Алексей Палей - Курьер

— Кимура, останься здесь. Я гляну что там. — Сказал лейтенант, обращаясь ко второму полицейскому.

— Хорошо. Может пока передать сообщение о проверки машин?

— Передавай.

— Отец, его не сбило машиной! Там, внизу, мы нашли спасательный жилет…. Мы не сразу увидели.

— Понятно. И, тем не менее, пусть устроят проверку. Мальчик, похоже, лежит несколько часов, и никто о нём не сообщил. — Сказав, полицейский быстро спустился к лежащему внизу ребёнку.

Добравшись до лежащего без сознания мальчика, он наклонился проверить возможные повреждения. Внешне ничего невидно; покрывшаяся солью и прилипшим песком одежда, скрывала всё, что можно. Не короткие волосы были спутаны и тоже все в солёном песке. На вид мальчик явно не японец, немного сглаженные европейские черты лица, были хорошо заметны. Больше рассмотреть не удалось — мальчик открыл глаза и негромко хрипло спросил:

— Лейтенант полиции Нобору Ишигуро?

— Да… — Удивлённо ответил полицейский.

— Мне очень не нравиться игра Перл Харбор. — Всё также хрипло проговорил мальчик. Он не вставал и вообще не шевелился.

— Мне тоже…. Мой дед участвовал в той атаке. — Потрясённо ответил мужчина.

— А фильм ещё хуже.

— Да. Но только с нашей точки зрения.

— Есть хорошая песня…. Там строчка «Карлссон садится в самолёт без шасси. Солнце кроваво и светло». Хорошая песня.

— Я такую не слышал.

— Скажите, тогда, над Окинавой, действительно было дымное небо?

— Да. И Солнце… тоже. — Громко сглотнув, ответил полицейский.

— Помогите подняться. — Уверенно и нормальным голосом, попросил мальчик. Мужчина взял его за руку и поддержал, помогая подняться на ноги без особых усилий. — Я свободный информационный курьер номер тринадцать. — Серьёзным тоном представился он, и устало продолжил. Мне нужна помощь…. Отдохнуть немного.

То, что мальчик говорил на японском языке, причём без возможного иностранного акцента, вызвало только небольшое удивление. Потрясло Ишигуро другое: давно обещанное, маловероятное событие, произошло.

Давно, уже больше четырёх лет назад, он, тогда ещё рядовой полицейский, сидел за стойкой ночного бара и старательно напивался до потери сознания. Шесть лет в полиции, три награды, семь поощрений, а повышение получает тот, кто ни разу не был на ночном патрулировании, не участвовал в рейдах по притонам, никогда не попадал в мишень и всегда заваливал зачёты по физподготовке. Зато этот «кто» всегда вовремя сдавал отчёты, делал щедрые подарки начальству и всегда попадался на глаза что–то пишущим, при проверках. И теперь тот увалень — старший сержант и начальник полицейского участка. За прошедшие полгода, репутация полицейских его участка, в глазах жителей района опустилась ниже некуда. И ничего не сделаешь, потому что вовремя не сданный отчёт теперь считается серьёзнейшим нарушением по службе. А то, что напротив полицейского участка расположился наркопритон, начальство не волнует — письменных заявлений от жителей района нет, значит и беспокоиться не о чем. Трое отличных парней уже уволились. А тех, кто пришёл на их место, хотелось арестовать, потому что даже в форме и со спины они выглядели бандитами иили мошенниками со стажем. Но, отчёты и прочее, сдавали на неделю раньше срока.

Где–то после шестого стакана виски к нему подсел хорошо одетый иностранец. На плече у него висела спортивная сумка. Больше ничего о внешности того человека внятно он так и не смог вспомнить, так как к тому моменту был уже достаточно пьян. Незнакомец заказал стакан минеральной воды и две чашки крепкого натурального кофе. Получив заказ, он сделал пару глотков воды и спокойно произнёс:

— Что, отмечаете скорое повышение вашего любимого сержанта в лейтенанты?

— Ййпт! — зло выдохнул полицейский.

— А сами на его место? Хотите?

— Если только сначала убить его. — Невнятно буркнул в ответ полицейский.

— Зачем сразу убить? А если его уволят? — Без особых эмоций, но уверенно поинтересовался незнакомец.

— А вы вообще кто?! Я — полицейский. Я… Я не имею дел с преступ–никами! — Пьяно икнув, заносчиво поговорил Ишигуро.

— В каком–то смысле я действительно преступник.

— Тогда я вас сейчас арестую! Где мои наручники? И отчёт сдам!

— Наручники? Вот они. Но может, сначала, кофе выпьете?

— Кофе? Да, кофе можно. Потом арестую и отчёт напишу. И уволюсь!

И застрелюсь!

— Гм? Тогда меня отпустят. — Несколько ехидно сказал парень.

— Отпустят… — обречёно согласился полицейский и тут же нашёл решение. — Тогда я его застрелю, потом вас, потом себя! — Ещё чуток подумав, он разом выпил пододвинутую к нему чашку кофе.

— Не надо. Давайте я вас лучше завербую? Денег не обещаю, но продвижение по службе гарантирую. — И, мгновение подумав, добавил А отчёты вообще можете не писать.

— Я полицейский! Мой отец был полицейским! Мой дед был военным лётчиком! Я не продам свою страну! — взяв в руку вторую чашку с кофе, продолжил. — Я вас лучше застрелю.

— А если от вас не будут требовать продавать родину?

— Да? И на мафию не буду работать.

Незнакомец весело усмехнулся, выпил глоток воды и предложил пересесть за столик. Он помог своему собеседнику добраться до выбранного столика и заказал ему целую бутылку виски. Дождавшись, когда официант уйдёт, парень продолжил разговор.

— Вам не придётся продавать свою Родину или поступать против своей совести. Я представляю организацию по защите интересов человечества в целом. В вашей прекрасной стране нам необходим один пассивный агент, можно даже сказать — резидент.

— Я — резидент? Ха! Я буду шпионом?

— Нет. Шпионы шпионят. А вы не будете шпионить.

— Тогда какой из меня агент? — немного заинтересовано поинтересовался Ишигуро.

— Думаю, хороший. И для нас и для вашей страны.

— Да? Тогда я согласен. — В порыве пьяного патриотизма заявил Ишигуро.

— Это, конечно, хорошо. Однако, я должен вас сначала предупредить. Прямо сейчас вы ещё можете отказаться. Когда я сообщу вам чуть больше, у вас будет большая вероятность остаться в живых, если откажитесь. Но если откажитесь завтра, то никаких шансов у вас не будет. О своей семье не беспокойтесь — для всех вы будете героем до конца защищавшем закон.

— Тогда и думать не о чем. Где расписываться кровью? — ясно сказал Ишигуро, он оставался пьяным но, похоже, две чашке крепкого натурального кофе слегка развеяли алкогольный туман и повысили внимание.

— Хм. И всё–таки подумайте — вы точно уверенны? Сейчас ещё можно сделать откат, но завтра уже нет.

— Уверен. Особенно если вы обещаете убрать того…. Увальня.

— Завтра утром вы сможете его лично арестовать.

— Утром?

— Да. Но не сегодня утром, а завтра.