Сергей Ким - Без объявления войны

Ознакомительный фрагмент

– Мой повелитель! – в отчаянии завопил явственно побледневший министр иноземных дел. – Я сделаю все, чтобы исполнить ваше повеление! Умоляю, простите мне мою дерзость!

Проштрафившийся вельможа пал ниц перед визирем, и Искандер неохотно проговорил:

– Что ж… Возможно, ты еще сможешь послужить мне и Ларистану… – Холодный взгляд визиря лениво скользнул по министру. – А теперь пшел вон, раб, и чтобы глаза мои тебя не видели, покуда ты не исполнишь мой приказ…

Несчастный Ахмед не заставил визиря повторять свои слова дважды и моментально бросился прочь, к выходу из дворцового сада.

Искандер медленно осмотрел всех присутствующих, и вельможи невольно отводили взгляды – выдержать напор ледяной ярости, полыхающей в глазах визиря, было попросту невозможно.

– Быть может, кто-то еще не понял, что нас ожидает? – Искандер до боли сжал в кулаке золотую монету. – Мне было явлено божественное откровение – именно сейчас решается, кому остаться под этим солнцем! Миг промедления – и мы рассыплемся пылью под тяжелым сапогом истории! Мы и Рарден – всего лишь слепые орудия судьбы и предназначения, идущие навстречу друг другу, два меча, две правды! И нам уже не отвернуть друг от друга!..

Искандер резко замолчал и, тяжело вздохнув, закрыл глаза. Спустя несколько мгновений он продолжил говорить, но на этот раз уже без всякой патетики и экспрессии:

– Прогресс выкинул злую шутку с нами, уважаемые… Мы уже не поспеваем за столь бешеным темпом развития – слишком стары для подобных гонок… Еще тридцать лет назад магия не давала такой силы и власти, как сейчас… Такими темпами скоро прекратятся все большие войны – в них просто не будет победивших и выживших… Но у нас есть еще один шанс.

Визирь открыл глаза, и где-то в их глубине начал разгораться мрачный огонь.

– Об этом будут помнить наши потомки. Совсем скоро мы вновь насмерть схватимся с врагом, сильнее которого так никого и не встретили, с врагом старым и опасным. Это будет война на уничтожение – или мы, или они, третьего не дано. В Бездну все запреты ведения войн – на этот раз мы действительно пойдем ДО КОНЦА. Иначе нельзя, потому что…

В голосе Искандера лязгнул металл.

– …потому что мы уже умираем. Угасание, стагнация, регресс – называйте это как хотите, суть от этого не изменится. После каждой великой войны территория Ларистана становилась все меньше и меньше… Мы теряем не просто землю – мы теряем ресурсы, как природные, так и людские. Такими темпами мы скоро превратимся во второсортное заштатное княжество и утратим всякое значение на мировой политической арене… Не скоро, но это произойдет… Я не допущу такого.

Визирь разжал кулак, монета упала на землю…

– Я уже сделал выбор, – тихо произнес он. – Давно сделал…

И втоптал верный талисман в теплый белый песок.

– Все зависит только от нас, – все так же тихо проговорил визирь.

Искандер резко развернулся, полы роскошного белого плаща взметнулись, словно пара крыльев, и визирь быстрым шагом пошел прочь из сада. Спустя некоторое время вслед за ним последовали и остальные вельможи.

…Члены совета покинули сад, и его покой вновь нарушали только голоса птиц и зверей.

Вот мимо пруда прошла пара винторогих золотистых ланей, когда-то считавшихся королевскими животными, на которых мог охотиться только сам халиф и его старший сын – наследник престола… Из высокой травы осторожно высунул узкую мордочку снежный мангуст – гость с далеких Анкаразских гор, на удивление легко прижившийся в здешнем жарком климате. С дерева на дерево перепорхнула, величественно сияя своим словно отлитым из чистого золота оперением, малая жар-птица – далекий родич легендарного феникса…

И никого из оставшихся здесь ни капельки не волновали злые и страшные слова, сказанные совсем недавно. Слова, каким суждено стать зубами дракона, из которых взойдет богатый урожай крови и смерти…

Кого-то это наверняка только обрадует.

Внезапно в саду на мгновение стихли все звуки. Резко взвыл невесть как проникший за стены бывшего королевского дворца ветер. Он разметал и поднял в воздух мелкий песок, обнажив впечатанную сапогом визиря монету, с которой жутко скалился древний демон.

Тонкий луч солнца, на миг пробившийся сквозь листву, упал на золотой кружок, и в ярком взблеске солнечного пламени показалось, что гримаса демона превратилась в недобрую ухмылку.

Империя Рарден, г. Рарден, Императорский дворец,

16 мая 1607 г. от Р. С., 22:51

Великий диктатор Рардена архимаг Ярослав умирал.

Умирал, даже величайшие из магов смертны.

Тщетно искал он способы убежать, скрыться от безмолвной старухи с косой – все рецепты эликсиров долголетия в реальности оказались или легендами, или обманом, чаще всего обманом…

Болезнь, от которой нет ни лекарства, ни спасения, сжигала организм диктатора, и имя ей было – РАК.

Настоящий бич божий, посланный, словно в наказание, возгордившимся магам-лекарям, что уже было грозились избыть все величайшие болезни. Холера, чума, оспа оказались просты и понятны – вирусы, их разносчики, карантин, вакцины, прививки…

Но полвека назад появились первые случаи заболевания новой, неизвестной болезнью, от которой так и не сумели найти лекарства. РАК – реактивная астральная корь. Именно так назвали это заболевание маги, первые столкнувшиеся с ней, за то, что сначала в ауре заболевших появлялись небольшие проколы, похожие на сыпь, постепенно расширяющиеся и сливающиеся в большие пятна и прорехи. Следствием этого становилось полное разрушение связей материального и астрального тел и прогрессирующие очаги неизлечимых опухолей в организме. И все это происходило чрезвычайно быстро – всего лишь полгода-год, и человек сгорал, словно свеча.

Диктатору Ярославу был поставлен, пожалуй, один из самых страшных диагнозов – рак мозга. Все накопленные способы лечения заболевания на ранних стадиях вроде инъекций черного лотоса и облучения пораженных участков «зеленым светом» были бессильны – эти средства убивали мозг человека так же надежно, как и развивающуюся в нем опухоль.

РАК мозга был неоперабелен.

Самым же серьезным последствием данной разновидности заболевания становилась полная умственная деградация. Именно она и поставила сейчас Рарден на край гибели – все ударные методы по поддержанию разума Великого диктатора во вменяемом состоянии обернулись теперь еще большей катастрофой – резко, буквально за последние две недели, Ярославу стало совсем плохо.

А преемника назначить он так и не успел, а теперь уже просто не может. И ныне все ближнее окружение диктатора элементарно передралось в борьбе за власть…