Дебра Дойл - Ученик магов

— Мне казалось, я знаю всех знаменитых бардов Брисландии, — сказал он, — но теперь я вижу, что ошибался.

Лиз слегка покраснела.

— Я не бард, мастер волшебник, а всего лишь странствующая актриса, пою для развлечения публики, и в Брисландии я такая же чужестранка, как и вы.

— Как: бы ты себя ни называла, — сказал Мэдок, — и откуда бы ты ни пришла, у тебя есть талант.

Девочка-певица смущенно опустила голову, и Рэндал заметил, что ее пальцы крепче сжали гриф лютни.

— Я пою как умею, чтобы заработать себе на ужин. Кстати, об ужине: мне пора идти. Мой ужин в эту минуту стынет на кухне.

Она удалилась, ловко протискиваясь сквозь толпу. Рэндал поглядел ей вслед, потом обернулся к Мэдоку.

— Мне кажется, вы ее немного напугали.

— Может быть, — ответил волшебник — Не каждого бродячего актера можно назвать бардом, и не каждый хочет им стать. — Он со вздохом откинулся назад и прислонился к стене. — Среди моего народа барды — уважаемые люди.

— Больше, чем волшебники? — спросил Рэндал, вспомнив насмешки, которые Краннах адресовал Мэдоку сегодня утром.

— На севере от магии мало толку, — вздохнул Мэдок — Люди верят в магию и осознают ее могущество, но не считают нужным питать к ней уважение. Твои друзья в Дуне думают точно так же — просто они более вежливы.

Рэндал подумал о сэре Паламоне, который с самой первой встречи звал волшебника «мастер Мэдок», и о лорде Элайне, который усадил Мэдока на самое почетное место за столом.

— Я вас не понимаю.

— Люди нас боятся, — ответил Мэдок. — Они доверяют тому, что можно увидеть и почувствовать, и предпочитают, чтобы враг стоял перед ними лицом к лицу. Но мы можем изменить облик и сущность этого мира, и сражаемся мы среди теней. Как ты думаешь, — внезапно спросил он Рэндала, — почему волшебникам запрещено пользоваться рыцарским оружием?

Рэндал покачал головой.

— Не знаю.

— Ты хочешь сказать, что мастера в Школе назвали тебе столько разных причин, что ты не можешь выбрать из них какую-то одну, — подсказал Мэдок. — Что ж, вот тебе еще одна причина, подумай над ней: этот запрет должен напоминать и нам, и людям наподобие твоего дяди о том, что настоящий волшебник не ищет земной славы.

Волшебник допил кружку и встал.

— Мне пора в путь, — сказал он.

— Уже? — разочарованно протянул Рэндал. — Но ведь вы только недавно пришли.

— Тарнсберг — без сомнения самый лучший и самый веселый из городов Брисландии, — сказал Мэдок. — Но спроси любого мастера, и он скажет тебе, что я никогда не задерживаюсь надолго на одном месте.

— Когда вы вернетесь?

Мэдок пожал плечами.

— Кто знает? Не забывай об учебе, занимайся серьезнее, и увидишь — ты и без меня неплохо справишься.

Волшебник направился к двери, оставив Рэндала за столом одного. Посидев еще немного, мальчик расплатился за свою кружку сидра и отправился домой.

Прошло несколько дней. Как-то Рэндал работал в школьной библиотеке. Сегодня он учился создавать магические круги. Кончиком пальца он начертил на темном дереве столешницы круг. Потом, не отрывая пальца от стола, изобразил волшебные символы на севере, юге, востоке и западе. Пропел еще несколько слов на Древнем Наречии — и магический круг начал светиться.

Рэндал вздохнул с облегчением. Никогда еще это колдовство не получалось у него так хорошо, как сегодня. Если бы научиться с такой же легкостью творить настоящий, большой магический круг…

— Отличная работа.

Рэндал вздрогнул и испуганно обернулся. Позади него, в нескольких шагах, стоял мастер Лэрг. Школьная мантия на молодом светловолосом волшебнике была накинута поверх длинной туники из темно-пурпурного бархата, и Рэндал в своей поношенной одежде почувствовал себя рядом с ним еще неуютнее.

Однако Лэрг смотрел на него без превосходства, наоборот — заинтересованно. Ему явно понравилось, как ловко Рэндал создал магический круг.

— Вижу, со времен экзамена ты добился немалых успехов.

— Спасибо, сэр, — отозвался Рэндал. Он с любопытством прикидывал, что же еще скажет мастер, но вопрос прозвучал совершенно неожиданный:

— Ты не думал о том, кто станет твоим наставником на третьем году обучения?

Рэндал покачал головой. Ему еще не приходило в голову, что по окончании основного двухлетнего курса он должен найти наставника, который станет обучать его глубинным тонкостям мастерства. Какой смысл беспокоиться о будущем, если тебя того и гляди отчислят из школы после экзаменов за второй курс?

А теперь… если бы здесь был Мэдок, то и говорить было бы не о чем. Но северянин опять отправился в странствие, и неизвестно, когда вернется.

— Может быть, мастер Краннах… — начал Рэндал.

— У Краннаха и так слишком много учеников, он не в силах уделять им должного внимания, — перебил Лэрг. — Боюсь, он может непоправимо испортить новичка с твоими способностями.

Рэндал забыл о вежливости.

— Какими еще способностями? — с горечью воскликнул он. — Я едва только приступаю к изучению вещей, которые другие ученики с легкостью освоили в первые же шесть месяцев.

— Знаю, — ответил Лэрг. — Но именно способности мешают тебе, когда ты пытаешься сотворить самое простое волшебство. Вспомни те свечи, которые ты погасил на экзамене.

— Помню, — ответил Рэндал. «Я хорошо помню, как стоял, обливаясь потом, после того как сделал самую простую вещь, для которой другим стоит только взмахнуть рукой». — А что неладно с этими свечами?

— Почти все студенты, — ответил Лэрг, — загасили бы эти свечи порывом ветра — легко, незатейливо, напрямик. Такой ответ и предпочтителен в большинстве случаев. Мало кто из учеников догадался бы призвать на помощь проливной дождь или густой туман и залить пламя водой. Но почти никогда не видим мы новичков, которые сделали бы то же, что и ты: погасили свечи усилием воли.

«Вот, значит, как я добился этого, — подумал Рэндал. — Как всегда, пришел к цели самым трудным путем».

— Это был неверный ответ?

— И да, и нет, — отозвался Лэрг. — Нет — потому что ты продемонстрировал нам небывалую силу, и да — потому что ученики не в состоянии управлять такой силой.

Рэндал задумался. Приятно было слушать, как мастер-волшебник в глаза хвалит твою силу; даже Мэдок никогда не говорил этого напрямик. Однако эта похвала не помогала ему решить возникшую задачу.

— Но если мастер Краннах не может взять меня в ученики, то кто же возьмет?

— Я, — ответил мастер Лэрг и достал из кармана какой-то маленький шарик, изрезанный бороздками. Приглядевшись, Рэндал узнал персиковую косточку. Мастер протянул косточку Рэндалу: — Посади ее.