Ловец Снов - Заброшенный Город (СИ)

— Все будет хорошо, не волнуйся, — она обернулась и увидела, что Самдей уже поднялся и сел на лавке. — Это за мной.

— За тобой?! — побледнела женщина. — Да что ж ты натворил то, Самдей?! Неужто Киприана вызволить пытался из темницы?!

Выскочила сонная Риа:

— Что там такое?!

— Именем его светлости! — грохот усилился и дверь трещала, едва не держась в петлях.

— Открывай, Айне, — проговорил Самдей и встав окунул лицо в бадью с водой. Проводив женщину взглядом, обернулся к остальным и сказал:

— Что бы вы не услышали обо мне… Не судите строго. Не хотели мы зла. Ни я на Киприан. Ради жалости мы это сделали.

— Да что вы сделали то?! — не выдержал Лионелл, но в комнату уже вломились трое солдат его светлости, следом Борко. Обвел всех взглядом, кивнул и сказал тихо и словно смущаясь своих слов:

— Ты это… Самдей… Одевайся давай. Герцог тебя видеть хочет. Срочно.

— Я готов. Квасу хлебнуть можно? С похмелья во рту сухо.

— Пей, — разрешил Борко и сказал тише:

— Обвиняют тебя в немыслимом, Самдей. Не верю я этому, помни.

— Разберемся… — проговорил Самдей и двинулся к выходу.

После того, как закрылась дверь, охотники молчали несколько секунд лишь оторопело глядели друг на друга. Потом завыла Айне.

— Что ты голосишь, как на похоронах?! — разозлилась вдруг Риа. — Не на висилицу же его повели!

— Не верю я, что Самдей в чем-то виновен! — отрезал Лионелл. — Нужно идти, прошение писать его светлости.

— Да, нужно что-то сделать! — поддержал Космин. — Идемте туда! Хоть узнаем в чем дело!

— Я пойду с ними, Киял, — пробормотала Риа торопливо одеваясь.

— Ты поосторожней там! — напутствовал ее муж. — Со стражей не ругайся… И вообще…

Айне сперва вцепилась в куртку Иэнку, не хотела пускать, но тот сердито вырвался:

— Не стыдно, мама?!

Вышли на улицу. Гулко удалялись шаги стражи, которая вела Самдея.

— Пойдемте следом, что ли, — предложил Йона. — Поглядим, куда его ведут.

Не приближаясь особо, чтоб не вызвать недовольство стражи, тронулись за ними. Самдея не вели, заломив руки, как преступника. Борко шел с ним рядом, а остальные трое — впереди, словно сами по себе. Риа сочла это хорошим знаком.

Борко наклонившись, что-то говорил Самдею. Тот так же тихо отвечал. Через несколько минут, когда нужно было сворачивать на улицу, ведущую к темнице, Самдей вдруг громко сказал:

— Прости, друг! — и ударил Борко так, что тот отлетел на мостовую и замер. Самдей бросился вперед и успел вырубить еще одного стражника прежде, чем на него налетели еще двое. И тут вперед бросился Алин. С размаху ударил одного из стражей по голове и когда тот упал повернулся к другому. Но он уже лежал на земле.

Самдей вскрикнул, схватил парня и дернув за грудки, притянул к себе:

— Ты ума лишился?! Ты на стража его светлости руку поднял, Алин! — повернулся и увидев остальных схватился за голову:

— Вы что тут делаете?! Ну зачем?!

— Не кричи, Самдей, — пробормотала Риа сделав шаг вперед. — Мы поглядеть хотели куда тебя поведут….

— Поглядели?! Глядельщики! Что теперь будет то?!! Мне — все одно, пропадать! Так и вы за мной!

— Идите домой! — прошептал он сделав шаг к ним. — Заприте двери и молчите, что из дому выходили!

— А ты куда?! — испуганно спросил Космин.

— Туда, — неопределенно махнул рукой Самдей. — Все, нельзя тут стоять. Идите.

