George Martin - Танец с драконами

Доран прикрыл глаза и снова открыл их. Хотах видел, как у принца под пледом дрожит нога.

– Не будь вы дочерьми моего брата, бросил бы вас троих в темницу и держал там, пока не истлеют ваши кости. Вместо этого я намереваюсь взять вас с собой в Водные Сады. Там вы получите несколько уроков, если у вас хватит ума их увидеть.

– Уроки? – откликнулась Обара. – Всё что там можно увидеть – голенькие детки.

– Да, – ответил принц. – Я рассказал сиру Бейлону историю, но не всю. Пока ребятишки барахтались в прудах, Дейенерис наблюдала за ними, сидя в тени апельсиновых деревьев, и на неё снизошло озарение. Она не могла отличить знатных отпрысков от простолюдинов. Голые, они были всего лишь детьми. Все невинные, уязвимые, заслуживающие долгой жизни, любви и защиты. «Вот твое королевство, – сказала она своему сыну и наследнику, – помни о них, что бы ты ни делал». Моя мать передала мне её слова, когда я вырос и должен был покинуть сады. Принцу легко созвать копья, но в конце за это заплатят дети. Ради них мудрый принц не станет вести войну без веской причины, тем более войну без надежды на победу.

Я не слепой или глухой. Знаю, что все вы считаете меня слабым, трусливым и безвольным. Ваш отец знал меня лучше. Оберин был змеем – смертоносным, опасным, непредсказуемым. Никто не смел на него наступить. Я был травой – мягкой, приятно пахнущей и колеблющейся под любым ветерком. Кто же боится пройтись по траве? Но трава прячет змея от врагов и скрывает до поры его бросок. Ваш отец и я работали теснее, чем вам известно… но сейчас он мертв. Но вот вопрос, могу ли я доверять вам, его дочерям, и будете ли вы служить мне так же, как он?

Хотах изучал каждую по очереди. Обару – с грязными ногтями и обветренной кожей, с сердитыми близко посаженными глазами и каштановыми волосами. Нимерию – томную, элегантную, с золотистой кожей и длинной черной косой с вплетённой в нее красно-золотой лентой. Тиену – голубоглазую и светловолосую, тонкорукую и хихикающую, похожую на подростка.

Она-то и ответила за всех.

– Трудно сидеть сложа руки, дядя. Дай нам задание, любое, и ты увидишь, что мы настолько верны и послушны, о чём только мог мечтать любой принц.

– Рад это слышать, – ответил Доран, – но слова – ветер. Вы дочери моего брата, и я люблю вас, но усвоил, что не могу вам доверять. Я хочу услышать клятву. Присягнёте ли вы мне, и станете ли слушаться?

– Если необходимо, то да, – подтвердила леди Ним.

– Тогда прямо сейчас поклянитесь могилой вашего отца.

Лицо Обары потемнело.

– Не будь ты моим дядей…

– Но я твой дядя. И твой принц. Клянись или убирайся.

– Я клянусь, – произнесла Тиена, – могилой моего отца.

– Я клянусь, – повторила Нимерия, – Оберином Мартеллом, Красным Змеем из Дорна и лучшим человеком, чем ты.

– Да, – последовала их примеру Обара, – я тоже. Отцом. Клянусь.

Часть напряжения, сковывавшего принца, исчезла. Он откинулся в кресле, протянул руку, и принцесса Арианна взяла его за руку, встав рядом.

– Скажи им, отец.

Принц Доран глубоко вздохнул.

– У Дорна при дворе всё ещё есть друзья. Друзья, сообщающие вещи, о которых нам не положено знать. Приглашение Серсеи – ловушка. Тристан никогда бы не доехал до Королевской Гавани. По дороге назад – где-то в Королевском Лесу – на отряд сира Бейлона нападут разбойники, и мой сын умрет. Меня призвали ко двору, чтобы я был свидетелем этого и избавил королеву от подозрений. А эти разбойники? Атакуя, они будут кричать: «Полумуж, полумуж». Сир Бейлон даже мельком увидит Беса, хотя кроме него карлика никто не заметит.

Арео Хотах не поверил бы, что хоть что-то способно до глубины души поразить Песчаных Змеек, если бы не увидел собственными глазами.

– Помилуй нас Семеро, – прошептала Тиена. – Тристан? Почему?

– Эта женщина сошла с ума! – воскликнула Обара. – Он же всего лишь мальчик!

– Чудовищно, – сказала леди Ним, – я не могу поверить в эту историю и в то, что в это замешан рыцарь Королевской Гвардии.

– Они дали клятву повиноваться, как и мой капитан, – ответил принц. – Я тоже испытывал сомнения, но вы видели, как упёрся сир Бейлон, когда я предложил плыть морем. Корабль мог расстроить замыслы королевы.

Лицо Обары налилось кровью.

– Верните мне копьё, дядя. Серсея прислала нам голову. Мы же отправим ей мешок голов.

Принц Доран поднял руку. Суставы пальцев были похожи на вишни, почти такие же большие и темные.

– Сир Бейлон мой гость. Он вкусил хлеб и соль под моим кровом. Я не позволю его тронуть. Нет. Мы отправимся в Водные Сады, где он услышит историю Мирцеллы и пошлёт ворона своей королеве. Девочка попросит поймать ранившего её человека. Если Бейлон – мужчина, за которого я его принимаю, Сванн не откажет ей. Обара, ты поведешь его в Горный Приют, чтобы схватить Тёмную Звезду в его логове. Время, чтобы Дорн бросил открытый вызов Железному Трону, еще не настало, нам придется вернуть Мирцеллу матери, но я не буду её сопровождать. Эта участь выпадет тебе, Нимерия. Ланнистерам это понравится не больше, чем то, что я послал к ним Оберина, но им придется это проглотить. Нам нужен голос в совете и уши при дворе. Будь осторожна, Королевская Гавань кишит змеями.

– Дядя, я люблю змей, – улыбнулась Ним.

– А как же я? – спросила Тиена.

– Твоя мать была септой. Оберин рассказывал, что она читала тебе «Семиконечную Звезду» в колыбели. Ты тоже понадобишься мне в Королевской Гавани, но на другом холме. Мечи и Звезды созваны вновь, а новый Верховный Септон отнюдь не марионетка, в отличие от своих предшественников. Постарайся втереться к нему в доверие.

– Почему бы и нет? Белые цвета мне идут, я выгляжу в них такой… чистой.

– Хорошо, – удовлетворённо произнес принц, – хорошо.

Он немного поколебался.

– Если… если произойдут определенные события, я отправлю каждой из вас весточку. В игре престолов обстоятельства могут меняться стремительно.

– Я знаю, вы нас не подведете, кузины, – Арианна по очереди подходила к ним, брала за руки и легонько целовала в губы. – Такая яростная Обара, Нимерия, сестренка, Тиена, дорогая, я люблю вас всех. Пусть солнце Дорна осветит ваш путь.

– Непреклонные, несгибаемые, несдающиеся, – в один голос ответили Песчаные Змейки и удалились из покоев принца.

Принцесса Арианна задержалась после ухода кузин. Арео Хотах тоже остался на месте.

– Они истинные дочери своего отца, – заметил принц.

– Три Оберина с титьками, – улыбнулась маленькая принцесса.

Доран рассмеялся. Хотах так давно не слышал его смеха, что почти забыл как тот звучит.

– И всё равно настаиваю, что именно я, а не Ним, должна отправиться в Королевскую Гавань, – обратилась Арианна к отцу.