Анастасия Парфенова - Танцующая с Ауте. Трилогия

Самое отвратительное — помочь ему было нельзя. Мощи у Аррека вполне хватало. Дело здесь было в искусстве, в способности концентрировать внимание и в то же время рассеивать его, блокируя одновременно сотни и сотни различных атак.

Даже с точки зрения существа, способного лишь опосредованно воспринимать изменения в Вероятностях, это выглядело феерически.

Я думала, я знала, что дараи сильны. Но, кажется, само понятие могущества нуждалось в серьезном пересмотре. Моего сознания явно было недостаточно, чтобы постигнуть масштабы таких энергий.

Вселенная бесновалась и стонала. Аррек держал над нами щит, спокойный и надменный. Я судорожно вцепилась в его руку, боясь сделать хоть шаг в сторону. — Бес! Вы что там, заснули?!

Пять фигур северд-ин метнулись за пределы защитной сферы... чтобы быть тут же вышвырнутыми назад. У меня отвалилась челюсть. С каких это пор дараи научились справляться с Безликими?

Северд, казалось, были даже более удивлены, чем я. Почти растеряны, насколько на это способны существа, совершенно не умеющие признавать собственное поражение. Аррек вдруг как-то странно скривился, дернулся, часть его силы выплеснулась за пределы щита, меняя что-то в творящемся там ужасе. Наша защита сжалась до угрожающе скромных размеров. Но на этот раз северд смогли проскользнуть сквозь Вероятностный Шторм, будто его и не было. Пара секунд — и все кончилось, только Клык на вытянутой руке, точно ему было противно прикасаться к такой мерзости, принес и бросил к нашим ногам высокого, стройного человека. Да Дикая что-то колдовала перед угрожающего вида пультом управления.

Аррек с закатившимися глазами осел на пол. То есть осел бы, не подхвати я его и не устрой голову у себя на коленях. Взмах ушами — Безликие рассыпались вокруг в защитном построении. Я провела рукой по волосам своего консорта — мокрым, когда-то успевшим спутаться. Чуть ослабила воротник кольчуги.

Его Великолепие поморгал, попробовал сесть и тут же поспешно бухнулся обратно. Болезненно скривил губы.

— Впечатляет.

— Впечатляет? И это все, что ты можешь сказать? Аррек, они почти нас достали!

— Потише, пожалуйста. По ушам бьет.

— Аррек!!! — Это уже шепотом, но очень возмущенно.

— Ну ведь не достали же. — Кажется, он чуть смутился. Не-е, показалось.

— «Разумеется, будет ловушка». «Разумеется, мы сами подтолкнули Круг к ее организации». «Разумеется, попадут в нее исключительно те, кто попытается поймать нас!» Ты самоуверенный, придурочный, безголовый... — Я захлебнулась шипением. Конечно, хотелось бы продолжать наслаждаться семейной разборкой, но защита северд-ин вдруг, к некоторой моей растерянности, оказалась не столь надежной, какой я привыкла ее считать. А значит, надо было брать себя в руки и заканчивать истерику.

Я чувствовала, что с риани все в порядке (думаю, это означало, что Нефрит тоже не пострадала), но все равно спросила:

— Остальные?

— Я их прикрывал.

— Герой ты наш. — Я прямо-таки лучилась ехидством. — Наиотважнейший.

Он вновь попытался подняться, на этот раз куда осторожней. Я служила своеобразным костылем, помогая утвердиться на ногах, обвила закованную в кольчугу талию руками, добавляя ему устойчивости. Шатало обоих, так что зрелище, должно быть, было то еще. Команда инвалидов. Я обеспокоенно вглядывалась в побледневшее, застывшее и не желающее выдавать боли лицо. Непривычно было видеть Аррека слабым. Неправильно.

Впрочем, приходил в себя он просто с феноменальной скоростью. Не зря тетя Ви охала и ахала, исследуя гены арров. Эта раса была настоящим произведением искусства. Великолепным, создававшимся тысячелетиями шедевром.

Он, все еще тяжело опираясь на меня, подошел к небрежно брошенному Клыком телу и пнул его, чуть не опрокинув при этом нас обоих. Так старательно разыскиваемый член Круга был мертв, прочно и основательно. Северд-ин явно решили, что риск тут не оправдан. Нельзя сказать, чтобы я их в этом решении не поддерживала. А вот Аррек скривился, будто в рот ему попало что-то чрезвычайно кислое. Легким, но явно болезненным для него усилием заморозил время вокруг трупа, останавливая процесс разложения. Кое-как доковылял до пульта управления, упал в кресло, что-то внимательно изучая. И холодно-отстраненно комментируя свои открытия.

— Дилетанты. Разве можно строить всю систему зависимой от одной, очень даже смертной личности? Параноик тронутый... — И дальше в том же духе. Так, мальчик явно нашел себе занятие, о нем можно не беспокоиться.

Я повернулась к туманящимся где-то то ли поблизости, то ли вдали северд.

— Бес.

Лидер звезды выступил вперед, и не впервые в его движении мне почудилась... нет, не неуверенность. Неохота.

— Мы просим прощения, что позволили себе убить вашего врага, торра. Он слишком многое контролировал.

Это что-то новенькое. Северд-ин, начавшие оправдываться? Безликие, открытым текстом признающие, что им встретился враг слишком сильный, что победить его, не уничтожив? И это северд, помешанные на чистоте военного искусства и стратегическом изяществе решений?

— Вы можете объяснить, почему обычный, пусть и страшный, Вероятностный Шторм оказался способен на вас воздействовать? — Я сразу взяла быка за рога, не утруждая себя танцами вокруг да около.

— Нет. Боевые звезды никогда раньше не сталкивались с подобным, — Бес тоже не был расположен к пространным философствованиям.

Черный балахон и маска не позволяли считать ни выражение лица, ни телесный язык. Я машинально отметила, что Бес материализовался полностью, что он ощущался почти как любое другое существо, стоящее в паре метров от тебя. Никакой тебе потусторонней растворенности, только сверхъестественная пластика движений. Пытается показать, что вовсе его и не испугали недавние события? Что вот он, здесь, готов мечом к мечу встретить любую опасность?

— Что ж. Все когда-нибудь случается в первый раз.

Бес не ответил, что-то в нем явно протестовало против такого вывода. Громко так, отчаянно протестовало. Я вздохнула.

— Вы считаете, то, что сделал этот бедняга, — я дернула ушами в сторону замороженного трупа, — было бесчестным?

— Да.

Коротко и исчерпывающе.

— Почему?

С любым другим Безликие и говорить бы не стали на подобную тему. Но ко мне у них было особое отношение. Ауте свидетель, я этого никогда не понимала.

— Он дрался нечестно. Не дрался вообще, спрятавшись за своими машинами и своим колдовством. В этом не было Мастерства.