Кэтрин Куртц - Хроники Дерини

— Ну, спасибо, — пробормотал он.

Аларик улыбнулся и поддержал Дункана, помогая ему сесть.

— Ну что, Варин, — заговорил он, — довольно с вас того, что вы видели? Согласитесь, если дар исцеления и впрямь даруется Богом, то от Него он достался и Дерини?

Бледный Варин изумленно покачал головой.

— Не может быть! Дерини не могут исцелять. Да, но ты-то исцелил. Значит, этот дар подвластен могуществу Дерини. А тот, кто исцеляет…

Голос его прервался, потому что Варин окончательно запутался, и он побледнел бы, наверное, еще больше, если бы это было возможно. Морган увидел, что наконец достиг того результата, к которому стремился. С понимающей улыбкой он помог Дункану подняться и приблизился к Варину.

— Да, Варин, вы должны взглянуть правде в глаза, — спокойно сказал он, — Если бы то, что я скажу, вам сказали раньше, вы бы и слушать не стали. Но теперь-то вы, может быть, сможете трезво оценить услышанное. Мы думаем, что, возможно, вы тоже Дерини.

— Нет, этого не может быть, — удивленно пробормотал Варин, — я не Дерини. Я всю жизнь ненавидел Дерини. И я знаю, что их не было в моем роду. Это невозможно!

— Может быть, и так, — согласился Келсон, глядя на Варина так же пристально, как и Морган. — Многие из нас в чем-нибудь уверены всю жизнь, пока волей случая эта уверенность не разрушится. Вы, возможно, слышали, как моя матушка обнаружила, что ее предки были Дерини. А кто мог предположить, что Джеанна Гвиннедская — Дерини? Она ведь держалась тех же взглядов, что и вы, Варин, причем во многих отношениях еще тверже вас.

— Но как же, как можно узнать правду о себе? — слабым голосом спросил Варин. — Как узнать точно?

Морган улыбнулся.

— Джеанна узнала, когда у нее не осталось другого выхода и ей пришлось воспользоваться своими силами, о которых она и не догадывалась. Но есть и другой способ. Если заглянуть в ваш мозг, можно наверняка узнать, Дерини вы или нет. И это — единственное, что может дать полную уверенность. Если хотите, я вас проверю.

— Заглянуть в мысли?..

— Вы сами настроитесь и позволите моему сознанию войти в ваше. Я не могу объяснить, как, слившись с вашим разумом, узнаю, Дерини вы или нет, но что узнаю — это точно. Поверьте, я могу это сделать. Вы согласны?

— Что? Войти в мое сознание? Я… — Он взглянул на Кардиеля, неосознанно ища поддержки епископа. — А можно, ваше преосвященство? Я… не знаю, как мне поступить. Научите меня, умоляю вас.

— Я верю Моргану, — негромко произнес Кардиель, — хотя тоже не знаю, как он это делает, но я принимаю его слова на веру. И хоть я никогда не соприкасался с его сознанием, мне кажется, в этом нет ничего дурного. Вы должны осознать свои прошлые ошибки и присоединиться к нам, Варин. Только наше единство поможет Гвиннеду выстоять против Венцита Торентского. Я уверен, вы это понимаете.

— Да, но позволить Моргану… — Голос его прервался, когда он посмотрел на генерала-Дерини, а Морган понимающе кивнул в ответ.

— Я разделяю ваши опасения на сей счет. Вы знаете, что я не испытываю к вам теплых чувств. Но больше некому это сделать. Келсону не хватает опыта, каким бы способным он ни был, а Дункан, боюсь, слишком ослабел. То, что мы собираемся проделать, требует слишком много сил, Дункану это может повредить. Так что, если вы хотите узнать истину, выбора у вас нет.

Варин потупил взгляд и несколько секунд глядел себе под ноги, затем медленно обернулся к своим соратникам.

— Скажите мне честно, — спросил он полушепотом, — вы вериге, что я Дерини? Пол? Оуэн?

Пол оглядел остальных и переместился на несколько шагов вперед.

— Я… Поверьте, я говорю от имени всех нас, лорд, так вот, мы даже не знаем, что и думать.

— Что же мне делать? — прошептал Варин себе под нос.

Пол взглянул на остальных и снова заговорил:

— Узнайте все разом, лорд. Может быть, мы и ошиблись в Дерини. Конечно, если вы из них, то зла в них бьггь не может. Да мы за вами в Преисподнюю спустимся и обратно вернемся, вы же знаете. Так что лучше бы узнать.

Варин тяжело опустил плечи, признавая поражение, и повернулся к Моргану, не глядя ему в глаза.

— Кажется, я вынужден вам подчиниться, — сказал он. — Мои собратья хотят знать, кто я такой, и, признаюсь, я — тоже. Что я должен делать?

Морган протянул Дункану его рубашку и развернул кресло к огню.

— Не нужно никому покоряться, Варин, — сказал он, давая знак рукой всем остальным отойти. Он вспомнил на мгновение, как они с Варином стояли друг против друга в гробнице святого Торина. — Мы оба останемся в полном сознании и действовать будем сообща. Если вы вдруг испугаетесь чего-нибудь и не захотите продолжать, то в любой момент можете прервать нашу связь. Обещаю, что ничего не сделаю против вашей воли. Сядьте, пожалуйста, сюда.

Тяжело вздохнув, Варин посмотрел на кресло, повернутое теперь к огню, и осторожно присел на самый его край. Морган встал позади, положил руки ему на плечи и притянул его к спинке кресла.

Все остальные тоже сгрудились за креслом, так что видели только спину Моргана и плечи Варина. В полумраке голос Моргана звучал тихо и успокаивающе.

— Расслабьтесь, Варин. Сядьте и смотрите в камин, на огонь. В том, что мы делаем, магии очень мало. Расслабьтесь и смотрите на огонь. Сосредоточьтесь на моем голосе и на прикосновении моих рук. Я обещаю, что не принесу вам вреда, Варин. Расслабьтесь и погружайтесь в себя вместе со мной. Пусть для вас из всей вселенной останется только это мягкое мерцание пламени. Расслабьтесь и погружайтесь в себя.

Монотонный голос Моргана продолжал гудеть то громче, то тише, в такт мерцанию языков пламени, и вскоре Варин на самом деле расслабился. Морган все слабее сжимал его за плечи, и Варин не вздрогнул, когда он совсем убрал руки, — хороший знак. Медленно, по мере того как Варин все больше и больше попадал под чары его монотонного голоса, Морган сосредоточивал свои мысли на его особе, поглядывая на свой перстень с грифоном и начиная первый этап мысленного контакта. Варин уже пребывал к этому времени в легком трансе, дыхание его с каждой минутой замедлялось и делалось глубже; наконец веки его затрепетали и сомкнулись.

Морган легко коснулся его висков, и Варин не шелохнулся в ответ; со вздохом облегчения Морган позволял себе еще более глубоко проникнуть в сознание Варина. Слегка прижав голову Варина к своей груди, он сам прикрыл глаза и затем склонил голову. Теперь он целиком проник в сознание Варина.

Прошло, наверное, минут пять, прежде чем он пошевелился и, приподняв голову, со все еще закрытыми глазами повернулся к Келсону и Дункану.