Ричард Кнаак - Волчий шлем

— Вы ему верите?! — Тройя обожгла Грифона презрительным взглядом. — Как вы можете верить, если сами даже не помните его? Нигде не сохранилось упоминаний о нем. Вы сами мне говорили.

— Единственное доказательство — Шейдерол! — язвительно добавил Мрин-Амрин. — Вот уж кто вряд ли сообщит нам что-то путное!

— Меня знают ци! — заявил Грифон Тройе; глаза его тоже яростно сверкали. — И вам это известно! Они знали меня, потому и пытались убить!

Она нахмурилась:

— Это правда. Даже я почувствовала, что они узнали его… Впрочем, это не лучшая рекомендация!

— Жаль, что здесь нет остальных Повелителей Стражи, — вздохнул Хаггерт. — Может, они помогли бы нам.

— Остальных?!

— Нас всего шестеро. Ужасно нелегко поддерживать порядок в стране, которой словно бы и нет. Мы и вшестером-то еле справляемся.

Головы Мрина-Амрина повернулись к Моргису:

— А этот почему молчит? Может, он тоже хочет нам сказать, что он — Страж и вернулся домой?

— Я не Страж. Я — герцог Моргис, сын Синего Дракона, Правителя Ириллиана-на-Море. Это город далеко на западе.

— За морями? — спросил Хаггерт.

— Да. Это часть Драконьего царства, где правят Короли-Драконы.

— Это ваши суда не дают покоя волкам-рейдерам?

— Да.

Хаггерт выпрямился и стал выглядеть еще официальней, чем в тот момент, когда Грифона и Моргиса ввели в комнату:

— Почему вы явились сюда с нашим заблудшим Стражем? Вы — его друг?

Моргис покосился на Грифона, тот еле заметно пожал плечами. Если дракон собирается говорить правду — его дело. Если лгать — он не намерен ни мешать, ни помогать ему.

— Я бы сказал, что мы — союзники поневоле. Немногим больше года назад один мой соплеменник задумал погубить наши земли. Мой повелитель и Грифон заключили договор и с помощью других уничтожили безумца-предателя.

Это была не совсем правда, подумал Грифон, но и не ложь.

— Во время этой войны моему повелителю и лорду Грифону, который тогда правил Пенаклесом, пришлось сразиться с еще одним злом, которое олицетворял некто Д'Шай — или Шейдерол, как вы его называете.

— Он стал еще ужасней! — прошипела Тройя, отскочив от колонны, на которую опиралась. — Повелитель Хаггерт, позвольте мне найти его! Я его выслежу! Бегуны не найдут меня!

— Успокойся, дитя. Ты не видела Шейдерола ни до, ни после того, как он поддался соблазнам Разрушителя. Но в каком бы облике он ни был, тебе с ним не справиться!

— Но… — Юная Стражница осеклась. Спорить с Хаггертом было невозможно, да ей и не хотелось испытывать его терпение.

Грифон нахмурился, мысленно повторяя последние фразы. Что-то тут было не так.

— Нет нужды беспокоиться о Д'Шае, — продолжал Моргис. — Он пытался умертвить Грифона и моего отца, но погиб сам.

— Погиб? — растерянно переспросил Мрин-Ам-рин. — Когда?

— Примерно за месяц до начала нашего путешествия. Вообще мы собирались отправиться раньше, но…

Хаггерт покачал головой:

— Д'Шай жив, прекрасно себя чувствует и недавно был здесь.

Вот. Вот что не давало Грифону покоя.

— Значит, он жив… — произнес птицелев ровным, будто механическим, голосом. — Мне всегда казалось, что самоубийство — не в его духе. Но ведь он сжег себя…

— Есть несколько способов; ни один из них не может быть назван и описан словами. Д'Шай более чем искусен в таких штуках. Собственная жизнь больше не интересует его. Единственное его дело — служить Разрушителю.

— Д'Шай жив… — снова пробормотал Грифон, отвернувшись от всех и даже не обращая внимания на безликих конвоиров. Взгляд его застыл, уперевшись в один из великолепных гобеленов на стене. Мрин-Амрин попытался было заговорить, но Хаггерт жестом остановил его. Наконец Грифон вновь обернулся к Повелителям Стражи:

— Где он?

— В Канисаргосе, — ответила Тройя, несмотря на предостерегающий жест Хаггерта.

— В Канисаргосе? В столице?! — Здесь явно была какая-то путаница.

— Это главный центр армии арамитов. Повелитель Стаи, Император волков-рейдеров, держит там совет. А Д'Шай — его правая рука.

Это прояснило дело.

— Как мне пробраться в Канисаргос? У вас есть карта?

Мрин-Амрин покачал головами:

— По-моему, вы слишком много на себя берете. Мы пока даже еще не уверены, что ты наш.

— Успокойтесь! — приказал ему Хаггерт. — Думаю, мы смело можем ему поверить. Это всего лишь очередная проделка Земель Мечты. Мы ведь и не такое видели, Мрин-Амрин. Земли Мечты исполняют свой долг, защищаясь; только и всего.

— И тем не менее есть еще один способ выяснить, почему его «враги» помнят его, а «друзья» — нет.

Грифон выбрал одно из лиц Мрина-Амрина и исподлобья уставился ему в глаза. Не мудрено, что второе лицо в ответ тоже буравило его взглядом.

— Я отправляюсь в Канисаргос! Неважно, верите вы мне или нет, но у меня свои счеты с Шейдеролом. И это не терпит отлагательств.

Грифон не заметил, что назвал настоящее имя Д'Шая; но другие не пропустили это мимо ушей. Лица Мрина-Амрина искривились. Хаггерт выжидательно глядел на остальных Повелителей Стражи. Моргис стоял молча, но был весь как натянутая струна — Грифон почти физически ощущал его напряжение.

Мрин-Амрин обвел тяжелыми взглядами всех собравшихся и остановился на Грифоне:

— Когда… Д'Шай… отвернулся от нас, нам не прошло это даром. Мы никогда не узнаем всего, что он натворил, прежде чем был наконец изгнан, но один случай я — лично я! — помню.

— Мрин… — начал было Хаггерт; но тот, не обращая внимания, продолжал:

— Я всецело поддержу ваше предприятие по розыску предателя и дам проводника, который знает город, — если ты согласишься предоставить последние, решающие доказательства, которые убедят меня, что ты — не его шпион.

Грифон выпрямился и обвел Стражей взглядом. Хаггерт уклончиво промолчал. Тройя же, как ни странно, явно была на стороне птицельва, она даже взволнованно улыбнулась ему.

— О каком доказательстве ты говоришь? — обратился Грифон к Мрину-Амрину.

— Подойди к Воротам. Встань в них и скажи, что ты пришел на суд…

— Нет! — выкрикнула женщина-кошка…

— И попроси их подтвердить другим, что ты говоришь правду. — Мрин-Амрин обратил оба лица к Хаггерту, ища поддержки. Тот медленно кивнул.

— И это все?

На лицах Мрина-Амрина появилось особое, странное выражение.

— О нет, Грифон, — ответил он с печальной полуулыбкой. — Это далеко не все. Я искренне надеюсь, что тебе это удастся. Суд, о котором я сказал, — не обычное разбирательство. Если тебя признают виновным, ехать в Канисаргос будет некому.

Грифон вопросительно посмотрел на Хаггерта, ища подтверждения. Повелитель Стражи устало кивнул и пустым, бесцветным голосом добавил: