Добрый - Дмитрий Дмитриев

залез сразу в два моих страдающих полушария, пришёл с ними к консенсусу и выставил ультиматум: пива, водки и быстро. Даже мало-мальски бедная закусочка в его рацион не входила — он воспринимал её как лишнюю помеху своему вольготному существованию.

— Вот скотина чешуйчатая — в сердцах сплюнул я в раковину, благо теперь было чем.

***

Состояние внутреннего полёта усиливалось. В голову сразу лезли воспоминания о первых школьных «вертолётиках», возникавшие из-за раннего познавания продуктов отечественного алкопрома. Хотя нет, сравнение явно не прокатывало. Тогда нужно было срочно бежать к «белому брату» с распростёртыми объятиями, а сейчас эти «винтокрылые машины» несли меня плавненько, слегка покачивая и убаюкивая. Глаза открывать категорически не хотелось. Чего я там не видел? Обшарпанная комната — пещера одинокого пьющего холостяка — была мной изучена да последней трещинки на давно требующем побелки потолке. Опостылевший вид из немытого окна тоже не располагал к умиротворённому созерцанию. Телевизор был пущен мною на удовлетворение естественных спиртовых потребностей. Пустота. А тут летишь себе и представляешь, как через пару часиков приземлишься и какая-нибудь Турция примет тебя в алкогольный рай под названием «всё включено». Даже голос бортпроводницы чудится, вот ей-богу. Что она там вещает?

— Так, мальчики, предупреждаю: сейчас немного потрясёт.

— Кого ты лечишь? Чай не первый год замужем.

А, турбулентность… плавали, точнее, летали, знаем. А почему не просят занять свои места и пристегнуть ремни?

— Ладно, это я так, по инерции.

Странный самолёт. Что-то здесь не так. Стоп, стоп, стоп. Какой самолёт? Куда это я лечу и на какие шиши? Ой. Нет, не то чтобы страшно, просто интересно. Давай по порядку. Я — простой советский — тьфу! — российский человек. Хотя нет, это здесь ни при чём. Я просто человек, на данный момент временно оказавшийся на мели по причине неустроенности мира и рейдерского захвата моего финансового состояния монополией алкогольных производителей. О как красиво сформулировал! Ещё могу. Отсюда вывод: лететь мне некуда! Точнее, просто не на что. Значит, это одно из двух. Первое… Да, с первым тяжеловастенько. И второе… Мама, дорогая! Это пришла она — рыжая и пушистая!

— Караул! Спасите! Наглый грызун выносит мой мозг!

— Да стукни ты его чем-нибудь по голове, смотри, как руками замахал. Орёт ещё. И так колебания устойчивой связи, а тут ещё этот. Промахнёмся годиков на сотенку, и песец — маленький пушной зверёк.

— Спокойно, мальчики, без паники. Стопроцентное попадание я вам гарантирую. А вот стукать никого не надо, силы не рассчитаете, и с трупом мы точно завязнем во временных потоках.

Так, не понял, причём тут песец? Маленький пушной зверёк — это белочка. Хотя откуда бортпроводнице знать об этом? У них работа до зоосада напиваться не позволяет. Дохтеры не пропустят. А может, белочек на всех не хватает? Тогда ладно, тогда я и на песца согласен. Лишь бы в ухо не тявкал.

Теперь про неустойчивую связь. Это понятно, не ту страну Гондурасом назвали, у нас любая связь неустойчивая. Даже половая — и та временами неустойчивая, так и стремится вектор направления поменять, а то и сойти на нет по причине внутреннего отсутствия энергетических ресурсов.

Временные потоки? В авиации я не силён. Воздушные потоки знаю, точнее, догадываюсь. Временные… Допустим. Из пункта А в пункт Б. Время в пути. Смена часовых поясов. А, пусть академики голову ломают. У меня и так каждое утро такая головоломка — как в прямом, так и переносном смысле. Причём решение переносного — где взять на чекушку — является непосредственным устранениям прямого — пульсирующей головной боли. А вот после принятия во внутрь содержимого данной чекушки, я могу докторскую защитить, причём без предварительной подготовки.

И последнее — труп. Чей труп? Самолёт перевозит трупы? Я на борту летающего катафалка? А может, это мой труп? Может, я умер и меня везут хоронить? А-а-а ужас! Всё, допился. Прощай, дорогой товарищ, пусть земля тебе пухом. Но я же живой. Как это там?.. Я мыслю, следовательно, я существую. И меня живого везут хоронить?! Вот теперь точно У-Ж-А-С!

— Смотри, опять задёргался. И гримаса на лице такая страшная.

— Мальчики, я же просила дать ему снотворное. Если он ещё и ногами задёргает, я точно нашу стабильность не удержу.

— А мы и дали. Только на алкашей, видно, плохо действует. В смысле недолго. И кто кричал нам «без паники» и «стопроцентное попадание»?

— Да какое нахрен попадание? Ещё секунда, и нас затянет во временной водоворот и выкинет неизвестно где. Если вообще выкинет. Этот гад всё поле своими манипуляциями взбаламутил. Дайте ему по голове!

— А если труп? И будем болтаться, как…

— Бейте, не тените! Только умоляю, попытайтесь рассчитать силы. Хочется пожить ещё хотя бы лет двести.

— Поверни его голову. Нет лучше налево. Так удар вполсилы — вот сюда…

— Бей! Ещё секунда, и…

***

Так, чего-то я в этой жизни не понимаю. Пробуждение есть. Головная боль есть. Красные мухи есть, но мало. Все признаки похмелья налицо. А где моя личная персональная пустыня? Вот где, я спрашиваю? Пить не хочется. Язык не распух и ворочается. И даже есть чем плюнуть.