес. Охотник рассказывал мне, что там живет Волшебный Зверь…

— Там живут только он сам, Лесничий и Колдунья, — возразила Эрин. — А Охотник придумал этого зверя, чтобы ты никогда не ходила в лес. Иначе почему Волшебный Зверь не нападает на них?

— Боится, — уверенно ответила Бриана. — Он же все-таки Зверь. А Охотник — это Охотник. Зверь боится Охотника.

Бриана немного подумала и добавила:

— Он обещал принести мне его голову.

— Кто — чью? — прыснула Эрин.

— Охотник — Зверя! — нахмурилась Бриана. — И не смейся, он правда обещал. Хотя мне не нужна ничья голова… Но будет лучше, если Зверь пропадет, верно? Тогда можно будет ездить через лес…

— Все-таки я была права — тебе нравится наш Охотник, — засмеялась Эрин.

— Вовсе нет! — возмутилась сестра. И чтобы уйти от темы, сказала: