Рассказы о мире Майи (СИ) - Щукин Михаил Николаевич

– Ладно, не буду лишать вас сладкого. – Вздохнула Сайяна. – Вам предстоит все разъяснить своим бойцам.

Сайяна с улыбкой проводила взглядов вылетевших из комнаты подопечных. Она привычно по правила прядь коротких, до плеч волос. Из-за тех же инструкций, только в отношении себя, пришлось сменить привычную прическу и даже головной убор на вот это. Теперь волосы не были затянуты в плотную прическу, такую удобную на тренировках. Парни утверждали, что ей идёт и короткие, до плеч, волосы очень даже смотрятся с ее платьями. Но как же они лезут в глаза вовремя тренировок. А преподаватели требуют, чтобы она тренировалась в «своем обычном виде». То есть в платьях, хорошо, что их немного, костюмах, слава единому ей позволили их носить вместе с девочками Ниялы и в том, что другие женщины называют модной обувью. Она бы сказала, как это называется. Точно знала. Потому что в один не самый радужный день предложила Жейрана показать, как и что на практике, лично притащив на тренировку шпильки под его ногу. Ее добровольный личный тренер принял вызов. В конце концов, в тенях служили девушки и от Сайяны требовали не намного больше чем от них. И даже действительно показал все что требовал. Хоть и не с первого раза. Но при этом и в комментариях не стеснялся. И во время тренировок и после. Ушки молодой девушки проведшей в императорском поезде среди бойцов не один день, уже даже не краснели от таких оборотов. Но и повторить ей их на публике было невозможно.

Девушка невольно улыбнулась. За прошедшие пять лет со времени Воссоединения, для неё много чего изменилось. Мама теперь жила в Столице, в собственном домике. И мечтала разве что о внуках, хоть и признавала, что с этим дочери можно пока не спешить.

Спонтанно возникшая должность наставницы гекаторбы оказалась едва ли не самой важной рядом с их высочествами за истекший период. И Келан и Нияла наотрез отказались её отпускать. Ещё и пригрозили, что будут сбегать из дворца. И ей все равно придётся каждый раз объясняться с тенями.

Честно говоря, она и сама не хотела. Обязанности наставницы столь непоседливой компании оказались неожиданно интересными и затягивали ее с головой. А учеба, когда вошла в нормальное русло, была не столь тяжёлой, как ей казалось в первое время. И предметы интересные.

Сайяна подошла к открытому окну, чтобы понаблюдать, как подопечные разбились на две одинаковые кучки. Свои разъяснения Нияла с Келаном всегда давали порознь, каждый своему отряду. Пожалуй, это было единственное дело, которое их высочества не исполняли вместе. Исключения бывали, но по очень веским причинам и всегда оговаривалось между ними лично. К своим обязанностям командира их высочества относились весьма ревниво. И страшно обижались, если в отрядах происходило что-то в обход них.

– Ну что? Бунт подавлен?

Развернувшись на голос Майи, Сайяна утвердительно кивнула. В одной с нею голограмме стояла и Лера, приветствующая ее улыбкой.

– Да, они все поняли, и сейчас инструктирует свои отряды. Но почему это нельзя было обсудить ещё во дворце?

– Кое-кто решил, что им слишком много разжевывают и преподносят на блюдечке в качестве готового решения. – Проворчала появившаяся в качестве третьей голограммы Иллис. – Нужен урок неочевидности в поступающей информации и необходимости её рефлекторного анализа. И желательно не один.

– В свете произошедшего бунта, я вынуждена согласиться с советом воспитателей. – Вздохнула Майя. – Дети действительно перестали критически воспринимать предлагаемые решения. К тому же приобрели некоторую самоуверенность в оценке собственного анализа ситуации.

– Похоже, они перестали различать свое мнение и исходную информацию, на основании которой это мнение было составлено. К тому же стали ждать, что кто-то предложит готовое решение. – Вздохнула Иллис. – Наша вина. Разбаловали мы их.

Принцессы переглянулись между собой с виноватым видом и дружно вздохнули.

– Придётся извиняться перед советом воспитателей. – Поморщилась Иллис.

– Что поделать, были неправы.

– Здорово! А почему я отдуваюсь, если ошибки не мои. – Сайяна давно перестала комплексовать в присутствии своих детских кумиров. В вопросах воспитания и обучения внуков императора Майя с Иллис от неё требовали нормального общения хотя бы наедине.

