А. Даргон - Прах Судьбы

– Его здесь нет, миледи. Когда я понял, что случилось, мне лишь удалось закрыть ворота. Больше я ничего не знаю, – не сводя глаз с Элайн, ответил Роланд.

Створки ворот содрогались под ударами солдат Хоу. Почти все стражники Хайевера были ранены, и их осталось мало. Шансов на то, что они удержат вход, не было.

– Но они долго не устоят, – с тревогой в голосе подтвердил эту немудреную догадку сэр Гилмор. – Если в замке есть другой выход, идите быстрее туда.

У Элайн защипало в глазах. Она замотала головой.

«Нет, Нет! Нет!!!»

– Черный ход! – Элеонора схватила дочь за руку. – Быстрее на кухню – отец, наверное, там!

Элайн первая не выдержала:

– Пойдем с нами, сэр Гилмор!

«Пожалуйста, не оставляй меня!» – умоляли ее глаза.

Она вдруг поняла, что все изменилось. Мир уже не трескался, он стремительно рушился в пропасть. Из-под ног уходило все, что наполняло смыслом ее жизнь, а наклоненные небеса летели вниз, прямо на голову.

Роланд твердо выдержал ее взгляд.

– Нет, миледи. Я никуда отсюда не пойду. Если я брошу ворота, они падут, и вы не успеете спастись. Мой долг – защищать вас во что бы то ни стало.

«Ты же хотела, чтобы он остался? Здесь тоже нужно воевать, да? Вот твои желания и сбылись, волчонок!»

Теперь она должна уйти о него, чтобы спасти родителей. Это ее долг. Долг… Может быть, ей остаться с Гилмором? И, как леди Шейна, заслонив своего рыцаря, нанести смертельный удар Рендону Хоу?

«Отец!» – закричало сердце, задохнувшись от волнения.

«Роланд!» – вырвалось оно из груди.

От этого выбора ей отчаянно захотелось проснуться. Или сразу умереть.

Где-то внутри нее тот самый волчонок поднял голову к наклонившемуся небу и тоскливо завыл, раздирая душу на две части.

«Нет! Я так не хочу! Нет!!!»

Падающее небо не прислушалось к ее крику – его осколки уже неслышно хрустели под ногами, устилая путь, по которому не возвращаются.

Тейрина Элеонора склонила перед юношей поседевшую голову:

– Пусть хранит тебя Создатель, сэр Гилмор!

– Пусть хранит он всех нас, миледи! – ответил он и, глядя в глаза Элайн, добавил лишь одно слово:

– Спасайся!

Она не посмела ему возразить. Да, Роланд, как настоящий мужчина, уже все решил. Он выполнит свой долг и умрет ради нее. А она… Она пока останется жить. Ради отца. Ради матери.

Гилмор развернулся и, не оглядываясь, побежал к сотрясающимся воротам.

Когда она выходила из зала, наклоненные небеса с беззвучным грохотом упали в морские волны, залив ее глаза брызгами соленой воды.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ СЕРДЦЕ НАСТОЯЩЕЙ КОРОЛЕВЫ

Глава 1

Солнце уже перевалило далеко за полдень, когда послушница поспешно вбежала в покои Великой Целительницы.

– Матушка, матушка! – она едва переводила дух. – К нам едет сама принцесса Элайн!

– Да? – Винн недовольно подняла брови, оторвавшись от толстого фолианта на пюпитре. – И только поэтому тебе потребовалось меня беспокоить?

– Но я думала, что Вы будете рады… – послушница была явно ошеломлена. – Вы же вместе сражались против порождений… Спасали наш Круг…

– А потом я ушла из ее отряда. – В тон ей ответила Винн. – И вообще-то, я не хочу ее больше видеть.

– Но почему, матушка?

– Потому, что наша принцесса чересчур бессердечна. Осквернив Прах Андрасте, она навсегда вычеркнула себя из списков совестливых людей!

– Она же любит народ, матушка! Все говорят об этом. Она так добра с нашим народом! – жалобно попыталась возразить послушница.

– С народом-то она может и добра… А вот с людьми она безжалостна. Ну, к тому же, посуди сама, может ли быть добрым тот, кто лично зарубил своими руками беспомощного человека? Поэтому никогда не спеши с похвалами… Наш мир жесток.

Послушница, взгляды которой внезапно дали трещину в самом своем основании, пролепетала:

– И все-таки принцесса Элайн спасла нас от Мора…

– Да, это так. И только поэтому мне все-таки придется с ней повидаться…

Винн захлопнула книгу и усмехнулась:

– Ты знаешь, я, кажется, потихоньку становлюсь прорицательницей… Я почему-то уверена, что она приехала именно ко мне!

* * *

– Вы можете одеваться, Ваше Высочество! – голос Винн был сух и бесцветен. – Я закончила осмотр.

Принцесса села на кушетке и одним легким движением накрыла обнаженное тело тонкой шелковой рубашкой.

– Ты до сих пор злишься на меня, Винн?

– Я? Нет. Ни о какой злости не может быть и речи, Ваше Высочество.

– «Ваше Высочество»… – Элайн вздохнула. – Помнится мне, что в отряде со мной ты так официально не разговаривала!

– Я до сих пор жалею, что вообще пошла тогда с Вами, Ваше Высочество.

– Ах, вон оно что! Ты, значит, жалеешь.. Значит, ты настолько правильна и добродетельна, что до сих пор не можешь мне простить Праха Андрасте… Из-за горсти пепла умершей фанатички, умертвившей тысячи людей, ты готова поссориться с тем человеком, который спас твой Круг от уничтожения. Который закрывал тебя спиной в бою и делился хлебом за ужином… Скажи, Винн, ты свое презрение к этому человеку, случайно не называешь добродетелью? Или хлеще того – справедливостью?

Винн переменилась в лице. Она была явно смущена такой отповедью.

– Ох… Ваше Высочество, но Прах Андрасте это ведь не просто кучка пепла!

– Ладно, хватит об этом, Винн! Я приехала к тебе не обсуждать наши прошлые приключения. И после твоего ухода я не строила никаких иллюзий на тему нашей прошлой дружбы. Лучше ответь на тот вопрос, с которым я к тебе пришла.

– Итак, Ваше Высочество, я должна вам сказать…

* * *

Принцесса-консорт Элайн Кусланд стояла у высокого стрельчатого окна спальни. Рыжие волосы не были собраны как обычно, в узел на затылке, а свободно падали на плечи.

На лестнице раздался шум, дверь распахнулась, и в ней появился, сияющий как серебряный щит, Алистер.

– Дорогая! Вот ты где! А я думал, что ты будешь в главном зале!

– Зато я думаю совсем о других вещах, дорогой! – ее голос прозвучал с необъяснимой жесткостью и злобой. Слово «дорогой» она не сказала, а как будто плюнула на пол.

Алистер встал как вкопанный, будто его огрели по незащищенной голове боевым молотом.

– Что случилось, Элайн? Почему ты говоришь со мной таким тоном?