Джоан Роулинг - Сага Гарри Поттера

— Ну… она всегда носит одну и ту же шляпу. Такую высокую, с чучелом ястреба. Длинное платье… обычно зелёное… иногда лисье боа.

— И дамская сумочка? — подсказал профессор Люпин.

— Да, большая красная, — подтвердил Невилль.

— Отлично, — сказал профессор Люпин. — Ты можешь ясно представить себе эту одежду, Невилль? Увидеть мысленным взором?

— Да, — неуверенно произнёс Невилль, совершенно не понимавший, к чему идёт дело.

— Когда вризрак вырвется из шкафа, Невилль, и увидит тебя, он станет профессором Злеем, — объяснил Люпин, — тогда ты должен поднять волшебную палочку — вот так — крикнуть: «риддикюлис!» — и изо всех сил сосредоточиться на одежде твоей бабушки. Если всё пройдёт как надо, то профессор Вризрак Злей предстанет перед нами в шляпе с чучелом, зелёном платье и с красной сумкой в руке. Раздался взрыв хохота. Шкаф затрясся сильнее.

— Если у Невилля всё получится, то вризрак, скорее всего, переключится на других, по очереди, — предупредил профессор Люпин. — Я бы хотел, чтобы вы все представили себе то, чего вы больше всего боитесь, и подумали, как сделать образ комичным… В учительской стало тихо.

Гарри задумался… Чего же он боится больше всего на свете? Первой мыслью было: Вольдеморта. Вольдеморта, обретшего былую мощь. Однако, раньше, чем он начал обдумывать план возможной контратаки на Вольдеморта-вризрака, другой кошмарный образ всплыл на поверхности сознания… Отвратительная, поблескивающая рука, как будто засасываемая под чёрную рясу… долгий, спазматический, скрежещущий выдох из невидимого рта… и холод, такой пронзительный, такой обволакивающий, что в нём можно утонуть…

Гарри содрогнулся, а затем осмотрелся вокруг в надежде, что никто не заметил его состояния. У большинства ребят глаза были закрыты. Рон бормотал про себя: «ноги пообрывать». У Гарри не было сомнений, к чему это относится. Рон больше всего на свете боялся пауков.

— Все готовы? — спросил профессор Люпин.

Гарри обдало волной страха. Он не был готов. Каким образом можно сделать дементора не таким страшным? Но он не хотел просить дополнительного времени на размышления; все остальные закивали и стали засучивать рукава.

— Невилль, мы отойдём подальше, — предупредил профессор Люпин. — Чтобы расчистить поле битвы, хорошо? Я сам буду вызывать каждого следующего… Давайте, ребята, отойдите назад, чтобы Невиллю ничто не мешало… Все отступили, встали по стенкам, оставив Невилля одного перед шкафом. Бедняга был бледен и напуган, но тем не менее засучил рукава робы и держал палочку наготове.

— На счёт «три», Невилль, — сказал профессор Люпин, сам прицелившийся в дверную ручку кончиком волшебной палочки. — Раз — два — три — пошёл!

Поток искр выстрелил из палочки профессора Люпина и ударил по ручке двери. Шкаф с силой распахнулся. Оттуда вырвался профессор Злей, крючконосый и зловещий. Он вперил в Невилля горящий взор. Невилль отшатнулся. Он бессмысленно держал палочку над головой и что-то беззвучно бормотал. Злей надвигался на него, шаря в складках своей робы.

— Р…р… риддикюлис! — пискнул Невилль.

Раздался звук, похожий на щёлкание кнута. Злей споткнулся; внезапно оказавшись в длинном, отороченном кружевами, платье и высокой шляпе с объеденным молью ястребом. Он угрожающе махал красной дамской сумкой. Класс заревел от смеха; вризрак замер в замешательстве, а профессор Люпин закричал: «Парватти! Вперёд!» Парватти, с решительным выражением лица, выскочила вперёд. Злей повернулся к ней. Снова щёлкнул кнут, и вот уже на месте Злея возникла забинтованная, покрытая кровавыми пятнами мумия; её безглазое лицо обратилось к Парватти, и мумия медленно направилась к девочке, волоча ноги, занося загипсованную руку…

— Риддикюлис! — выкрикнула Парватти. Тряпки на ногах у мумии размотались; она запуталась в них, упала лицом вниз, и её голова откатилась в сторону.

— Симус! — взревел профессор Люпин. Симус выскочил перед Парватти.

Щёлк! Мумию сменила женщина с длинными, до полу, чёрными волосами и обглоданным, с прозеленью лицом-черепом — банши. Она широко разинула рот, и потусторонние завывания наполнили комнату, протяжные, стонущие крики, из-за которых волосы встали дыбом у Гарри на голове…

— Риддикюлис! — крикнул Симус. Банши охнула и схватилась за горло; она потеряла голос. Щёлк! Банши стала крысой, гоняющейся за собственным хвостом, потом — щёлк! — гремучей змеей, шипящей и извивающейся, которая — щёлк! — превратилась в окровавленное глазное яблоко.

— Он запутался! — закричал Люпин. — Мы у цели! Дин! Дин поспешил вперёд. Щёлк! Глазное яблоко сделалось отрубленной рукой, которая принялась слепо хлопать по полу, а потом побежала по комнате, как краб.

— Риддикюлис! — заорал Дин. Что-то хрустнуло, и рука попалась в мышеловку.

— Отлично! Рон, ты следующий!

Выскочил Рон. Щёлк! Многие завизжали. Гигантский паук, шести футов в высоту, покрытый шерстью, надвигался на Рона, угрожающе клацая жвалами. Гарри сначала показалось, что Рон замер от страха. Но потом…

— Риддикюлис! — прогремел голос Рона, и у паука отвалились ноги; тело покатилось как шар; Лаванда Браун с воплем отскочила в сторону, и шар подкатился к Гарриным ногам. Он поднял палочку и приготовился, но…

— Сюда! — вдруг громко позвал профессор Люпин, торопливо выбежав вперёд.

Щёлк! Паук-инвалид исчез. Примерно секунду все дико озирались, не находя вризрака. Затем увидели серебристо-белый шар, зависший в воздухе перед Люпином. Преподаватель довольно лениво произнёс: «Риддикюлис!». Щёлк!

— Давай, Невилль, прикончи его! — воскликнул Люпин, когда вризрак в виде таракана упал на пол к его ногам. Щёлк! Вернулся Злей. На этот раз Невилль ринулся к нему очень решительно.

— Риддикюлис! — завопил он, и Злей в платье с кружевами предстал ребятам лишь на долю секунды, потому что Невилль сразу же издал издевательское «Ха!», и вризрак взорвался, распался на тысячу крошечных клубочков дыма. Скоро дым рассеялся.

— Замечательно! — закричал профессор Люпин, а класс зааплодировал. — Великолепно, Невилль! Все молодцы!… Так, дайте-ка подумать… назначаю по пять баллов «Гриффиндору» за каждого, кто справился с вризраком — за Невилля десять, он сделал это дважды… и по пять за Гарри и за Гермиону.

— Я же ничего не сделал, — сказал Гарри.

— Вы с Гермионой правильно ответили на мои вопросы в начале урока, — беззаботным тоном ответил Люпин. — Очень хорошо, все молодцы, отличное занятие. Домашнее задание — будьте добры, прочитайте главу о вризраках и составьте краткий конспект… это к понедельнику. Вот и всё.