Николай Басов - Собаки из дикого камня

Ознакомительный фрагмент

Через милю кустарник кончился, и они попали в обычный лес юга средней полосы. Лотар с удивлением заметил, что вспоминает многие деревья и радуется им, как старым приятелям. Идти стало совсем легко, под ногами у них, как дорогой ковер, стлалась плотная, без единого просвета, упругая трава. Свет падал сверху косыми лучами, и солнечные зайчики играли на стволах тисов, буков, акаций и диких каштанов.

Рубос расправил плечи и вдохнул воздух полной грудью. Лотар посмотрел на него — великан смеялся. Кажется, раньше таким Лотар не видел его ни разу.

— Оказывается, давно пора было вернуться, — сказал Рубос, заметив этот взгляд.

Они прошли не больше пяти миль, когда Сухмет предложил устроить привал. Позавтракали на залитой солнцем поляне с травой до колен. Чтобы устроиться поудобней, пришлось переместиться ближе к лесу, да и то Сухмет довольно долго расхаживал, приминая непослушные стебли.

— Нужно было подстрелить кого-нибудь, — сказал Рубос, набивая рот сухарями и солониной. — Свежатина пришлась бы в самую пору.

Сухмет вдруг поднял голову и прислушался.

— Что случилось? — спросил Лотар.

— Нет, ничего, господин мой… Я только подумал, что… что мы по дороге не встретили никакого зверья. А ведь в таком лесу должна быть пропасть всякой живности.

— Может, Рубос распугал зверей своим топотом?

— Я шел беззвучно, как мышь! — возмутился великан.

— У зверей сложилось другое мнение.

Увидев смех в глазах Лотара, Рубос отвернулся, бурча что-то под нос и набивая рот следующим куском.

— Нет, в самом деле? — упорствовал Сухмет.

Лотар лег, вытянулся и стал смотреть в небо. Он сорвал травинку и принялся ее жевать, стараясь ощутить на языке ее горечь с привкусом пыли. Отвечать было незачем. Через мгновение все уже слушали птиц, а Лотар даже подремал, пока безжалостный и неутомимый Сухмет не погнал их дальше.

Когда они перешли поляну, впереди неожиданно открылась дорога. Это была самая обычная, проложенная в негустом лесу дорога. Вот только уж очень давно по ней проезжали в последний раз. Лотар даже удивился, когда понял, что на колее, которая должна быть протоптана до глины, успела подняться довольно густая трава. Он спросил Сухмета:

— Ты нас специально сюда вывел?

— Я ее почувствовал не раньше, чем ты.

— А почему она такая заглохшая?

Сухмет пожал плечами и уверенно повернул направо. Раз он повернул туда, значит, Мирам там и есть, лениво подумал Лотар.

Идти по дороге было гораздо легче. И шли они несравненно быстрее. Так, пожалуй, до вечера будем в городе, решил Лотар. И еще он вдруг подумал, что неплохо было бы остановиться и как следует размяться с мечом. Можно также побороться с Рубосом, а то они оба одеревенели, пока болтались в этом сундуке, который Ингли называл кораблем. И было бы, конечно, совсем неплохо помедитировать, чтобы восстановить ту остроту восприятия опасности, которая, похоже, осталась только у Сухмета. Впрочем, если верить Рубосу, они идут в спокойное место, где можно рассчитывать на дружественный прием и мирную жизнь…

— Стой! — От возбуждения Сухмет даже руку поднял, как будто собирался остановить целый караван.

— Что случилось? — Рубос уже наполовину вытащил свой меч.

Сухмет провел руками перед собой, выставив ладони вперед.

— Не знаю. Я ничего не чувствую.

Лотар насторожился. Деревья, лужайки, заросшая колея дороги… И никакого отзвука, словно даже свет проваливался во что-то впереди, а назад не возвращался.

— Чувствуешь? — спросил его Сухмет.

— Какая-то преграда, только не пойму, старая или поставленная недавно.

— Или ее просто разнесли в клочья, — предположил Сухмет.

Лотар кивнул. Это действительно могла быть какая-то старая обманка, магическая завеса, которую преодолели, но обрывки ее остались на траве, на листьях, на стволах деревьев.

— Опасности, кажется, никакой быть не может? — полувопросительно сказал Лотар.

В самом деле, кто же будет прикрывать засаду таким клочком магии?

— Тогда пошли, — сказал Рубос. Ему не терпелось. Впрочем, он не сделал вперед ни одного движения.

Лотар шагнул, потом еще. Нет, даже вблизи он не ощущал опасности. Было что-то другое, какой-то кислый привкус, словно у холодной меди осенней ночью, но колокольчики молчали.

Вдруг мир словно разорвался, что-то ошеломляющее мелькнуло в сознании… Лотар бросился на траву, выхватывая Гвинед… Но меч так и остался наполовину в ножнах. Все было спокойно. Очень спокойно.

— Ты чего? — Рубос уже стоял с мечом в руках за стволом невысокого кипариса.

Сухмет своим маленьким, но убийственно тугим самострелом выискивал цель.

— Шагайте, тогда сами поймете.

Они подошли. Каждый из них по-своему пережил этот разрыв в пространстве. Рубос крутанулся на месте, нанеся слепой, отчаянный удар мечом, который не встретил ни малейшего препятствия, а лишь просвистел в воздухе, как сиплый щегол. А Сухмет вздрогнул всем телом, и его глаза на мгновение стали огромными, темными, бездонными. Он пытался определить характер и суть колдовства, под действие которого попал.

— Ну, что скажете?

— Мне кажется, — медленно проговорил Сухмет, — мы теперь на этой стороне.

— А именно? — Рубос иногда очень плохо их понимал.

— Пойдем дальше, — устало, словно разом разочаровавшись в красоте этого мира, произнес Лотар, — там разберемся.

Они прошли по дороге с четверть мили, когда Сухмет, который впал в какую-то вселенскую задумчивость, вдруг произнес:

— Господин мой, нужно вернуться к переправе. Я должен проверить, насколько далеко от дороги отходит этот экран.

— Раньше нужно было проверять, — мрачно сказал Рубос, но это были лишь слова. Он тоже понимал справедливость старой мудрости: ленивый — наполовину мертвец.

Они повернули назад. Прошли четверть мили, потом еще столько же, потом еще. Внезапно Лотару показалось, что куст, мимо которого они прошли, он уже видел. Он приотстал от Сухмета и осторожно, чтобы не очень бросалось в глаза, надломил тонкую ветку на высоте своего колена.

Они прошагали еще немного. Дорога все так же равнодушно и монотонно лежала перед ними. Никаких развилок, ничего сомнительного.

— Да что же это такое? — возмутился наконец Рубос. — Идем, идем, а конца-краю не видно. Где эта ваша “переправа”?

Сухмет остановился и показал на веточку, воткнутую между колеями.

— Я воткнул ее здесь четверть мили назад, — сказал он.

— А вот за тем поворотом должна быть сломанная ветка, — сказал Лотар, невесело усмехнувшись. Они дошли до поворота.

Кросс всемогущий, сделай так, чтобы я ошибся, сказал себе Лотар, но как только они обошли куст веселого орешника, который закрывал часть дороги, и стало видно на сотню ярдов вперед, разглядели и сломанную ветку.