Владимир Журавлев - Время дракона

Каэдрон не испугался. Правда, и не орал, просто выглядел немного озабоченным. Без лишних разговоров Тамара взмахнула топориком, целя по контуру. Лезвие острое, чего-нибудь да найдет. Парень мягко отступил.

- Я - Владыка! - напомнил он.

Не понял? Что ж... Новый блеск лезвия, еще шаг назад, и еще... Она загнала его в чащу. Юношу явно поразило, с какой молчаливой сосредоточенностью она старалась ему что-нибудь отрубить. По крайней мере, перестал пугать, что Владыка. Молча отступал, а затем вообще шагнул куда-то вбок, за ствол, за куст - и пропал. Вот и ладно, одной проблемой меньше.

Могла она уйти от него по скале? Да. Но потом была бы вынуждена от него всегда прятаться. А так пусть прячется он.

3

Дубы расступились, и сразу кончилась Незримая Тропа. Далее шел обычный торговый путь. Каэдрон шагал широко, сдерживая желание взлететь. Один раз он по молодости сделал так - замковых коров собирали по лесам неделю. И отец сказал тогда строго:

- Полеты - за Незримой Тропой!

А уж если отец сказал строго...

Повстречалась бригада плотников из деревни. Опять кто-то погорел, пошли отстраивать недотепу. Мужики шли быстро, деловито. Значит, отец в замке.

Стражники у ворот подобрались при виде хмурого юного Владыки, сверкнули белизной доспехов. Охраняла замок свирепая храмовая стража, потому что своей гвардии у Драконов никогда не было, да и к чему она им? Однако новый Дракон отличался странной человечностью, не вызывал вокруг себя волн панического ужаса - и замковое добро теперь приходится стеречь. Северные мужички - людишки ушлые, могут и у Дракона спереть что плохо берегут.

Каэдрон нашел взглядом командира стражи.

- Быстрюк, старшину шахтерского поселка немедля к отцу!

Смуглый вислоусый крепыш тотчас что-то крикнул посыльному гортанным голосом, и тот умчался на конюшню.

- И говори по-русски! - рявкнул мгновенно взбеленившийся Каэдрон. - Здесь тебе не Молдавия! Спалю!

В угрюмой тишине юный Дракон прошел во двор, где его и нагнал старый воин, бывший когда-то наставником маленького Владыки.

- Простите Быстрюка, Владыка! - посоветовал он. - Посыльный у нас недавно, по-русски понимает только маты.

- На Теплый Берег его! - проворчал Каэдрон. - Там же висит заклятие универсального перевода?

Воин хмыкнул. Каэдрон тоже. Об универсальном переводчике они оба были не лучшего мнения.

Новый Дракон, как обычно, стоял в башенном зале у одного из стрельчатых окон. Стоял, смотрел на южную дорогу и молча ждал. Пятнадцать лет все время для размышлений он провел здесь, глядя на дорогу. Это стало привычкой, все знали о ней, но мало кто знал, что это значит. Лой Ивер, глава клана Кошек, конечно, знала.

- Все ждешь? - проворчала она. - Я убью эту рыжую мерзавку, пусть только вернется! И где, интересно, ее до сих пор носит? Пятнадцать лет! Даже мы, Кошки, великие гулены, не позволяем себе...

Дракон усмехнулся, и Кошка невольно осеклась. Он, конечно, человечный Дракон, но лучше не рисковать по глупости.

- Ты до сих пор считаешь, что она жива? - спросила Лой после долгого молчания.

- Нет, - сказал Дракон не оборачиваясь. - Я просто стою у окна.

- Ты всегда будешь ждать свою Тэль, - вздохнула женщина. - Уж такие вы, Драконы. Однолюбы. А мы, Кошки, как последние дуры, все крутимся рядом...

В ее голосе зазвенела слезинка.

- Каэдрон идет, - заметил Дракон. - А злой-то какой! Как бы стражу не спалил.

-Где? - с любопытством высунулась Лой, слез как не бывало. - Ух, ты, мой котеночек! А подрос-то как! А вышагивает! У, котяра!

- Подрос, - усмехнулся Дракон. - Просится на знаменитые балы Кошек.

- Нет, - помрачнела женщина. - И еще раз нет. Если клан признает в нем своего - это станет концом клана и соответственно началом всеобщей войны. Он лидер, и он сильнее меня! С его фамильным бешенством до войны один шаг. Нет уж, Кошками должны править Кошки! А как хотелось бы привести его в бальный зал и крикнуть всем:

-Смотрите, какой у меня Котенок! ...

Но нет... к клану я его не пущу.

- Отец! - влетел в зал Каэдрон. - У нас объявилась.... О-о! Тетя Лой! Вот вы и объясните, наконец, почему это мне нельзя на ваши балы! Давно хотел узнать, кто против, отец или глава клана Кошек? И, главное, почему?

Женщина с нежностью разглядывала его, и юноша недоуменно замолк.

- Я скажу ему, - наконец решилась женщина. - Я больше не могу обманывать!

Дракон хмыкнул и кивнул.

- Тебе нельзя туда, - вздохнула Лой и взяла юношу под руку. - Против и отец, и я. А когда узнаешь, против будешь и ты.

- Узнаю - что?

- Что Дракон ты - наполовину. А наполовину... нет, не Неведомый! Наполовину ты Кот. Если клан тебя признает, то пойдет за тобой, а не за мной, потому что ты - самый сильный Кот, лучший из всех! Но клан тебе отдавать нельзя, ты его погубишь со своей драконьей вспыльчивостью, обидчивостью, слепым бешенством! Ведь ты только для Кота взрослый, а в Драконах тебе еще расти и расти! Расти, мой котенок, набирайся мудрости! А я... я буду рядом... иногда...

Лой всхлипнула и выбежала из зала.

После угрюмого молчанья Каэдрон наконец буркнул:

- Вот спасибо за подарок к совершеннолетию. И что мне теперь?...

- Ты хотел сказать, у нас объявилось что-то, - неловко напомнил Дракон.

- А, пустяки. На скалах объявилась женщина... наверно, все же женщина.... Ну, рядом с ней никакая магия не работает.

- Совсем никакая?!

- Ага. Я даже в себя не смог перекинуться, хотя очень старался. Она хотела зарубить меня топором.

Подавленный нюансами своего происхождения, Каэдрон ушел, даже не заметив, в каком состоянии оставил отца.

4

Поселок был самым обычным вроде, но что-то цепляло глаз. Наконец Тамара поняла, что именно. Рядом с домами не было огородов. Цветы, деревья - это да, этого хватало, но не грядки. Совсем как на сытом буржуазном Западе. И сами дома: добротные, кирпичные, с резными наличниками, изящными крылечками, точеными балясинами - но скромненько небольшие. Как будто никто не хотел выделяться, в отличие от родного мира Тамары. Хотя...за лесом поднимались к небу остроконечные крыши особняка. Значит, и здесь есть свои богатенькие.

Есть Тамаре было нечего. Спать - это проще, в рюкзаке имеется пенка. Потому интерес Тамары к огородам был неслучайным. Есть-то хотелось.

По улице, приятно чистой, выложенной каменными плитами, брел человек в спецовке. Обычный такой человек, под хмельком, бледный, жидковолосый, ничего особенного.

Администрация у вас где? - осведомилась у него Тамара.

Кушать нечего, спать негде - пусть администрация и заботится, для того она и существует. Или что у них тут? Барин? Тоже сгодится.