John Tolkien - Сильмариллион (Перевод З. Бобырь)

Аинур долгое время вглядывались и молчали, а Илюватар заговорил снова: «Смотрите на дело вашей музыки! Это то, что вы напели. И каждый из вас найдет в его содержимом, в задаче, которую я поставил перед вами, все то, что, как ему могло бы показаться, он придумал или добавил сам. И ты, Мелькор, обнаружишь там все тайные мысли твоего разума и ощутишь, что они – не болеее чем часть целого и помогают его славе».

И еще многое говорил Илюватар в этот раз Аинур, и они запомнили Его слова. И так как каждый из них знает содержание музыки, которую он сам создал, всем Аинур известно многое и о том, что было, есть и будет, и мало что скрыто от них.

Но все же есть и такое, чего они не могут увидеть – ни по отдельности, ни объединив свои силы; потому что Илюватар никому не открыл до конца свои Замыслы, и в каждой эпохе происходит что-то новое и непредсказуемое, не возникающее из прошлого.

И случилось так, что когда это видение Мира развернулось перед ними, Аинур заметили, что оно содержит в себе нечто, чего не было в их замыслах. И они увидели с изумлением приход Детей Илюватара и место приготовленное для них. И Аинур ощутили, что они сами, трудившись над своей музыкой, были заняты подготовкой местопребывания Детей Илюватара. Но все же они не поняли, что смысл создания мира не только в воплощении красоты их замыслов, потому что Дети Илюватара – это позднейшие эпохи, это конец Мира.

Тогда смятение охватило Аинур, но Илюватар обратился к ним, сказав: «Мне известно ваше желание: чтобы то, что вы видели, обрело истинное существование – не только в ваших мыслях, но так же, как существуете вы сами. Поэтому я говорю: Да! Пусть все это обретет Бытие! И я изолью в пустоту Вечное Пламя, и оно станет сердцем Мира, и Мир возникнет. И те из вас, кто пожелает, смогут сойти в него».

И внезапно Аинур увидели вдалеке свет, как будто там было облако с бьющимся в нем огненным сердцем. И они поняли, что то было уже не видением, но Илюватар сотворил нечто новое: Эа, Мир Существующий.

И некоторые Аинур остались с Илюватаром за пределами мира, а другие, и среди них многие из величайших и самых прекрасных, покинули Илюватара и спустились в Мир. И так ли решил Илюватар, или же это было неизбежно, но с тех пор их могуществу суждено остаться в мире и ограничиваться его пределами – остаться в нем навсегда, пока срок существования его не завершится. И эти Аинур стали жизнью Мира, а он – их жизнью. И потому их называли Валар, Силы Мира.

Но когда Валар вошли в Эа, они, пораженные, остановились в замешательстве, потому что Мир оказался таким, как будто ничего еще не было сделано из того, что показывали видения: все только начиналось и не имело формы, и стояла тьма. Потому что великая музыка была лишь развитием и расцветом мысли в Залах, не знающих Времени, а Видение – всего лишь предвидением. Но теперь Валар оказались в начале Времени и поняли, что Мир был ими только предсказан, и теперь им предстояло создать его.

Так начался великий труд Валар в пустынных, несчитанных и забытых эпохах, ненамеренный и неведомый, продолжавшийся, пока в глубинах Времени не определились час и место возникновения детей Илюватара. И главную часть этой работы взяли на себя Манве, Ауле и Ульмо. Но и Мелькор также был там среди первых, и он вмешивался во все, что происходило, обращал это, если мог, своей пользе, для своих целей. И это он дал Земле огонь. И когда Земля была еще юна и полна пламени, Мелькор пожелал владеть ею и сказал другим Валар: «Она будет моим королевством, и я объявляю ее своей!»

Но в замысле Илюватара Манве был братом Мелькора, и это он стал исполнителем второй темы, которую Илюватар противопоставил диссонансу Мелькора. И Манве призвал многих духов, великих и малых, и они спустились на равнины Арда на помощь Манве, дабы Мелькор не мог помешать завершить их труды, и Земля не увяла бы, не успев расцвести. И Манве сказал Мелькору: «Несправедливо, если это королевство станет твоей собственностью, ибо многие трудились здесь не менее, чем ты». И Мелькор вступил в сражение с другими Валар, но отступил в тот раз и отправился в другие области, и делал там, что хотел. Однако желание завладеть королевством Арда не оставило его сердце.

Теперь Валар обрели форму и цвет. И поскольку в Мир их привела любовь к Детям Илюватара, с которыми будут связаны их надежды, Валар приняли их образ, какой показало им видение Илюватара, отличавшийся только видением и великолепием. Это же обличие связывало Валар с видимым миром, но сами они нуждались в таком обличии не больше, чем мы в одежде. Мы ведь могли бы обнажаться и не перестать существовать от этого. Поэтому Валар могут быть и «неодетыми», и тогда даже Эльдарцы не в состоянии обнаружить их присутствие, хотя бы те находились рядом.

Но если Валар пожелают вернуться в видимой форме, тогда одни из них принимают вид мужчин, а другие – женщин, потому что такое внутреннее различие было в них с момента их сотворения. Оно заложено в каждом Валар изначально, а не потому, что он сам сделал выбор. Также и мы различаем мужчину и женщину по одежде, но их отличие не является следствием их разной одежды. Но образы, в которые воплощаются великие, не всегда подобны внешнему виду Королей и Королев – Детей Илюватара, потому что временно Валар могут принять свой истинный вид: величественный и ужасный.

И у Валар появилось много друзей, более или менее близких, могучих, как и они сами. И они трудились вместе, наводя порядок на Земле и укрощая ее хаос. И тогда Мелькор увидел все, что было сделано: увидел, как Валар ходят по Земле, приняв зримую форму, в обличье, соответствующем облику Мира, красивые и величественные, и что Земля стала для них садом наслаждений, потому что с ее хаосом было покончено.

И вот зависть Мелькора разгорелась еще сильнее, и он тоже принял видимую форму, но характер его, злоба, пылавшая в нем, сделали его внешность мрачной и ужасной.

И он напал на Арда во всем своем могуществе и величии – большем, чем у любого из Валар – подобный горе среди моря, чья вершина, одетая в лед, коронованная дымом и огнем, возвышается над облаками. И блеск глаз Мелькора был подобен пламени, что иссушает жаром и пронизывает смертельным холодом.

Так началась первая битва Валар с Мелькором за господство в Арда, но о том времени Эльфам известно немногое. А то, что известно, исходит от самих Валар, беседовавших с Эльдалие, которых они обучили на земле Валинора. Но Валар всегда мало рассказывали о войнах, происходивших до прихода Эльфов. Все же Эльдарцы знают, что Валар всегда старались навести на Земле порядок и приготовить ее к приходу Перворожденных.

Они сооружали страны, а Мелькор разрушал их. Углубляли долины, а Мелькор равнял их с поверхностью. Вздымали горы, а Мелькор их низвергал. Наполняли моря, а он осушал их. И не было мира на Земле, нельзя было надеяться создать что-либо постоянное, ибо несомненно, какое бы дело ни начали Валар, Мелькор уничтожил бы или испортил его.