Илья Гутман - Возвращение Утренней Звезды

— Одумайтесь, господа, — произнёс Элиддин, — если вы сейчас откажетесь помогать стране Гиперборей, что же будет с вашей репутацией? Кто согласится защищать ваши страны от захватчиков из Масхона? Промедлим немного — и все окажемся под пятой лорда Хаммона. Особенно это касается вас, господа эльфы и гномы. Масхонцы не будут возиться с вами и насильственно обращать в демонопоклонничество. Они просто вырежут ваши страны.

— Господа, — продолжил председатель, — я настоятельно рекомендую всем странам, входящим в Великий Альянс, провести голосование: стоит ли продвигать союзные войска к границам Чёрной Страны или же не стоит? Предупреждаю: голосование открытое. Кто за подвод войск ко границе?

Подняли руки все, кроме, как и предполагал Элиддин, представителей Ариады, Иссара и Хад-Арака.

— Отлично, — продолжил председатель, — кто против?

Подняли руки представители эльфов и гномов. Консул Ариады воздержался от голосования.

— Благодарю вас, господа! Голосование окончено. Каждая сторона обязуется выдвинуть свои войска к границам Масхона.

— Нет, — встал посланник гномов, — мы отказываемся выдвигать свои войска. Нам всё равно, выдвинут ли свои войска представители других стран, и за что они проголосовали. Я выражаю позицию Горного Короля, который голосует против — и не будет выдвигать свои войска. Откровенно говорю: Горный Король не уверен, что войска Альянса одержат победу, поэтому лучше не рисковать конкретно нашими войсками.

— Прошу не игнорировать решения коллектива, частью которого вы являетесь, — парировал консул, — если вы будете пребывать в упрямстве, я исключу вас из состава Великого Альянса. Подумайте над этим предложением.

— Минуточку внимания, — вмешался Элиддин, — если кто-либо не уверен в победе, тут поможем мы, паладины. Ларратос Мельд — кандидат в Избранники, и сейчас он следует по следу одного из паладинов, что мог уничтожить Хаос. Если у Ларратоса всё получится, Хаммон и его шеддиты потеряют свою силу, и чёрная мгла покинет страну Масхон. Пока Великий Альянс будет биться с Масхоном, тот может получить крепкий удар в спину от рук Избранника. Тогда победа будет однозначно за нами.

— Господа, если вам не хватает воинов, — вмешался Леон Турарий, — придётся организовать дополнительное производство боевых механических големов. Я обязуюсь поставить армии Ариады чертежи новых моделей.

— А я тогда возьму на себя ответственность за их производство, — произнёс консул Ариады.

— Так и быть, — скривился представитель гномов, — мы предоставим свои войска Великому Альянсу. Но я всё равно уверен, что из этого ничего путного не выйдет.

Пока шло заседание, Руханнур с Миридой откровенно скучали.

— Интересно, удастся ли паладинам добиться своего? — задумчиво произнёс бронзовый ящер.

— Ш-шшш! — прошипела гидра. — Не сссмей ссомневатьссся в хозссяине!

— Это ещё почему? Кроме того, Ларри — не мой хозяин.

На это заявление гидра никак не прореагировала. Танин на какое-то время умолк, а затем поинтересовался:

— Кстати, я давно уже хотел узнать: почему все гидры такие злюки?

— Сс-сссшшш! — недобро сверкнула глазами Мирида.

— Впервые вижу дракона, который шипит и плюётся в ответ, что бы ему ни сказали. Такое ощущение, что любое существо вызывает у тебя жажду убийства!

— Не любое, — злобно произнесла гидра. — Но жшшёлтая ящшшш…

Она вдруг осеклась и начала осматриваться.

— В чём дело? — удивлённо прогудел Руханнур. — Языки проглотила? Все три?

— Хаоссс! — прошипела Мирида. — Чшшшуссствую приссутсствие…

В этот момент к драконам подошли Ларратос и Эрана с Зариной.

— Мирида, опять шипишь? — улыбнулся он. Увидев хозяина, гидра немедленно успокоилась, и вся компания двинулась по направлению к кораблям.

А Элиддин после окончания заседания задержался, дабы побеседовать с Маркусом и Бейлом:

— Господа, я ощущаю хаотические энергии в Ариаде. Это означает одно: вскоре здесь повторится то, что было в Гиперборее. Тут явно не обошлось без хаотических храмов и культистов, чьи гуру происходят из Масхона. И народ может сам свергнуть режим, после чего последует вторжение из Диктатуры — и страна покроется чёрной мглой. Надо уничтожить храмы и разобраться с культистами. У нас с Ларратосом уже есть опыт в этом деле, однако мы отплываем на поиски кристаллов цивилизации Перворождённых. Поэтому уничтожить хаотические храмы придётся вам. А мы сейчас отплываем в Шемшию.

— Понятно, Элиддин, — сказал Маркус.

— Похоже, мои опасения подтвердились, — нахмурился Эллинор, который стоял рядом и слышал весь разговор.

— Опасения? — переспросил Бейл.

— Граница с Масхоном хорошо охраняется, но масхонцы оказались хитрее. Они прорыли туннель и тщательно замаскировали его от паладинов и магов. Но мне удалось его обнаружить и разрушить, хотя и пришлось сразится с владыкой шеддитов.

— Ты победил его?

— Нет, произошёл обвал который разделил нас. Мне удалось подслушать конец разговора этого шеддита с каким-то масхонским офицером — они говорили что-то о скором падении Ариады.

— Это не внушает оптимизма.

— Именно. Тогда я удивлялся — зачем им этот тоннель? Теперь понятно что они переправили в Ариаду своих шпионов, дабы основать здесь культ Хаоса. Но есть две странные вещи, которые не дают мне покоя.

— Какие?

— Во-первых, доспехи этого шеддита. Они были сделаны не из чёрного металла демониума, а из тёмно-багрового.

— То есть, ты хочешь сказать…

— Да, из адского железа. Из него демоны делают свои доспехи, этот металл усиливает их хаотические способности. Но его можно найти только в демонических мирах, и нам плохо придется, если масхонцы сумели его заполучить.

— А вторая?

— А вторая вещь — вот это, — Эллинор достал тот медальон с изображением весов, на чьих чашах были книги и реторта. — Это эмблема масхонской Королевской гильдии Алхимиков. Её оборонил тот шеддит.

— Что это за гильдия?

— Она была основана, когда Масхон был монархией, и после революции 1212 года сохранила своё название. Это было общество виднейших учёных, причём не только алхимиков. Они имели большоё влияние, но почти никогда им не пользовались — их главной целью были знания. Когда Хаммон захватил власть, он истребил большую часть гильдии. Оставшаяся часть ушла в подполье и продолжала борьбу с диктатурой. Точно не известно чем закончилась борьба, я думал, что Хаммон всё-таки одолел алхимиков.

До того дня как мне в руки не попал этот медальон…