Хлоя Корф - Расчёт вечности

Наконец Тес удалось успокоиться, и когда она почти полностью погрузилась в сон, рука Себастьяна проникла под рубашку её пижамы. Девушка изогнулась, услышав свой стон, и в следующий миг отключилась.

Всю неделю фотограф нянчился с возлюбленной, как с ребёнком, обучая её всем тонкостям участи субвита: как быстро научиться не слышать мыслей (нужно сфокусировать своё внимание на ближайшем предмете, скажем – столе, и подумать про него: например, из чего тот сделан); каким образом манипулировать сознанием людей – тут у Тес никаких проблем не возникло: как субвит желает, чтобы поступил человек, так тот и поступит, причём бессмертный мог заставить того думать о том, о чём ему требовалось (ни это ли проявление рабства в чистом виде?); как управлять предметами силами субвита, в особенности тяжёлыми. Девушка схватывала всё быстро и охотно, кроме одного – блокирования своих мыслей. Себастьян подтвердил слова Фаннара, поведав, что самый быстрый и надёжный способ – напевать про себя какую-нибудь песню, и на её фоне думать о своём. У Тес, как она ни старалась это сделать, ничего не выходило – Кристиан по-прежнему бесстыдным образом продолжал копаться в её голове. Ещё девушка осторожно поинтересовалась, каким образом субвиты способны проникать в сны других. Оказалось, что для этого следует чётко представлять обстановку, в которой находится объект, чей сон ты пожелал потревожить – словом, где он пребывает в тот момент, когда субвит ему снится. После чего очень тщательно сконцентрироваться на этом и ты сам не заметишь, как попадёшь в чужое сновидение, где можешь развивать события по своему усмотрению. Всё это были лишь слова, и не более. Когда Тес попыталась проникнуть в сон Себастьяна, не без его согласия, лёжа рядом, то отключилась намного быстрей, чем он. Сны субвитам не снились.

Возлюбленный основательно занимался питанием подопечной: он вводил ей кровь по три-четыре раза на день, тогда как сами они употребляли её не больше двух. Это девушке открыл Кристиан. Тес негодовала, доведя до Себастьяна, что от подобной «заботы» голод у неё всё равно не проявится, а так они только тратят запас донорской крови третьей группы. Доктор был согласен с девушкой, но Себастьян неумолим и непреклонен. Тес даже попыталась воспротивиться на это силой субвита, но возлюбленный вмиг её утихомирил, оказавшись быстрее и наградив девушку проникновенным, в прямом смысле этого слова, поцелуем. Тес вздрогнула, полностью отдавшись власти Себастьяна.

Он оторвался от неё так же внезапно, как и накинулся. Субвит чуть не упала, но теперь, благодаря тому, кем стала, сумела вмиг переместиться на кровать, дрожа от близости Себастьяна и растерянно уставившись на него. Он лишь широко улыбнулся и вышел. Тес плюхнулась на подушки, полыхая от страсти и унимая дрожь. Все предметы по близости тряслись вместе с субвитом, она прекратила это без труда, в отличие от случая с непослушным телом, которое продолжало лихорадить от ощущения Себастьяна. Что же тогда даст их физическая близость – то, чего Тес охотно жаждала, но для неё это пока оставалось непозволительной роскошью – тело и сила субвита препятствовали подобному.

С каждым разом поцелуи Себастьяна делались всё чувственней, отчего Тес просто сходила с ума, задыхаясь при этом и не замечая ничего вокруг. Её захлёстывала волна чувств – нежности, страсти, неистовства, ненасытности – и всё разом.

Себастьян позволял себе в такие моменты лишь ласкать волосы возлюбленной. До её тела он силился не дотрагиваться, дабы подобное волшебство не прекращалось.

Девушка с содроганием ждала прихода ночи. Теперь Себастьян укладывался вместе с Тес. Иногда, подперев голову рукой, он испепелял возлюбленную взглядом, отчего она моментально приходила в трепет, умоляя его так не смотреть. Себастьян на это лишь с ещё большим обожанием пожирал её своим взором. Не выдерживая подобного, субвит отворачивалась, и в следующий миг оказывалась в объятьях фотографа. В эти моменты ей казалось, что горячая, просто огненная, волна накрывает её с головой. Тес удовлетворённо вздыхала, а Себастьян, унимая её дрожь, обжигал её кожу своим дыханием. Это было мучительно, почти невыносимо, сладко и божественно. Девушка проваливалась в сон, к своему удивлению, с бешено бьющимся сердцем.

А иногда случалось что-то умопомрачительное, когда Себастьян склонялся над Тес и настойчиво припадал к её губам, держа свои руки на подушке. Тогда субвит, забывая дышать и вообще обо всём вокруг, дрожащими руками обвивала совершенный обнажённый торс. Её ладони непроизвольно скользили по телу Себастьяна, она чувствовала, как он весь был напряжён при этом, но была не в состоянии это контролировать. Возлюбленный по-прежнему не позволял себе дотрагиваться до Тес, лишь губами сладко терзал её губы. А она извивалась и задыхалась при этом, не представляя, как можно испытывать столько чувств сразу, которые топили её в своём омуте…

Себастьян отрывался так же внезапно, как и накидывался с поцелуями.

- Спокойной ночи, любимая, - шептал он и заключал Тес в свои объятья, крепко прижимая её к своей груди. Его дыхание быстро восстанавливалось, а девушка ещё какое-то время продолжала задыхаться, не в силах прийти в себя и произнести хоть слово, утопая в горячих руках Себастьяна. Несмотря на подобное состояние, она всегда быстро засыпала, изгибаясь под ладонями субвита, которые проникали ей под рубашку, когда Тес уже почти отключалась.

Как-то фотограф отлучился за очередным запасом крови для любимой – этим он всегда заведовал сам. Девушка немного удивилась, когда перед ней тут же возник Кристиан.

- Тес, тебе предстоит самое трудное, - бросил он непонятную фразу.

- Что ты имеешь в виду?

- Оденься, как подобает человеку. Мы едем в город. Нет, Себастьяна мы дожидаться не будем, - ответил он на её мысли.

Тес послушалась – надела куртку, ботинки и присоединилась к доктору. Тот уже ждал её в машине. Девушка в одно мгновенье оказалась рядом. Внедорожник рванул с места, создавая вокруг себя небольшую снежную бурю.

- Самое тяжёлое для новоиспечённого субвита – впервые оказаться в обществе людей. Но ты должна научиться справляться с подобным и как можно скорей. Себастьян в беспокойстве о тебе думает, что ещё не время. Но, по-моему, он никогда не решится на это.

Тес его совсем не понимала.

- Сейчас поймёшь, - пообещал Кристиан.

Далее они ехали молча на огромной скорости. За окном открывался умопомрачительный пейзаж: помимо заснеженных скалистых гор, белое покрывало земли было исполосовано разной формы и величины озёрами, те блестели, отражая в себе солнце и снег, складываясь в весьма впечатляющую картину. Когда вдали показалось очертание города, Кристиан сбавил скорость. По мере того как они приближались к маленькому городку, снега становилось всё меньше и меньше, пока он совсем не закончился.