Татьяна Лайка - Темный

— Потому, что тут опасней. Если на той стороне мы могли ехать спокойно и беззаботно, то на этой так не получится, — видимо обнаружив на моем лице удивление и правильно его растолковав, ответил мне Вельнир.

— И долго длится этот… опасный путь?

— Да уж совсем ничего — до деревни Елеснии. Это полдистанции. Но и этого хватит, чтобы почувствовать Ледяное Дыхание Смерти. Всем достанется.

Вельнир отъехал немного вперед, оставив нас с Ривом и магом в центре как дальнобойных воинов. Я сразу заметил, как остальные тоже напряглись до предела. Однако сам понятия не имел, откуда ждать эту самую опасность. Слухи, конечно, ходили об этом месте, названном «Лошадиный переход». А Дракон не упустил возможности воспользоваться случаем, в красках рассказав, что это место обычно переходили только лошади, оставляя своих наездников мертвыми где-то здесь.

Честно признаться, страха не было, но было что-то другое… ощущение неприятностей, причем буквально физически. По коже проходил мороз от одной мысли о том, что может случиться. В голову приходили такие идиотские идеи, как например: купец специально завел нас сюда, чтобы нас тут прикончили, а сам хотел забрать ксаркорнов. Ну, и так далее. Разумно понимал, что пара животных не стоит жизни двух вампиров, но вот чувства… они никак не поддавались дрессировке.

Я огляделся вокруг, заметив, что Лодаллес смотрит куда-то далеко вперед. И надо отметить, очень напряженно смотрит. Как будто что-то увидел. Я тоже посмотрел. Но ничего, кроме множества алых полосок земных трещин, не смог различить. Понятно, что маг может усилить зрение с помощью заклинания. Но мне было неспокойно, и как бы я ни напрягал свои глаза, ничего не замечал.

Когда предел моих нервов почти иссяк, на дорогу из-за ближнего холма, бывшего когда-то вулканом, выехали семеро… Конечно, первое что бросилось в глаза — нас больше. Однако, надеяться на численное преимущество было наивным: по стоящим впереди разбойникам можно было понять — они в этом деле не новички. А вот мы с Ривом, напротив, могли все испортить. Сделать что-то не так, что помешает остальным воинам в отряде слажено сражаться. Нас девять против семерых… хотя уже восемь: торговец проехал в середину к нам, значит он не умеет владеть оружием.

Рука невольно легла на арбалет. Легла мягко, даже нежно. Как будто говоря: «Не бойся, родной, убивать живое существо не страшно и не сложно. Делай все так, как ты делаешь, когда стреляешь по цветной мишени. Ты отлично справишься, мой милый. Я с тобой». Или это он со мной? «Хорошо, я постараюсь, — слышу в ответ. — Но чтобы я был спокоен, должен успокоиться и ты. Причем в первую очередь. Тогда мы сможем все…» МЫ! Вот именно! Только вместе МЫ сможем преодолеть это моральное испытание. Я и арбалет… Мой лучший друг и спутник. Кровный брат. Даже больше — он часть меня… может быть, лучшая.

Один из стоявших напротив мужчин выехал вперед. Светлые волосы были коротко пострижены, но на бледно-серой коже головы очень четко выделялись. Одеты все, естественно, как и подобает разбойникам: штаны порваны, зашиты в нескольких местах, торс обнажен из-за нестерпимой духоты. По выступающим ребрам можно было догадаться, что они мало и редко едят.

Однако жалости это не вызывало.

Просто все понимали, за счет чего и кого они питаются и живут вообще.

— Куда это мы направляемся? — ехидство в голосе главаря банды разбойников говорило, что ему вовсе не интересен ответ.

— А вам-то что за дело? — возможно, Эрбет сказал это слишком грубо.

— Вы, верно, едете в Лехотки. О! А животинки какие! — это уже относительно ксаркорнов. — Дашь покататься? — вопрос был адресован мне, но я не ответил, предоставляя вести переговоры исключительно опытным воинам. Хотя моего ответа и не требовалось. Смех всей банды, стоящей напротив, говорил об этом более чем понятно.

— А пошлину платить? За себя, да лошадей, да за… пару ксаркорнов? — главарь прямо высказал свое предложение, так как понял, что перед ним люди (то, что мы с Ривом вампиры, он еще не заметил), не расположенные на беседу.

— Чего же ты хочешь? — Вельнир как бы лениво выехал вперед, показывая, что в этой компании он главный, и достал папиросу, показывая полную уверенность в себе. Однако мы все понимали, что это — показуха. Он просто хочет напугать противника, разорвать его терпение в клочья. Надо будет запомнить этот ход на будущее.

— Платы. А разве не понятно? — снова смех всех разбойников. Меня, честно говоря, он уже выводил из себя.

— Это ясно, — Вельнир все-таки еще держался, но по напрягшимся мускулам можно было судить, как сильно он злился от пустых слов. — Какая плата тебя интересует?

Главарь слегка усмехнулся. Может, подумал, что за болваны его окружают? Или понадеялся на легкую и послушную жертву? Как бы там ни было, ему не грозило ни то, ни другое.

— Плату… — смаковал светлый это слово. — Парни, какую плату мы им придумаем?

Бесы! Этот гогот начинает раздражать. Уже захотелось заткнуть им глотки, чтоб и писка выдавить не смогли. Я и не заметил, как душевное беспокойство плавно, но решительно переходило в ледяную уверенность.

— Мы возьмем ваших ксаркорнов, — сказал разбойник, отсмеявшись и повернувшись к нам лицом. — И учтите: такую пошлину я беру с вас исключительно потому, что у меня сегодня хорошее настроение.

Снова хохот. Я сжал кисти в кулаки… Однако противник вообще не стоял на месте: постоянно кружил на своей лошади, выдавая себя с потрохами! Да, волнение и отсутствие выдержки — плохие товарищи.

— Нет, — твердо, коротко и ясно. В одно единственное слово Вельнир вложил столько смысла!

Банда дорожных бродяг как по команде сразу потянулась к клинкам. Слава Судьбе, стрелков среди них не было. Выстроившись в длинный ряд по указке главаря, они медленно направились в нашу сторону.

Нам команды для боевой готовности не требовалось. Лишь Вилласам жестом показал Лодаллесу, чтоб он особо свои силы не тратил, дескать сами справимся.

А я стоял и смотрел, пытаясь запомнить все тактические движения и ходы. Противник — стенкой, а мы — полукругом, который прикрывает стрелков. Как дальнобойную силу нас в обиду не дадут. Кто же нападет первым? У кого преимущество?

Но наши воины стояли, хладнокровно разминая кисти и взмахивая клинками. Как будто сражение должно начаться не сейчас, а через часик-полтора. Я понял, зачем этот фарс: и без того нервный противник, не выдержав напряжения, кинулся первым. А наш отряд просто не мог выйти вперед потому, что надо прикрывать дальнобойную силу и повозки.

Главарь воров направился прямым маршем на Вельнира. Я видел, как завязалась схватка между двумя командующими; как Эрбет, перегнувшись через голову лошади, размахивает мечом; как спокойно, практически стоя на месте, Вилласам сражается сразу с двумя; как отец Рон и Дракон, стоя спина к спине, взяли на себя троих оставшихся… А вот я сам не мог определиться с мишенью. Все вертелось перед глазами в одной пыльной куче. Стрела может в такой ситуации попасть в своего. Рив тоже тянул время. Лодаллес, не смотря на указание Вилласама, был полностью готов к атаке.