Илья Одинец - Младший вовсе был дурак

— Надеюсь, на той стороне нас встретят, — произнёс я. — и принесут одежду и ужин.

— Насчёт последнего можешь не сомневаться, а одежда… ты ведь голым сюда переместился?

Я кивнул.

— Я так и думала. Спонтанный перемещенец. Только они голышом путешествуют. Не надейся, меня без одежды ты не увидишь.

Я хмыкнул и оглянулся, ожидая открытия портала. Я высматривал вспышку, сияние, огненное марево, золотые искры или радужную воронку, но проход не открывался.

— Ты идёшь? — спросила девушка.

— А?

В поисках портала я не заметил, как портал открылся. Но странное дело, после Ленкиных слов я его тоже не заметил, ни впереди, ни сбоку, ни позади себя. Вокруг всё тот же сумрак да обожжённая земля.

— Внимательнее смотри, — посоветовала Лаврентьева, — он прямо перед тобой.

Я напряг зрение и увидел. Портал оказался совсем не таким, каким я его себе представлял, больше всего он походил на тень, если в полумраке ясной летней ночи могут быть тени. На угольно-чёрной земле выделялась овальная область. Сначала я едва различал её, но чем дольше смотрел, тем объемнее и ярче она становилась.

— Как войдёшь в портал, увидишь пространственные нити. Не пугайся, — произнесла Ленка и скомандовала: — За мной!

Девушка шагнула вперёд. Я моргнул. Лаврентьева исчезла, испарилась, мгновенно телепортировалась, оставив после себя лишь следы ног. Я зажмурился и шагнул следом. Надеюсь, на той стороне меня ждёт мягкая посадка и радушный приём.

Переход, точнее, перелёт сквозь пространство-время, длился недолго. Пространственные нити, о которых говорила Лаврентьева, оказались толстыми, с бедро тяжелоатлета, белёсыми червями. Они плавали вокруг меня, извиваясь и норовя дотронуться, но казались не страшными, а противными.

Ничего необычного я не почувствовал, как стоял, так и стоял, только когда открыл глаза, очутился в просторном зале каменного, но, в отличие от жилища его величества Радомира Семнадцатого, очень красивого и уютного замка.

На полу лежал мягкий бордовый ковёр, на стенах висели подсвечники, справа расположились мягкие диваны и кофейные столики, заставленные всевозможными яствами, а слева я увидел монстра. Высокий жилистый демон с рогами, красными глазами, злобной мордой, копытами и раздвоенным хвостом угрожающе подняв волосатые руки, направлялся к Ленке, которая, словно под гипнозом, стояла, не шевелясь.

Я бросился вперёд, выставил руки и шарахнул по демону огненной кометой. Демон метнулся в сторону, рыкнул и поймал комету за хвост. Свободную руку он выставил в мою сторону, и меня швырнуло к потолку.

— Беги! — крикнул я Ленке, стараясь забрать из воздуха как можно больше тепла, готовя новый огненный подарок для жителя преисподней.

Но Лаврентьева неожиданно расхохоталась.

— Ты ведь обычно думаешь, а потом делаешь, — смеясь, сказала она.

Я болтался в воздухе, размахивая руками, пытаясь перевернуться головой вверх, а демон, улыбался, и его улыбка была страшнее самого жуткого оскала.

— Извини, — крикнула Лена, — я совершенно забыла, какое впечатление он производит на посторонних.

— Давай знакомится, — прорычало чудовище. — Люциус. Начальник Отдела устранения последствий. Бюро помощи иным мирам.

Меня потащило к земле, и я шлёпнулся, едва не свернув шею.

— Пономарёв Сергей, — простонал я. — Очень приятно.

Глава 8.

По протоколу

Спустя пять минут мы сидели на диване и пили горячий кофе с бутербродами. Ленка уплетала за обе щёки, Люциус неинтеллигентно отхлёбывал из большого кубка дымящийся напиток, а я грел ладони чашкой и слушал.

— Третий раз возвращаюсь с задания, — блаженно закрыв глаза, произнесла Лаврентьева, — и третий раз благодарю тётушку Маршу за её идею сделать в пункте прибытия столовую. Кажется, миллион лет ничего не ела!

Демон рассеянно кивнул и мельком посмотрел на меня.

— Будем действовать по протоколу, — прорычал он, — или расскажешь вкратце о нашем госте?

— По протоколу, — Лаврентьева взяла второй бутерброд, — вы сейчас вопросами завалите, а две головомойки кряду я не выдержу.

— Значит, ты предполагаешь, что я буду ругаться?

— Предполагаю. Один раз сейчас, потому что заслужила, второй раз на планёрке, чтобы другим неповадно было.

— Хорошо, — Люциус поднялся. — Доедайте и приходите.

— Простите, — вмешался я, вспомнив, что Лаврентьева говорила о демоне. — Не могли бы вы вылечить Ленину руку?

Начальник Отдела устранения последствий оскалился:

— Она решила действовать по протоколу, значит, до официального отчёта любые магические вмешательства, за исключением исправления состояний, угрожающих жизни, недопустимы.

Люциус направился к дверям, а Лаврентьева, кажется, совсем не расстроилась.

— Да не смотри ты так, вылечат меня. Рука совсем не болит. Не переживай, лучше поешь, впереди длинный день.

Я послушно взял бутерброд и проглотил его, практически не жуя.

— Красивая у тебя комета получилась, — похвалила Лаврентьева, когда демон вышел.

— Сам не ожидал, — признался я. — Как увидел, что он на тебя идёт, испугался. Думал, сейчас съест. Не был уверен, что получится создать огонь, в крайнем случае, запрыгнул бы на него.

— Ты у нас везунчик.

— В каком смысле?

— Будь Люциус в плохом настроении, испепелил бы тебя на месте за покушение на должностное лицо.

— Но я не знал, что он должностное лицо!

— Незнание закона… помнишь, как там дальше? И с магией тоже повезло. Моя, например, далеко не во всех мирах действует, здесь я абсолютно беспомощна, а твоя работает. Ладно, пошли, проведу краткую экскурсию перед планёркой.

Мы вышли из залы в широкий коридор с серыми каменными стенами и колоннами, украшенными лепниной, изображающей всевозможных страшилищ и чудовищ. Под высоким сводчатым потолком виднелись узкие стрельчатые окна без стёкол. Смоляные факелы нещадно дымили, но света давали мало и ни капли не грели. Я поёжился. В этом мире была зима, а строители явно не знали о стекле или не планировали раздеваться.

— Замок построили три тысячи лет назад, — Ленка пошла вперёд. — Строительная бригада джиннов целых две недели трудилась над возведением этого шедевра, призванного простоять вечность. Строили основательно и неторопливо, в соответствии с представлениями джиннов об архитектуре и красоте. Вот замок и получился не просто внушительными и впечатляющим, но поражающим и убивающим, причём в буквальном смысле. Так что можешь забыть о прогулках в одиночестве. В подвал разрешается спускаться лишь лицам с первым уровнем допуска, а исследовать новые маршруты и заглядывать в незнакомые запертые комнаты запрещено под страхом смерти. Хочешь жить, первую неделю будешь ходить со мной.