Полина Сербжинова - Радужный мост судьбы (СИ)

Рубашка прилипла к телу, обрисовывая вполне сформировавшуюся фигуру, и мужчина невольно залюбовался. Ровена подхватила одежду и прошептала несколько слов. С того места, где она только что стояла, в разные стороны разбежались одинаковые девушки-фантомы. Незнакомец расхохотался, её уловка удалась бы, но он был хорошо тренированным и опытным магом и сразу нашёл настоящую, удирающую со всех ног в сторону замка. Лёгкий щелчок пальцами, и за беглянкой отправился чёрный поисковый светлячок, чуть мерцающий в темноте.

— Кшыся, — позвал мужчина, — ну-ка, поди сюда.

Не прошло и пары секунд, как над ним зависла очень крупная летучая мышь.

— Чего надо? — невнятно прочавкала летунья, дожевывая сорванное по пути яблоко.

— Найди её, очень интересная особа, — метаморф мотнул головой в сторону сбежавшей девчонки.

— Горит, что ли? — мышь затрепыхалась в воздухе. — Всё равно светлячок оставит видимый след, сам потом и найдёшь.

— Кшыся! — в голосе мужчины прорезались угрожающие нотки.

— Вот всегда так, — печально вздохнула мышь. — Чуть что — Кшыся, а оно мне это надо? Я-то тут причём, нашли ищейку. Пользуются моей добротой все, кому не лень.

Дальше спорить она не осмелилась, и, невнятно бурча ругательства, бесшумно унеслась по мерцающему в темноте следу.

Ровена пронеслась до самой замковой стены и остановилась только там, тяжело переводя дыхание и прислушиваясь. За ней никто не бежал. Встряхнув кистями, она провела руками по рубашке и волосам, высушивая их очередным заклинанием. От сердца отлегло, а то она всерьёз испугалась незнакомца, сумевшего так мастерски к ней подкрасться. В листьях что-то мелькнуло, потом вверху пронеслась тёмная тень.

— Фу-ты, — девчонка вздохнула с облегчением. Ночных птиц в окрестностях хватало.

Натянув на себя платье и плащ, она нырнула обратно в лаз. Шиповник кололся немилосердно, но обращать внимание на такую мелочь Ровена не собиралась. Слуги уже вышли во двор, ночную тишину прорезало нестройное пение, хотя и негромкое, вдруг проснутся господа, и тогда наказания за нарушение покоя не замедлят долго ждать.

Пробормотав заклинание отведения глаз, девушка скользнула в заднюю дверь и тут же повернула в коридор, ведущий к башне.

Старая замковая башня служила складом для всяческих вещей, как совершенно необходимых в хозяйстве, так и уже вышедших за ненадобностью из обихода. В подвале хранились рулоны сукна и шерсти, на первом этаже стояли ящики с мылом и щёлоком для стирки, второй этаж оказался завален старой рухлядью, которую выбросить не поднималась рука — сломанной мебелью, дырявыми тюфяками, щербатой посудой. Круглую комнату на третьем этаже, единственное помещение, в котором были окна, отдали Ровене, размещать её вместе с господами граф не собирался. А так вроде бы и благодеяние оказал, взяв к себе, и с глаз убрал, чтобы не мозолила своим видом и не напоминала некоторые моменты жизни.

Потратив несколько дней на то, чтобы отмыть комнату от въевшейся в стены грязи, девушка обнаружила старинные узоры, которыми она была разрисована. Постель Ровена соорудила себе сама, пошарив в хламе, сваленном этажом ниже. Она выросла в маленьком поместье, и неплохо умела владеть и молотком, и пилой. Собрать одну кровать из двух оказалось возможным делом, хотя на это ушёл целый день. Небольшой стол около окна, старое кресло, на котором нужно было только заменить прожженную обивку, и этажерка составляли всю мебель. Нишу с развешанными платьями закрыла штора, скроенная из нескольких, и радующая разноцветными лоскутами глаза. Из дома, который когда-то был родным, удалось захватить немножко посуды и шкатулку с украшениями. В первый же день её драгоценности, которых и так было мало, попыталась позаимствовать Аделина. Шкатулка метко плюнула на протянутую руку огнём, и чуть сама не оказалась в камине, но хозяйка успела её вытащить. Больше на вещи никто не зарился, но и новыми одаривать не собирался. Столовалась девчонка вместе со слугами или в своей комнатке, граф не желал видеть незаконнорождённую особу за своим столом.

Закрыв за собой дверь и заложив щеколду, Ровена облегчённо перевела дух. Наверху в углу что-то тихо зашелестело. На балке под самым потолком сидела большущая летучая мышь. Именно сидела, заложив лапку на лапку, а не висела, как ей было положено.

— Тьфу ты, пакость — выругалась магичка, прицельно отправляя в незваную гостью старенькую туфлю.

Мышь хлопнулась на пол, раскинув крылья, и театрально забилась в судорогах. Размером с крупную кошку, бархатистая, даже на глаз, с чёрными крыльями, покрытыми внутри серебристым кружевным узором. Длинные загнутые ресницы летуньи добили хозяйку комнаты, и девчонка наклонилась, чтобы рассмотреть интересное животное.

— Чего пялишься? — мышь приоткрыла один глаз. — Нахалка, так нельзя с гостями обращаться.

— Можно, — заверила Ровена, многозначительно покачивая второй туфлёй, — особенно с незваными.

— Подумаешь, — фыркнула мышь, — места жалко, что ли?

— Разговорчивая, — с восхищением протянула магичка. — Ты кто?

Летунья поднялась на задние лапы, встряхнулась, хлопнув крыльями, и сложила передние лапочки на животе. Девчонка озадаченно нахмурилась, что-то не вязалось в облике гостьи с образом обычной летучей мыши. Ах, да, у обычных мышей мордочка приплюснутая, а у этой чуть вытянутая, да и лапок оказалось четыре, а не две. И всё это не считая очень-таки приличного размера.

— Кшисинда Двадцать Седьмая, — попыталась изобразить придворный реверанс ночная гостья. — Можно, Кшыся, но это только после того, как ты меня угостишь чем-нибудь вкусным.

— Летучая мышь и разговаривает, — снова восхитилась Ровена, совершенно пропустив мимо ушей намёк на угощение.

— Вовсе не летучая мышь, а мышильда. Ты, что, о нас никогда не слышала? А ещё с магическим даром, — обиделась Кшыся, ловко запрыгивая на подоконник и раскидывая по нему крылья. — Так угощать-то будешь или как?

— Наглая ты, — недовольно буркнула девушка. — Ночь сейчас, спать пора. Если хочешь, то вот, — и она переставила на подоконник небольшую корзиночку с домашним печеньем.

— А чаю? — Кшыся лукаво захлопала ресницами. — Вот я и умная, и красивая, и сладкое люблю. Мне что — подавиться теперь?

— Чая нет, есть компот.

На подоконник отправилась кружка с остывшим компотом. Ровена начала раздеваться, утром вставать рано и выспаться совсем не мешало. Гостья аппетитно хрустела слегка подсохшим печеньем, хлюпала холодным отваром и чего-то неразборчиво бурчала себе под нос.

Девушка повозилась в постели, потом ей надоело присматриваться к мышильде и, отвернувшись к стене, она уснула. Уже сквозь пелену сна почувствовала, что к ней пристраивается что-то тёплое и увесистое, но возражать сил не было.