Трой Деннинг - Охота на дракона

Темплар в сомнении прикусил губу, но потом решительно покачал головой.

– Я не знаю этого Марута. У меня нет никаких оснований полагать, что ты вернешься.

– Марут – уважаемый мастер, – возразила Садира. – Он верный подданный нашего короля, – ее лицо против воли исказилось гримасой боли.

– Если на девушке останется хоть один синяк, – угрожающе процедил темплар, обращаясь к держащему Садиру великанышу, – я натяну твою шкуру на барабан!

Стражник чуть не уронил Садиру на землю. Открыв от изумления рот, он уставился на темплара.

– Я никак не могу тебя отпустить, – виновато сказал темплар Садире. – Я должен конфисковать каждого раба, входящего в ворота Тира.

Садира поняла, что страх перед начальством в темпларе куда сильнее желания обладать хорошенькой рабыней. Учитывая заклинание, это казалось почти невероятным, однако… Девушка решила испробовать другой подход.

– Если я к закату не доставлю Маруту эти сучья, – она указала на брошенный на дорогу тюк, – мой хозяин не закончит работу над мотыгами. А сдать их Департаменту Строительства он должен уже завтра утром.

– Ты же говорила, он делает топоры? – проворчал один из великанышей.

– Обычно он действительно делает топоры, – ответила Садира, не отводя глаз от темплара, – но сейчас нужда в кирках так велика, что ни на что другое просто не остается времени.

– Я слышал что-то подобное, – к великому облегчению Садиры кивнул темплар.

– Если Департамент Строительства не получит обещанную партию мотыг, работа на каменоломнях может остановиться. А тогда встанет и строительство… Что если вы проводите меня до мастерской Марута, – предложила она, глядя в глаза темплару, – а когда я отдам своему хозяину сучья для рукояток, отведете меня обратно. Уверена, ваш начальник оценит такую инициативу. И я тоже…

Она многозначительно улыбнулась чиновнику и тут же снова зарделась, как бы от стыда. Самое главное было не переиграть – темплар должен считать, что он и в самом деле ей нравится. Задача упрощалась тем, что ему самому до смерти хотелось в это верить.

– Да не слушай ты ее, Пеган, – прогудел на ухо темплару один из великанышей. – Ты и так можешь сделать с девчонкой все, что захочешь.

Садира отшатнулась, изобразив на лице неуверенность и страх.

– О чем он говорит? – дрожащим голосом спросила она у темплара. – Что вы хотите со мной сделать?

Успех превзошел все ее ожидания. Взбешенный тем, что глупое замечание стражника превратило интерес девушки к его особе в заурядный страх, темплар резко ткнул великаныша пальцем в живот.

– Молчать! – проревел он. – Или ты сам будешь завтра таскать кирпичи на стройке. – Он повернулся к полукровке. – Не волнуйся. Я ничего не собираюсь с тобой делать.

– Я не поняла, о чем он говорил, – Садира отступила еще на шаг. – Что может маленькая рабыня сделать такому видному мужчине, как вы?

Темплар с ненавистью поглядел на стражников.

– Когда стемнеет, закройте ворота, – сквозь зубы приказал он. – И ждите моего возвращения.

– Но…

– Делай, как я сказал, Так! – прикрикнул темплар на сбитого с толку великаныша. – И не спорить мне тут!

– Веди, девочка, – повелел он Садире. – Надеюсь, до мастерской твоего хозяина не слишком далеко…

Подобрав тюк с сучьями, Садира закинула его за спину. Она прошла мимо ржавых ворот сквозь, проход в крепостной стене. Темплар следовал за ней по пятам. На другом конце прохода, на обочине стояла огромная гранитная глыба. Каждые два-три года, когда в каком-либо из близлежащих городов кончались запасы продовольствия, у стен Тира появлялась армия, стремящаяся опустошить и без того полупустые королевские хранилища. Тогда какой-нибудь высокопоставленный темплар с помощью колдовства поднимал гранитную глыбу в воздух и затыкал ею проход в стене. Когда война кончалась, глыба возвращалась на место.

Когда Садира вошла в город, перед ней предстало зрелище, поразившее ее даже больше, нежели стоящий у ворот темплар. Раньше Тир всегда приветствовал ее скрипом колес и шумом толпы. Сегодня город словно вымер. Широкий бульвар, тянувшийся вдоль городской стены, был почти пуст – лишь двое ремесленников куда-то спешили по своим делам, да несколько роскошно одетых торговцев, не поднимая глаз от мостовой, торопились домой из лавок. Расположенные напротив ворот маленькие кабачки, обычно бойко торговавшие едой и вином вплоть до рассвета, дружно чернели мрачными, неприветливыми окнами. И куда только подевались так хорошо запомнившиеся Садире запахи – ароматных печеных ротгрубов, пряных силвербрушей, настоявшегося нектара канка. Вместо них в воздухе витало нечто иное… Зловоние и кислый привкус разогретого на солнце камня.

Садира повернула налево – по этой дороге она ходила едва ли десяток раз за всю свою жизнь. Пеган шел рядом с ней. Над городом сгущались сумерки. Темплар положил руку девушке на плечо.

– Разве мы идем не в Район Торговцев? – спросил он, указывая на улочку, извивающуюся между глинобитными трехэтажными домами.

Садира остановилась. Она поглядела на узкую улочку, на ярко освещенный бульвар. Она понятия не имела, куда они вели.

– Мастерская Марута расположена не там, – покачала головой девушка. Пройдя еще шагов сто, она показала на проход темневший среди покосившихся домов и полуобвалившихся оград.

– Нам сюда.

– Мы что идем к Рынку Эльфов? – спросил темплар.

– Мой хозяин живет совсем рядом, – поспешила успокоить его Садира.

В переулке было темно, но тепловое зрение полукровки прекрасно различало обитателей этого нищего района, со зловещим любопытством выглядывающих из облупившихся халуп.

Они успели пройти совсем немного прежде чем девушка услышала у себя за спиной приглушенные проклятия Пегана. Ничего не видящий в темноте темплар споткнулся и едва устоял на ногах. Он схватился за висящий за спиной рабыни тюк.

– Остановись!

Садира замерла как вкопанная. Одновременно они уронила сучья, и, сунув руку за пояс, выхватила обсидиановый кинжал, позаимствованный у стражника в карцере. Потеряв единственную опору, темплар растянулся на грязной мостовой. Что могло быть проще – скрыться в глубине черных переулков, затеряться в лабиринте улочек, куда ни стражники, ни темплары старались не заходить. Несомненно, такой исход устроил бы Союз Масок. Много раз связной Садиры объяснял ей необходимость воздерживаться от излишнего насилия.

– Да помоги же, наконец, глупая девчонка!

– Не дождешься, приятель… – прошептала Садира, решив, что «излишнее насилие» можно трактовать по-разному.

Схватившись за цепочку медальона, она дернула так, что голова Пегана задралась, обнажив скрытую двумя подбородками шею.