Владимир Лосев - Месть Демона

Так эта мерзость вместо того, чтобы просто открыть дверь, еще и грозит!

А вдруг у него действительно есть оружие, которое может тебя убить? Жить-то хочется, а им — лучшим представителям человечества, хочется еще больше…

— Оттуда? — в голосе Кости прозвучало раздражение. — Откуда и у нас, с рынка, граната стоит недорого…

— Так что ломаем или не ломаем? — Возникла долгая драматическая пауза.

— Если установил гранату, то лучше не трогать…

— Подкараулим его, когда выйдет. Не будет же он целый день дома сидеть…

— Макс, — голос Кости стал тихим, и я бы сказал, проникновенным. — Расскажи, зачем ты ходил на свалку?

— Чтобы поговорить с Поликановым! — прокричал я сквозь дверь. — Хотел узнать, почему он Шарику алиби создал! Но я опоздал, его убили раньше, чем я сумел спросить.

Поздним вечером или ночью — он окоченел уже

— Это мы уже и без тебя выяснили, ты в его смерти не виноват. Собирайся, поедем по хорошему: все, что рассказал нам, расскажешь

Филе, и мы тебя отвезем домой. Может, Филя тебе даже денег даст, как в прошлый раз…

— Какие деньги? И много дал?

— Это уже не важно, но если ты помнишь меня и близнецов, то должен помнить о разговоре и о деньгах…

— О разговоре ничего не помню. Вы меня забрали из детского сада, потом был Филя с резиновой дубинкой, а дальше — всё, провал в памяти…

— Вот и сейчас будет то же самое, — голос

Кости стал добрым, у меня даже челюсть свело от омерзения. Неужели я произвожу впечатление кретина, которого так легко уговорить на то, чтобы ему переломали ребра и отбили почки? — Никто тебя бить не станет, все расскажешь и свободен! Мне нужно отоспаться после дежурства. Филе передавайте спасибо за деньги, хотя и не помню, чтобы он их давал…

— Дверь сломаем, открывай! — снова послышались голоса близнецов, которые уже забыли о гранате и снова были готовы к активным действиям. — Лучше не зли, на куски порежем!

— Я, пожалуй, пойду в другую комнату, чтобы меня осколками не зацепило, а вы ломайте дверь, раз начали… — мне уже надоел этот бессмысленный разговор. — О гранате вас предупредил, так что совесть моя чиста…

В дверь ударили еще несколько раз, потом все стихло, а еще через пару минут я услышал удаляющиеся голоса. Я выглянул в окно. Братва садилась в черный джип с тонированными стеклами, Костя при этом разговаривал по телефону, вероятно, получая дополнительные указания.

«Вряд ли современные наемники соблюдают кодекс воинов, иначе они сломали бы дверь, не испугавшись придуманной гранаты, — подумал я. — Выполнение долга должно быть безукоризненным, а имя незапятнанным. Но это не для них. Понятие чести ушло вместе с умершими поколениями. Мы — те, кто пришел вместо умерших воинов, готовы на любую подлость, этому нас учит современная жизнь…»

Я вернулся в комнату и лег на пол. Все еще хотелось спать. Мне стало грустно. Жизнь, несмотря на то, что и раньше была скверной и неприятной, превращалась с каждым мгновением во что-то еще более отвратительное.

Раньше у меня было утешение — Ольга, но ее убили, и жизнь стала трагической, почти невозможной. Все потеряло смысл с ее смертью, и бытие превратилось в хождение по минному полю. А на нем действует только одна логика: погибнешь все равно, рано или поздно, что бы ни делал, куда бы ни шел.

Но разве не так и устроена наша жизнь?

Я закрыл глаза, подумав о том, что пока сижу дома, буду принадлежать себе, а вот когда выйду…

Не думаю, что меня станут убивать, в этом пока нет необходимости. Но Филю следовало остерегаться. Похоже, он продолжал подозревать меня в убийстве Шарика и интересовался каждым моим шагом. Придется объясняться, если только раньше ничего не случится со мной или с Филей. Второе мне казалось более вероятным, в глубине души я почему-то был уверен, что моего главного на сегодняшний день недруга скоро убьют.

Не знаю, на чем основывалась это предположение — может быть на моем желании, никогда с ним больше не встречаться?

Впрочем, иногда я у меня срабатывает интуиция. Если желаете знать, что я подразумеваю под этим словом, боюсь, вы разочаруетесь. Я до сих пор не сумел понять, почему иногда знаю, когда умрет тот или иной человек.

Вот и сейчас произошло именно такое озарение, я знал, что Филя скоро умрет.

Вы спросите, почему я не воспользовался своим даром, чтобы спасти Ольгу? Или хотя бы предупредить о том, что в ближайшее время возможна ее смерть?

Мой непостоянный дар не предупредил меня о ее смерти, и это горько. Хоть было бы гораздо хуже, если бы я заранее знал, что она скоро умрет. Тогда я бы умер раньше, чем она, или сошел бы с ума.

Мы видим будущее…

В туманной дымке.И, кажется, что можно изменить виденье.Слегка подправив расписанье дня.Но разве можно остановить вращенье солнца?А если и удастся…То результат, не станет ли страшней того,что мы хотели избежать?

Как только вы вступаете в область способностей, которыми владеют единицы, то уже ни в чем не уверены, можете только накапливать статистические данные.

Дар у каждого проявляется по-своему.

У меня бывают озарения. Часто ко мне в голову приходит знание, природу которого никак не могу объяснить…

Но всегда есть некая неопределенность, вероятность галлюцинации, поэтому лучше промолчать, чтобы не показаться смешным…

А странные картины, которые иногда вижу перед глазами, а сны? Если их кому-то рассказать, то точно окажешься в психушке.

Я знал, что Филя был одним из близких дружков Шарика.

Когда уехал учиться, Шарик и еще несколько его приятелей за выпускной вечер избили около пятнадцати человек. Они развлекались, отбирали деньги на выпивку, и были пьяны в стельку. Был с ними и Филя, как раз только что освободившийся из колонии.

Трое потерпевших попали в больницу с черепно-мозговыми травмами, один чуть позже умер, потому что избивали ребят кастетами, кольями и трубами.

Филе едва удалось остаться на свободе, потому что своевременно откололся от компании, у него были какие-то дела …

В деле он не фигурировал, потерпевшие его не назвали из опасения за свою жизнь: Филя уже тогда славился дурным нравом.

И когда Болт стал собирать свою команду бойцов для экспроприации всего, до чего удастся дотянуться, Филя и уже отсидевший к этому моменту Шарик стали первыми его помощниками…

В дверь постучали, на этот раз чуть слышно, я понял, что это кто-то из соседей. Подошел и осторожно глянул в глазок.

За дверью стоял дядя Игорь. Лицо у него было печальным, он разглядывал мою дверь, видимо, заметив следы ног, которыми по ней молотили…

— Я тут сварил замечательный овощной супчик, приглашаю тебя разделить со мной трапезу, — сосед улыбнулся, посмотрев на глазок. — Не бойся, они ушли…