Алексей Свадковский - Кладоискатель

Одеты мы были в недорогую крестьянскую одежду, чтоб не привлекать ненужного внимания. Растерявшаяся от такого предложения, Ищущая попыталась отодвинуться от кавалера, но его рука упала ей на плечо и удержала на месте. А у меня, наконец, появился повод размяться. Всё-таки в дешёвых кабаках есть своя прелесть — всегда найдутся дураки, с которыми можно подраться.

Первым ударил я. Хоть мореход и был готов к драке, и даже её хотел, но куда ему до Солнечного воина! Хлёсткий удар под рёбра, а потом в челюсть; это тебе за сопляка. Его дружки тоже решили вмешаться. Это хорошо, так даже веселее! Уворачиваюсь от бутылки, бью ногой бросившего её, пропускаю удар рукой, бью в ответ. Всё просто, голова почти не думает. Моряки, хоть их и много, мне не противники; драться они умеют, но это не тренированные воины: все дерутся сами за себя. К тому же крепко они подвыпили, что тоже не помогает схватке.

Быстро передвигаясь между ними, я наношу короткие, быстрые удары; бью несильно, стараясь никого не покалечить. Последний удар; противник опадает, хватая воздух ртом. Оглядываюсь вокруг. Враги закончились; все, кто принял участие в драке, лежат на заплёванном полу, остальные посетители или разбежались, или стоят аккуратно возле стенок.

Ясмера стояла там же, держа на руках собачку. Взглянув ещё раз на место схватки, я остался собой доволен: семь моряков лежали на полу, у одного я даже заметил нож в руке. На мне ни царапины, Ясмера и собачка не пострадали.

Оставив разгромленную таверну, мы поспешили удалиться. Идя быстрым шагом рядом со мной, Ищущая неожиданно сказала:

— Спасибо.

— За что? — удивлённо спросил я.

— За то, что заступился. Это, оказывается, приятно. За меня никто никогда не заступался. Пока ты там развлекался, я подумала над твоими словами. Возможно, ты прав. Во всяком случае, твою догадку можно проверить, — сказала она, и быстро зашагала вперёд…

Самыми дорогими гостиницами в городе были «Серебряная чайка» и «Золотой сундучок». «Чайка» была ближе всего, поэтому мы с Ясмерой направились туда. Шли мы не спеша: уставшие за день ноги давали о себе знать; передвигаться на повозках получалось не везде. Подойдя к гостинице, мы отряхнули нашу потёртую одежду, и зашли внутрь. Собачка сидела у меня на руках: устав за день, пёсик еле переставлял ноги.

В гостинице было людно: «Чайка» славилась своим пивом и кухней, поэтому посетителей как всегда было много. На пороге нас встретил недружелюбный слуга. Едва глянув на нашу одежду, он рявкнул:

— Пошли прочь! У нас только почтенных людей обслуживают!

— Нам бы хозяйку увидеть, — с улыбкой сказала Ясмера, и незаметно показала слуге символ Озарённых: на золотом щите знаки трёх богов — дерево, весы и солнце. Побледнев, слуга тут же убежал. Через некоторое время подошла хозяйка, и сразу стала извиняться за слугу.

Не вдаваясь в подробности, Ясмера попросила, чтобы наш пёсик побегал по гостинице. Хозяйка не возражала, и Снуури, спущенный с рук, принялся бегать, старательно всё обнюхивая. Неожиданно возле лестницы он сел, и громко тявкнув, начал вилять хвостом, а потом устремился наверх. Мы последовали за ним.

Присев возле одной из комнат, он снова тявкнул, а я, наконец, сообразил: он нашёл того, кто нам нужен. Именно так хозяин нам и говорил: умный пёс обучен подавать сигнал, когда найдёт кого-нибудь. Ясмера обратилась к хозяйке:

— Кто живёт у вас в той комнате?

— Паломник один, недавно приехавший с юга, — испуганно ответила она.

— Не замечали ли вы чего-нибудь необычного за ним? — продолжала спрашивать Ясмера. Для чего были нужны эти расспросы, я не понимал: нужно было ворваться в комнату. Свет свечи указывал на то, что колдун там.

Хозяйка, подумав, качнула головой:

— Вроде ничего особенного. Заплатил вперёд, вежливый, аккуратный. Город не знает, впервые на севере. Только…

— Что «только»? — торопила хозяйку Ясмера.

— Странный он какой-то. Пытается выглядеть паломником, но молитвы не поёт, ритуалы не соблюдает. Одет небогато, но ест только хорошую еду и пьёт дорогое пиво. Руки изнеженные, не привыкшие к работе.

— Это почти наверняка он, — кивнула Ясмера.

— Ну что, идём? — сказал я, проверяя, как кинжал, укрытый под одеждой, выходит из ножен. Жаль, нет меча. Ну ничего, в гостинице оно и сподручней: тесновато, сильно не размахнёшься. А кинжал — самое то.

— Ты что — дурак? — зашипела Ясмера. — Он же нас поубивает, если мы к нему вот так ворвёмся. У него наверняка наготове боевые заклинания. Нас слишком мало, чтобы справиться с ним вдвоём. Нужно больше людей. Если он начнёт сопротивляться, мы не справимся, а в гостинице полно людей, они могут пострадать. Стой здесь, ничего не…

Наши пререкания прервала хозяйка, вежливо поздоровавшись с невысоким мужчиной в одежде паломника: тот как раз выходил из комнаты, возле которой наш Снуури подал сигнал. Нас разделяли не больше трёх шагов, когда он, спускаясь по лестнице, шёл к выходу. Один рывок, удар кинжалом в шею, чтобы не успел бросить заклинание — и маг отправится на суд богов. Я уже готов был прыгнуть, когда, неожиданно, тонкие, но сильные руки обхватили мою шею, склонив голову вниз, и моих губ коснулись губы Ясмеры. Я почувствовал её дыхание, наполненное запахами лесных трав, сладость поцелуя закружила мою голову, и меня бросило в жар.

Когда поцелуй закончился, как-то неожиданно, сразу нахлынули звуки таверны, шум голосов, стук кружек… Я растерянно стоял и смотрел на Ясмеру, не зная, что сказать. А она, как ни в чём не бывало, разговаривала с хозяйкой гостиницы.

— А куда он пошёл? — спросила она, кивнув в сторону ушедшего колдуна.

— Господин перед сном любит прогуляться по городу, — сказала встревоженная хозяйка. Она явно переживала за свою гостиницу и её репутацию. — Скажите, он что-то натворил?

— Нет, что вы! Просто мы хотим задать пару вопросов.

Повернувшись ко мне, Ясмера тихонько заговорила:

— Иди в зал, закажи чего-нибудь поесть. Я в миссию, собрать Озарённых. До моего прихода ничего не предпринимай, и не вздумай на него нападать в одиночку. Дождись меня.

Она направилась было к выходу, когда моя рука её задержала.

— Скажи, ты зачем меня поцеловала?

— Мне надо было тебя отвлечь. Ещё бы немного, и ты на него напал. Это было первое, что мне пришло в голову.

— Ты что, со мной целовалась, чтобы спасти жизнь колдуну? — боль от обиды острым ножом резанула мне сердце.

— Я хотела спасти не мага, а тебя, и людей вокруг. Даже находясь на пороге смерти, маг может успеть бросить заклинание, если оно у него наготове. А теперь представь себе: что, если Снуури вдруг ошибся? Может, это не тот, кого мы ищем? Ты бы сейчас его убил, а где доказательство его вины? То, что пёс гавкнул возле дверей его комнаты? Этого слишком мало для суда. Тебя бы самого могли казнить за убийство невиновного.