Оксана Панкеева - О пользе проклятий

Ознакомительный фрагмент

— А что говорила Азиль? — не поняла Ольга, действительно доставая сигареты и спички. Чего это она, в самом деле, должна стесняться! А если кто попробует пристать, у неё тут под рукой имеется полезный кавалер, который очень быстро и качественно умеет бить невоспитанных собеседников мордой об стенку.

— Видишь ли, — пояснил мистралиец, приканчивая мороженое. — Мы все в этом зале заколдованы. Маг, которого обжулили за карточным столом, в качестве маленькой мести хозяину, заколдовал всех, кто был в зале, одним редким заклинанием. Оно высвобождает внутреннюю сущность человека, и человек начинает вести себя так, как ему хочется, ни с чем не считаясь. А о тебе Азиль сказала, что ты от такого заклинания начнёшь восставать против всего, что тебе не нравится. И оказалась права. Ты действительно предпочитаешь ходить в штанах?

— Да, — подтвердила Ольга. — Но мне объяснили, что в штанах ходят только воительницы… ну, и некоторые волшебницы и барды, если хотят. А порядочные горожанки должны носить платье и чепчик этот идиотский, чтобы никто не усомнился в их порядочности. Да пусть сомневаются, я не нанималась каждому доказывать, какая я порядочная. Может, я вовсе и не хочу быть порядочной. В любом случае, шлюхи в штанах не ходят. Только вот Элмар все боится, что меня будут принимать за воительницу и на каждом углу вызывать на поединки.

— Это просто, — усмехнулся Диего и потянулся за следующей порцией мороженого. — Повесь на спину какой-нибудь музыкальный инструмент, и тебя будут принимать за барда.

— Я же на них играть не умею.

— А что ты умеешь?

— Да ничего. У меня ни к чему таланта нет.

— С таким Огнём — и ни к чему нет таланта? — поразился мистралиец. — Да такого быть не может! Как ты в таком случае дожила до своих лет? Огонь, если его не использовать по назначению, сжигает человека.

— Это как? — заинтересовалась Ольга. Мало ей было предстоящего дракона и непонятного проклятия, так ещё и милая перспектива сгореть в Огне барда, о котором ей как-то вскользь рассказывал Жак.

— Обычно страдает психика. Депрессии, психозы, алкоголизм и прочие прелести.

«Вот это оно и есть, — обречённо подумала Ольга. — Я-то думала, какого рожна мне не хватает. А это вон что, оказывается…»

— А что же мне делать? — спросила она. — Пока до психозов не дошло?

— Займись чем-нибудь. Если ты настолько не способна к музыке, пиши стихи, или прозу, или рисуй, как умеешь, пытайся выразиться. Даже если у тебя совсем ничего не получится, по крайней мере не сгоришь. Неужели тебе до сих пор этого никто не сказал? Разве Азиль не видела?

— Она говорила, что у меня есть Огонь. Но ничего не говорила о том, что он сжигает.

— Не знает она, что ли? А может, и не знает… А может, ей просто в голову не пришло. У неё совершенно особенная логика, непонятная для людей. Вот например, ты не знаешь, для чего ей понадобился Эль Драко, да ещё так срочно? О нём пять лет не было ни слуху ни духу, все уже привыкли, что он умер, и вдруг Азиль мне заявляет, что он жив и что он ей срочно нужен. Вынь да положь.

— Это она для меня, — вздохнула Ольга. — Да нет, в общем-то это не столь срочно и необходимо… Дело в том, что меня прокляли… Давай, расскажу, если хочешь. Я все равно обязана каждому кавалеру об этом рассказывать.

— Расскажи, — очень живо заинтересовался Диего. Даже про мороженое забыл.

— Тебе кратко или подробно? — снова вздохнула Ольга, которая уже раз сорок пересказывала эту историю и успела приобрести к ней чуть ли не аллергию.

— Подробно, — попросил он. — Может, я что-то тебе посоветую. Я не специалист, но у меня есть врождённые способности, вроде как у Азиль. Вдруг меня осенит.

Пришлось изложить ему печальную историю недотёпы-некроманта и увечного не то живого, не то мёртвого супруга. Мистралиец слушал внимательно, не сводя с неё глаз, и видно было, что эта история производит на него сильнейшее впечатление.

— Вот Азиль и хочет, чтобы я с ним встретилась живьём, — заключила Ольга, решив умолчать о драконе, чтобы лишний раз не расстраивать впечатлительного слушателя. — Она считает, что теперь мне действительно можно всерьёз иметь дело только с ним. И ему со мной, наверное, не знаю. И никто не знает.

— Вот как… — задумчиво протянул Диего, теребя серёжку. — Значит, таким ты его видела — весь изувеченный и без руки? Странно…

— Что странно?

— Что он выглядел так. Если он действительно жив, сейчас он не должен так выглядеть, за столько лет все бы давно зажило. Понятное дело, лицо в шрамах, но в старых шрамах, а не в свежих ранах. И рука тоже… Значит, ты его вывела из Лабиринта, и больше он тебе не снился?

— Из какого Лабиринта?

— Ну, может в классической магии это место называется как-то по-другому, не знаю. И больше ничего не было? Он тебе не снился, и тот мистик тоже не снился?

— Нет, ни разу. Тебе что-нибудь понятно?

— Не совсем, но, если хочешь узнать моё мнение… ерунда все это. Живи спокойно, встречайся, с кем хочешь, хоть замуж выходи. Ничего не случится ни с тобой, ни с твоим мужчиной. Твой так называемый супруг никогда в жизни никого не ревновал и признавал только свободные союзы между мужчиной и женщиной. А слово «жениться» вызывало у него отвращение.

— Совсем, как у его величества! — засмеялась Ольга. — Вот уж, братья по разуму!

— А что, он тоже?.. — улыбнулся Диего. — Славный он у вас. Пообщавшись с ним, начинаешь тосковать по монархии.

— А как вы у себя в Мистралии жили при короле?

— Плохо помню, я был ещё маленький.

— А сколько тебе лет?

— Какая разница? — вздохнул он. — Все равно не помню. Наверное, хорошо жили. Как здесь. Повезло же этой стране, что попался вот такой Шеллар, который сумел пригвоздить этих траханых Всадников Небесных и сохранить королевство… А то было бы здесь то же, что и у нас. Всадников бы через пару лет попёрли пинками, никого из законных наследников не осталось бы в живых, и пошла бы битва за власть, гражданская война и прочее…

Ольга вспомнила беседу с его величеством и его спокойные рассуждения о том, что он будет делать, когда его свергнут, и у неё резко испортилось настроение. У неё даже мелькнула было идея попробовать уговорить этого симпатичного киллера поработать немного для короны, но как только она открыла рот, чтобы об этом сказать, у неё попросту отнялся язык. Напрочь, как после анестезии у стоматолога, только ещё сильнее. Осознав в полной мере, как действует магически обработанный Закон, Ольга оставила безнадёжную идею и спросила:

— А что это твой товарищ так долго не идёт?

— Наверное, пытается оказать первую помощь пострадавшему, — предположил Диего. — Я же его так добросовестно отделал, что помощь ему точно понадобится.