Альмира Илвайри - Город над синей рекой

Мы разошлись далеко за полночь. Лилия ушла в свою комнату. Аксель спал снаружи — он так привык, причем на это время он превращался в самолет. Из Сережкиной комнаты было видно, как он стоит внизу, помигивая синим огоньком. Тоже, наверное, какая-нибудь старая самолетная привычка — частью сознания быть всегда настороже…

Нам с Сережкой спать не хотелось. Мы лежали в его комнате на травяном ковре и смотрели на звезды.

— Юр, знаешь, звезды можно приближать взглядом, — проговорил он. — И тогда можно увидеть их планетные системы. А Старшие могут рассмотреть всю Лестницу миров вокруг планеты! Но я пока так не умею.

— Сережка, а вы летаете в космос? — спросил я.

— Ага, — ответил он. — У нас есть космодром. Только не на Земле, а на орбите. И корабли не такие, как у вас. Они живые. И летают на сверхсветовых скоростях. Так что от звезды до звезды можно добраться за несколько дней.

— А ты был на других планетах?

— Нет. Хотя у нас ребята летали на Марс, исследовали остатки древней марсианской цивилизации. Они и меня звали, но я не полетел.

— А что так?

— Потом как-нибудь. Когда вернется Княжна Ладомира и они с Князем Всеславом обвенчаются. А пока и в Городе много дел. Дружинники сражаются с демонами. Спасатели помогают попавшим в нижние миры выбраться оттуда.

— Вы спасаете грешников? — удивился я. — А у нас некоторые верующие говорят, что если попал в ад, то — все, с концами.

— Они что, думают, Бог будет спокойно на это смотреть? — возмутился Сережка. — А Христос тогда зачем Своей смертью искупил чужие грехи? И Княжна Ладомира чего ради согласилась на плен в Цитадели?

Он помолчал.

— Знаешь, Юрик… Я был в нижних мирах. Но совсем недолго, меня оттуда быстро вытащили. Я почти ничего не помню. Помню только, что там было плохо.

— А ты как туда попал? — удивился я. Сережка обьяснил:

— Из-за атеизма. Атеизм — это тоже незнание Дороги. Нас учили в школе, что Бога нет, и никакой Лестницы миров тоже нет. Но мне еще ничего, а вот Лиле пришлось гораздо хуже. Она внизу строила Цитадель.

— А она как там оказалась?

— Лиля была военным летчиком, а все военные связаны кармой с Вицром. Вот и попала к Вицру. А в Цитадели встретила Княжну Ладомиру… Потом она с другими рабами устроила восстание, а там и наши дружинники подоспели, подняли их.

— Сережка, ты не думаешь, что закон кармы несправедлив? — спросил я.

— А кто говорит, что он справедлив? — отозвался Сережка. — Это Князь Всеслав может в шутку предложить решать задачки. А владыка преисподней не шутит. Он только и думает, как сделать, чтобы расплата за ошибки стала еще тяжелее. Потому что они там внизу питаются чужими страданиями. И если бы не спасатели и дружина, попавшим в нижний мир было бы не выбраться оттуда.

— Понятно… — Я вспомнил жуткую кубическую башню, которую видел в Зеркале: — Сережка… Когда я смотрел в Зеркало, до того еще, как пришел Князь Всеслав, я видел башню. Черную такую, в виде куба. На нее даже смотреть было страшно… Что это?

— Это башня правителя антиподов, — сказал Сережка. — Ну, мы так называем людей из нижнего мира. Потому что у них все наоборот. Бога они считают тираном и боятся. Свободу считают вредной и опасной. Искусства у них нет, ты видел, какие уродины они строят. Зато наука давно обскакала вашу. Они даже выходили в ваш мир, как космонавты в скафандрах, и у вас их видели… Ладно, ну их.

Небо над нами прорезала огненная полоса, будто в сторону Города пролетел метеорит. Мы с Сережкой вскочили.

— Что это? — испуганно спросил я.

— Гонец, — пояснил Сережка. — Из другого Города, а может, из более высоких миров… Что-то случилось, — встревоженно добавил он.

Словно в подтверждение его словам, вдали над Городом ударил колокол: "Дин-донг-донн"…

— Это сигнал сбора Совета, — обеспокоенно проговорил Сережка. — Князь Всеслав собирает Старших.

По лестнице в нашу комнату поднялась Лилия, неся в руке подсвечник с горящей свечой:

— Вы не спите, мальчишки? Слышали сигнал? Нам с Акселем уже прилетело сообщение от Брана: общий сбор дружины у Покровских ворот. — Она вздохнула: — Быстро же пришло время нашего первого сражения.

— Может, это Вицр поцапался с кем-то из соседних Наместников? — нарочито оптимистично предположил Сережка. Лилия покачала головой:

— Из-за этого не стали бы поднимать всю дружину. Это что-то посерьезнее Вицра.

Мы сбегали к ручью, прогоняющему сон. За узорными листьями жасмина я увидел Акселя. Он стоял на коленях, обняв яблоню Маршу и прижавшись к ней щекой. Наверное, молился. Рядом светились фигурки лесных эльфов с крошечными фонариками. Двое сидели у Акселя на плече, остальные трое — на яблоневых ветвях.

Аксель встал, эльфы вспорхнули с его плеча. Он прошел мимо нас, неся в руках яблоки, и кивнул нам. Мы с Сережкой быстро умылись и побежали к дому.

Едва мы доели свои яблоки, на лужайке возле дома опустились двое крылатых коней. Я узнал в них Вихря и Зоряну. Их фигуры чуть светились в темноте. Зоряна заглянула в дверной проем:

— Привет! Лиля, Акс, давайте в темпе! Наши уже собираются.

— Мы готовы. — Лилия в доспехе дружинника и Аксель в своей неизменной темно-серой броне встали из-за стола. Сережка торопливо собрал кубки:

— Лиля, мы с вами! Проводим вас до ворот. Вихрь, ты нас подбросишь?

— Подброшу, — мотнул головой серебристо-серый крылатый конь.

Мы летели над темными кронами деревьев и ночными огоньками посадских домов. Кони мерно взмахивали крыльями, негромко гудели моторы Акселя. Было странно и тревожно. И звезды, еще недавно яркие и лучистые, теперь заволакивало мглой.

— Зоря, Князь Всеслав в Городе? — спросила Лилия.

— Да, Лиля, в Городе он, — затараторила Зоряна. — Вначале совещался со Старшими в Тереме, потом ушел в домовую церковь, просил не беспокоить. Ой, чую загривком, дело серьезное!

— Да тут и чуять не надобно, только глянь на небо. — Нас догнал Бран на крылатом коне каурой масти. Ветер трепал его густую шевелюру. — Это не просто туча. Даже Аксель, сколько бы не летел, не долетит до нее.

— А что это? — спросил я.

— Тень, — жестко ответил Бран. — Тень демона из нижнего мира.