– Во-первых, их высочествам надо помнить, что всегда есть более информированные разумные. И это не зависит ни от положения, ни от статуса. И их задача таких специалистов находить. Ты просто наиболее доступный для них вариант. Пусть тренируются на тебе и твоих подчиненных. А во-вторых, дети растут. Тебе тоже надо учиться разговаривать с ними, и настаивать на своём, вплоть до прямых приказов и запретов. – Заметила Лера.

– Кстати, и извиняться тоже. – Немного сердито заметила Майя. – Ты почему не удержала Келана, когда он задал свой вопрос?

– Но ведь они правящие. А правящим….

– Ох уж эти постулаты мне! – Закатила глаза Иллис. – Сайяна, потенциалам действительно не рекомендуется в разговорах давать прямые запреты или делать что-то, что может снизить их уверенность в себе. Но здесь ведь совсем иное. В этом случае они неправы изначально. Это их сложившееся неверное мнение, а не интуитивное решение. Для них стоит вопрос ответственности за свои поступки и решения. Хотя бы в категории принесения личных извинений. Если уж так хочешь, то это вопрос снятия чувства вины. Ведь своим бунтом они подставили тебя, как свою наставницу.

– Ну, они же показали свою готовность принести извинения.

– И ты их простила вслух только за намерения, а не действия. – Усмехнулась Иллис. – В Совете воспитателей тебе еще выскажут, что самое большее, ты должна была продемонстрировать только готовность принять извинения, но никак не принимать их.

– Поняла. Больше так не буду. Но мне бы тоже хотелось научиться, когда надо останавливаться на намерениях, а когда требовать их реализации. – Посетовала девушка.

– Подключи постоянный канал с Советом и обсуди с ними этот вопрос. Пусть поработают над инструкциями.

– Рриссан, ты слышал о приезде принцессы? – возбуждение Линши было прямо таки написано на личике младшей сестры, когда она ворвалась в их временный домик.

Рриссан был старше сестры на целых шесть лет и считал не солидным показывать свои эмоции. В конце концов, ему было почти тринадцать. И он видел в этой жизни гораздо больше чем сестра.

– Слышал. – Парень аккуратно перебросил свою косу за спину и степенно, как ему казалось, встал с корточек. – Они прибыли ещё вчера вечером. В городе по этому поводу праздник.

– У-у-у. Я же хотела посмотреть на их выход! – Расстроилась Линша.

– Так не надо было уезжать. – Наставительно произнёс брат. – Мама ведь не хотела тебя брать.

– Так ведь мы ездили смотреть деревню, в которой будем жить. – Возмутилась девочка. – Представляешь, там речка, а ещё лес и нам даже предложили выбор из трёх домов.

– Лес наверно кишит тварями. – Заметил Ррисан.

– Там форпост патрульной службы. Целых две десятки. И щиты на всю деревню. И в каждом доме малые щиты стоят. Даже в тех, что нам предложили.

Парень все же скептически скривился. Ну не мог он всерьёз поверить, что кто-то будет их защищать от тварей. Да ещё предоставлять целый дом для проживания. Дали бы спокойно пожить, и то хорошо.

– Ты не огорчайся. Я бегал в город, но все равно ничего не видел. Там такая толпа была, что ближе, чем за три квартала было совсем не пробиться.

Девочка недоверчиво прищурилась. Потом понятливо кивнула.

– Опять да?

– Ты же знаешь. – Недовольно отвернулся Рриссан. – Мы Асса-анши. К Асса-анши везде одинаковое отношение. Когда лучше, когда хуже. Но все равно одинаково.

Девочка грустно вздохнула и присела на топчан.

Асса-анши считались людьми. По крайней мере, они были близки к ним на столько, что при желании могли рождаться общие дети. Внешне они почти ничем не отличались от них и были по меркам людей вполне привлекательными. Разве что немного нарушены пропорции тела. Плечи чуть более узкие и не так выдаются у взрослых мужчин, предплечье заметно длиннее локтевого сустава. Но такое и среди людей бывает. Глаза вот, правда имели не круглый, а овальный зрачок и были приспособлены к сумеречному зрению. Но это ведь не сразу бросалось в глаза.