Он быстро зашагал прочь по улице.

Переглянувшись, охотники пошли за ним следом. Самдей больше ничего не сказал им, лишь досадливо покачал головой, и пошел к городской стене. Остальные за ним.

— Может тебе вернуться, Риа? — шепотом предложил Алин. — Муж у тебя все таки…

— Вот ты и возвращайся, у тебя вроде тоже жена в Дарине сидит — так же тихо отрезала женщина и перекинув ноги через стену, спрыгнула на землю.

Пригибаясь и прячась от стражей, теперь сидящих на стене через каждые пятьдесят метров, охотники побежали, за Самдеем, спешащим к спуску в Пустошь. Быстро спустились вниз и побежали прочь от освещенного обрыва. На миг Риа обернулась, бросила быстрый взгляд на родной город, тяжело вздохнула, и больше уже не оборачивалась.

Шли всю ночь так, будто снова бежали от волколаков.

— Странно это. От людей бежим, как от чудовищ… — пробормотал Алин.

— Люди иногда хуже бывают, — ответил Космин.

После этого никто не проронил ни слова, и несколько часов, до тех самых пор, пока над горизонтом не появилась розовая, рассветная полоска, молчали.

Когда начало светать, Самдей оглядев посеревшие от усталости и тревоги лица, сказал:

— Давайте поспим, ребята. Потом и поговорим.

— Впервые! — истерично хохотнула Риа и остальные непонимающе на нее посмотрели.

— Впервые Самдей не орет «всем спать! Быстро!»

— Ладно… ты главное успокойся, — проговорил Лионеел и погладил ее по спине.

— Давай ты сейчас расскажешь нам все, — попросил Космин. — Не до сна нам. Куда мы бежим? От кого?

— Эх! — присев прямо на землю сказал Самдей. — Бежим мы от стражей герцога, от его магов. А куда… За Сэмом.

— Чтоб помочь? Тебя Киприан попросил, да? — спросил Космин.

Помотав головой Самдей ответил:

— Нет. Не просил он, да я его и не видел. Как узнал, что маг у Киприана секреты выпытывает, так и понял, что скоро все, что мы с ним скрывали, выплывет наружу. И тогда я решил, что коли так случилось, то выход у меня только одни — сделать то, о чем мы с Киприаном двадцать лет назад договорились. Если откроется наша тайна.

— Да что сделать то?!

— Найти Сэма и… и убить его.

Никто не проронил ни слова. Все молчали, ошеломленно глядя на Самдея.

— Расскажу вам, что двадцать лет назад случилось… Чтоб понятно было. С чего начать то… — на миг замолчал Самдей. — Ну ладно. В те времена Пустошь еще не была Пустошью и чудища тут не бегали. Нормальные звери жили — медведи, волки, белки. Эх, как вспомню то райское время… — махнув рукой он продолжил:

— Так вот, было мне тогда восемнадцать, как Сэму сейчас. И с отцом мы тут охотились, промышляли зверье. Дом у нас в Галаше стоял, но мы там редко показывались — матушка почти как одна жила. Отец мечтал дом в Фешети купить, и чтоб деньгу накопить, все мы с ним и охотились. Случалось так, что в Галаше по месяцу не бывали. Тогда труднее деньги давались — со всего нужно было налог заплатить. Мураки господами были и мы платили им за все — за землю, за воду, за то что торгуем и за все, что вырастили. Так что не один год мой отец копил денежки.

— И вот, как-то раз вернулись мы в Галаш, и узнали, что матушка моя мертва уже недели две как. Оступилась она в доме, упала неловко и умерла. Соседка лишь на другой день нашла ее. Как отец про это узнал, так на охоту больше не ходил. Запил по черному. Сидел в Галаше и пил пока деньги были. И сколько я его не просил, сколько не умолял, все без толку. Так и не бросил… — Самдей махнул рукой. — После он пропал куда-то. Взял котомку и ушел. А я один остался. Тогда у меня депрессия началась…