Эолия Шейнберг - Безграничный

- Когда я умер, моя душа отправилась на испытание преданностью. После его прохождения я попал в город Ран. Большинство гномов проходит испытание преданностью, потому там нашего брата в избытке. Но вся моя семья относилась к касте воинов. Класс берсерков с родовыми способностями активируемыми яростью. Я точно знал, что вся моя родня попала сюда, в Нирим после прохождения испытания гневом. Больше славного боя, они чего не желали. А еще их сила духа была слишком низкой, чтобы двигаться дальше через испытания. Потому я и брожу тут целыми днями в поисках братьев и отца.

Со слов гнома можно было понять, что существует минимум два города. А также способ перемешаться между ними.

- То есть сюда ты пришел за семьей? И как ты переместился из города в город?

- Я молил саму Смерть, пообещав взамен, пройти дважды следующее испытание.

- А сколько времени у тебя ушло на прохождение испытания преданностью?

Гном грустно улыбнулся.

- Сотни, а может тысячи лет. Тут время летит незаметно, журнал и карта не работают. Главное не сдаваться.

Я распрощался с гномом и отправился на поиски седьмого района Нерима. Возможно, там моя семья.

***

Тиамад телепортировался в свой кабинет. Образ старого гнома пошел волнами и теперь перед Идзуми предстал высокий крепкий мужчина.

- Ты что задумал? Вмешиваться в ход испытания!

- Может я и ошибся и готов понести за это наказание. Но где это видано! Завышать сложность вдвое! В мире нет существ выше десяти тысячного уровня, а ему тут троицу богов суют! Ты сам-то справился бы с такими противниками?

Молодой мужчина, которому обычный прохожий едва дал двадцать пять, хитро улыбнулся. Небольшое усилие воли и он высвободил всю скрытую силу. Все предметы в комнате задрожали, упала тарелка со стола, а киир принял боевую форму, почуяв гнев хозяина.

- Не забывай Тиаман, кто мы и как этого достигли. Я один из сильнейших представителей моего мира. Не надо сравнивать меня с желторотым птенцом из мира пятого порядка.

Тиамад неохотно кивнул.

- И тем не менее Хранитель вмешался в ход испытания. Я пошлю жалобу в совет.

Идзуми лишь улыбнулся, вспоминая эту черту Смерти. Абсолютная педантичность в соблюдении правил.

***

Весь день я бегал от улицы к улице в поисках родителей. Никто их не видел и не слышал. Прошло больше тридцати часов с того момента, как зашел в игру. Я побывал на доброй сотне улиц, где жили только люди, но самых дорогих мне людей я так и не нашёл.

И вот я пришел к улице злой доярки. Как и на всех предыдущих улицах, тут были скамейки со всезнающими бабушками.

- Извините, вы не видели тут семейную пару Армана и Камелии. С ними должна быть годовалая девочка по имени Рози.

Бабули переглянулись, пошептались и ответили то, что я слышал уже много раз.

- Нету тутова таких. Поди пройти в конец улицы, мож там знают.

И я побрел на другой конец этой улицы. Даже такая информация стоит больше, чем ее полное отсутствие. Кто-то кричал сзади, а потом меня начали дергать за рукав. Мальчик лет десяти, повис на левой руке.

- Бабуля просила передать, что сейчас тут нет Армана и Камелии. Они ушли отсюда. Давно! Я тоже их помню. Арман все время ходил и что-то спрашивал, а тетя Камелия смотрела, как Рози играла с ребятами.

- А куда они ушли? Может переехали на другую улицу?

- Нет. Дядя Арман увел их на испытание. Я лучше помню, чем бабушка. Она старая и все время, что-нибудь забывает.

- Подожди минуту. Я тебе кое-что приготовлю.

Мальчик, ты даже не представляешь, как много значит для меня сказанное тобой. Они живы и здоровы, и сестренке повезло оказаться вместе с ними. Отец не потерял волю к жизни и сейчас ведет семью сквозь испытания. Разве можно желать большего? Одни эти слова стоили всех приложенных усилий и потерянного года в доме гнева.

- Держи малыш. Это запеченный окорок под кисло-сладким соусом с гарниром из корнеплода Амбу. Съешь его, и твоя характеристика силы увеличится на пятьдесят единиц. Тогда твои шансы пройти все испытания сильно возрастут.

Я потерял двадцать уровней, но совершенно не жалел о содеянном. Если родители ушли дальше, то я последую за ними.

Там где заканчивается город, должна начинаться граница следующего испытания. У самой границы пелены стояли сотни людей. Они не потеряли воли к жизни и сейчас ныряли в пелену один за другим. В пяти метрах за полосой людей была пустая линия, на которую никто не наступал. После минуты наблюдений, я понял, почему туда ни кто вставал. Тут возрождались души тех, кто погиб в испытании. На меня это правило ни как не распространялось, и все попытки поставить точку возрожденья были безуспешны.

Однако я встретил тут, одного старого знакомого с его учителем. Архимаг помогал подняться, невзрачному старику. Такую мощную, жуткую и отвратительную ауру просто невозможно забыть. Они появились на полосе возрождения в пятидесяти метрах от меня.

- Добрый день, Тиберий. - меня уже на крыл магический щит, способный выдержать любую атаку. Десять потоков сознания ежесекундный его обновляли - Или вас лучше называть по архимаг?

Мой оппонент не потерял своей силы, а вот старик рядом с ним был слишком слабым для бога. Да и чувства покалывания он не вызывал.

Человек, Вересал, 3491 уровень.

Маг быстро понял, с кем имеет дело и уже навесил на себя щит и укрылся за спиной архимага. Странно, что не было приписки о божественном статусе, но технически после смерти он уже не бог.

- Чего тебе надо, убийца! Как ты вообще тут оказался? Странникам нет пути в мир мертвых.

- Один из божественной братии убил всю мою семью у крепости Айрис. Я пришел сюда в их поисках.

Архимаг спешно навешивал бафы, а вытащил щит. Лезвие костяного меча плавно начало вылезать из моей ладони.

- А от нас ты чего хочешь?

- Назови мне хоть одну причину не убивать Вересала. Гнева в моей душе хватит на десяток богов. И я буду убивать все их, пока не верну потерянное.

Архимаг улыбнулся, а бог покровитель магов расслабился.

- Это бесполезно. Мы не можем тут умереть.

Хм, и правда.

- Ты наверно не в курсе новостей из большого мира. Я теперь могу отправлять души врагов в Ад по собственному желанию. Бернард рассказал мне много интересного, о проведении такого ритуала.

Я блефовал, так не мог отправить их души в Ад, но они этого не знали. Пять минут жесткого давления на архимага и старика за его спиной и я получил нечто, стоящее дороже жизни одного человека. Саджи, я не стану писать, что именно я получил, скажу лишь, что за эту вещь я готов был отпустить их с миром. Кто знает, быть может мои письма тебе, читает посторонний человек.