Дракон и новости - Екатерина Жданович
— Меня уже нет, я на допросе, — спокойно возразил я, закрывая сейф, и собрался выйти, одновременно вытесняя посетителя. Не вышло, тот стоял горой, не обращая внимания на то, что я в него почти уперся.
— Сэр! — взвыл он, мотая головой как умалишенный. — Это срочно! Без вашей подписи нельзя отдать документ, а без него нельзя обыскать дом, а без этого…
— Я понял, — процедил я досадливо, поморщившись. Выхватил бумаги и вернулся к столу. Быстро пробежав взглядом по строчкам, ухмыльнулся. Ладно, это стоило пары росчерков пера и моих очень загруженных минут. Наконец-то добрались до этого ублюдка.
— Держи, — протянул я бумаги, но на этот раз намеков не делал, взял парня за плечо и по-простому выставил из кабинета. Но тот и не сопротивлялся. Быстро осмотрел мои подписи, и расплывшись в улыбке, сорвался с места.
Замок щелкнул, отрезая мне пути отхода. Вокруг гудели голоса, слышались возмущенные вопли, крики приветствия и поздравлений, топот шагов и шелест бумаг. Я спешил покинуть основное здание и переместиться к тюрьме, потому что… потому что последние дни я был нарасхват.
— Сэр Грей, погодите! — донеслось из-за спины, придав ускорения. Я занят!
— Аарон! — этот голос едва не заставил меня бежать. Бейн требовал от меня невозможного и мог спорить сутки напролет.
Во дворе я, сам себе напоминая вора, скользнул в узкий проход и, наконец, расслабился. Пошел, гордо вскинув голову и натянув на лицо скучающее выражение. Еще не хватало, чтобы предполагаемые преступники видели меня крадущимся!
Девид Жас, начальник тюрьмы, крепкий, почти квадратный мужчина без капли жира, кругами ходил по коридору. Девида назначили совсем недавно, но складывалось впечатление, что этот человек был здесь всегда. Словно эту тюрьму строили вокруг его фигуры, а не привели его сюда на работу.
— Сэр Грей, — поклонился он мне, останавливаясь.
— Добрый день, Девид. Есть что сказать?
Он поморщился, приглашающе махнув мне на дверь кабинета.
— Не он это, могу голову дать.
Я вздохнул, поморщившись. В этом и я отчего-то был уверен. Не похож был Бил Трен на маньяка. Хотя… а многие ли маньяки похожи на маньяков? Но вот взяли его совсем глупо, не мог наш «Кукольник» так откровенно сплоховать и спрятаться от полиции прямо у трупа.
Кабинет был небольшим мрачным помещением. Стены неприятного темно-серого цвета. Тяжелый массивный стол в центре и два стула. На одном уже сидел, ссутулившись, наш клиент. А у стены стоял детектив, который его и взял — Джорж Хенкс. Стоило мне войти, он оттолкнулся от стены и, не здороваясь, занял второй стул. Да, здесь вежливость была лишней. Я же прошел на покинутое им место. Стал, привалившись к стене, и сложил руки на груди, мрачно изучая взглядом преступника. Роль секретаря должен был исполнить мистер Жас. Я не хотел, чтобы хоть одно слово разговора вышло за пределы этого кабинета. Не хватало мне еще интереса подобных мисс Грей людей. Они ведь готовы линчевать любого, кто попадет под наши подозрения в этом деле.
— Ваше имя, — начал между тем Джорж Хенкс.
— Бил Трен.
— Должность.
Трен замялся морщась. Руки его лежали на столе и, судя по тому, что лежали, не дергаясь, владел Билл собой хорошо, но вот напряжение его все равно было заметно. По застывшим мышцам, подергиванию уголков губ, по не бегающему, но все же и не застывшему взгляду.
— Безработный я.
— И как же вы выживаете без работы, Бил? — насмешливо уточнил детектив.
— Родители у меня хорошие, — буркнул тот и… отвернулся.
Правду сказал и стыдно стало. Забавно.
— Не стыдно у родителей на шее сидеть?
— Не ваше дело, — огрызнулся он, но взгляд так и не поднял.
— Что вы делали в доме номер семь, Войлочного переулка.
Бил замялся, поджимая губы.
Мы все втроем застыли, как готовые к прыжку змеи. Что бы Бил там не делал, говорить об этом он не хотел.
— К любовнице пришел, — наконец процедил он.
— К любовнице?! — удивленно протянул детектив и полез в бумаги, до того лежащие перед ним. — К Элизабет Веш? Почтенной миссис шестидесяти семи лет?
Том крякнул, с укоризной взглянув на детектива.
— Нет, конечно!
— Но вы прятались в прихожей именно ее дома! А рядом, всего в паре шагов от входа, было обнаружено тело Миледит Аскон…
— Я не убивал! — взвыл Бил, наконец теряя самообладание. Похоже, до того он не верил, что его обвинят именно в этом. — Она там лежала уже, когда я выйти пытался! Я оттого и не… попятился, а потом вы…
Бил говорил быстро, зло, делая длинные паузы между словами.
— Или вы убили женщину, но увлеклись и поздно заметили, что прибыла полиция?
— Да какого?! Но кто-то же вас вызвал! Вы думаете, я стал бы ждать, пока он?.. Я не убивал! Украл, да, у миссис этой. Безделушек пару. Но не убивал!
Детектив откинулся на спинку стула, сложив руки на груди и глядя на Била с насмешкой.
— Ну, давай подробнее. Рассказывай. Что делал? Кого видел? Когда пришел, когда уходил, что-нибудь заметил?
Допрос шел еще не меньше часа, но ни к чему не привел. Конечно, Била мы еще подержим, от греха подальше, но я был уже на сто процентов уверен, что он действительно не убивал. А значит… а значит, нас в любой момент ждет еще одно тело, а может, и не одно.
— Сэр? — когда увели Била, уточнил детектив.
— Веришь?
Он вздохнул, но нехотя кивнул.
— Да, сэр, боюсь, это не он.
Я покивал своим невеселым мыслям.
— Я брошу всех свободных на патрулирование, а ты… найди мне хоть что-нибудь! Хоть какую зацепку.
— Я стараюсь, сэр, — выдохнул Хенкс тяжело.
Здесь нужно было рявкнуть, ударить по столу, грозно сверкая глазами и вопя: плохо стараешься! Но я прекрасно знал, что он действительно делает все возможное. Все мы делаем все возможное, но пока «Кукольник» опережает нас на целую вечность. На его счету уже три жертвы, а мы допрашиваем случайного воришку…
Бросив короткое прощание, я побрел прочь. Нужно вернуться к доставшим документам, требующим моей подписи, чтобы хоть немного отдохнуть от тяжелых мыслей.
Глава 3
Дженни
Вернуться в редакцию раздраженной с пустыми руками, было сравнимо разве что с прогулкой на эшафот под веселые напевы толпы. В голове все вертелись слова: «Более женственную тему... Более женственную тему...»
Мой «наилюбимейший» начальник, Арчибальд Финн, которого все звали Арчи, уже поджидал меня. Человек, чье лицо напоминало смятый конверт, а усы двух дерущихся ежей, он стоял
