Жан-Луи Фетжен - Эльфийские хроники

Ознакомительный фрагмент

— Для нас — вы желанные гости, — сказала Арианвен.

Королева кивнула мужу в знак того, что пора заканчивать собрание, и затем, пока эльфы расходились кто куда, отвела Итилиона в сторону, под дуб с длинными ветвями. По дороге королева случайно встретилась взглядом с Ллианой и улыбнулась ей. Эта улыбка заставила Ллиану никуда не уходить, а остаться и послушать.

— Ты говоришь от имени эльфов Высокого Леса? — спросила Арианвен у Итилиона, когда они остановились под дубом и присели на землю.

Итилион пожал плечами и грустно рассмеялся.

— От имени того, что от него осталось… Люди сожгли наши заросли и срубили многие из наших деревьев. Жить рядом с людьми не очень-то легко…

— Я знаю… Именно этих людей ты упомянул только что, властелин Высокого Леса?

— Эти люди уже мертвы. — Он произнес эти слова таким тоном, что стало понятно: упомянутые им люди умерли отнюдь не от старости. — В течение двух лун мы следили за монахом и сопровождающей его группой людей, которые зашли вглубь леса, чтобы построить там еще одну из деревень, в которых они живут. От всей этой группы в живых остался только один подросток, который был одет, как послушник. Именно его вы спасли и принесли сюда.

Сидевшие рядом с королевой Морврин, Гвидион и другие члены совета, решившие никуда не уходить, переглянулись: им была вполне понятна горечь, содержащаяся в словах этого даэрдена.

Это была длинная история.

На «лесных эльфов» не раз нападали сначала карлики, а затем люди, но правители Элианда ни разу даже не попытались прийти им на помощь. Именно напоминание об этом Арианвен и ее сородичи почувствовали в словах и — в еще большей степени — во взгляде и позе этого даэрдена, почтительность поведения которого сейчас была завуалированным упреком.

— Этот юный послушник больше не представляет угрозы для Высокого Леса, — сказала королева слегка отчужденным тоном. — Он никогда никуда не уйдет отсюда — даю тебе свое слово…

— Но ведь…

— Это еще не все. На одну из групп наших охотников напали волки. Это были черные волки, которые по своим размерам намного превышают тех волков, которые обычно живут в лесу.

— Я знаю. На холмах есть и другие такие волки, которые бродят вокруг деревень людей и которыми управляют кобольды[11]. Наши соколы их…

— Кто-кто ими управляет? — переспросил Морврин.

— Кобольды, — тихо произнес старый Гвидион встревоженным голосом. — Именно так монстры из Черных Земель называют людей-собак, которые занимаются их боевыми волками. Я так и подумал, что это именно они, когда услышал рассказ Ллианы.

Юная эльфийка, услышав свое имя, вздрогнула и пристально посмотрела на свои ноги, опасаясь, как бы они сами не унесли ее отсюда — подальше от жутких воспоминаний. Сейчас было весьма неподходящее время для того, чтобы давать волю эмоциям.

— Судя по тому, что рассказывала Ллиана, они были не очень опасными на вид, — пробурчал Морврин.

— Во всех легендах, посвященных волкам, упоминаются кобольды, — вмешался в разговор моложавый эльф, длинные черные волосы которого были заплетены в три толстые косы.

Три косы — один из признаков (хотя самым верным признаком, конечно, была арфа длиной в полтора локтя, их постоянный спутник), отличающий менестрелей, которые заплетали волосы подобным образом, чтобы те не падали на струны во время игры на музыкальных инструментах.

— Кобольды — это черная душа волков, — продолжал он приятным голосом. — Они — голос Того-кого-нельзя-называть, и их дыхание представляет собой яд, который отравит любое животное, которое позволит им приблизиться к нему.

— Ольвен говорит правду, — сказал Гвидион. — Сами по себе они не опаснее собаки или лисицы, однако эти существа обладают разумом. Появление кобольдов является подтверждением того, что волки, напавшие на Лландона и его ватагу, отнюдь не были какой-то одной изолированной стаей…

Гвидион на несколько мгновений замолчал, чтобы поразмыслить над тем, какую реакцию у его собеседников могут вызвать слова, которые он собирался произнести.

— …Во всех древних сказаниях, повествующих о войнах, которые развязывали монстры, эти войны начинаются именно так. Нападения черных, как ночь, волков, которые появляются непонятно откуда, потом исчезают, затем снова появляются, чтобы нанести удар, но уже в другом месте…

Раздавшиеся звуки арфы придали особую значимость словам друида. Затем Ольвен, перебирая струны, извлек из нее три небольших аккорда, прозвучавших довольно зловеще.

Тьма и холодУкутывают лес покрывалом —Таким густым, что вообще ничего не видно.Темная, темная, очень темная ночь,в которой внезапно вспыхиваютСначала только два желтых огонька,а затем десять и даже сто.Черные волки ищут глазами свою добычу…

— Но ведь их же было всего лишь три! — воскликнул Морврин, ломая веточку, которой он до этого нервно помахивал. — Три волка, с которыми смогла справиться группка начинающих охотников, и ты заявляешь, что это война?

— Ваши юные охотники убили только двух из них, — вмешался Итилион. — Наши соколы проследили, куда подевался третий…

— И что? Если ты знаешь, где он прячется, почему бы не пойти и не убить его?

— О-о, мы бы его убили, но, похоже, за нас это сделал кто-то другой.

В ответ на вопросительные взгляды королевы и членов ее совета даэрден с любопытством посмотрел на Ллиану. Арианвен поочередно окинула взглядом их обоих, поначалу ничего не понимая, но затем, присмотревшись к выражению лица своей дочери, она догадалась, что ошиблась, когда, обнаружив в лесу потерявшую сознание Ллиану, мертвого Элиаса и труп черного волка, подумала, что это Элиас прикончил хищника, прежде чем умереть от полученных в схватке с ним ран…

— Это ты убила того волка?

— Я всего лишь защищалась, мама!

«Зеленый эльф» хихикнул, и Ллиана, сочтя это его хихиканье оскорбительным и разозлившись, резко вскочила на ноги.

— Да, это я его убила! — громко крикнула она, будучи не в силах сдержаться. — И я убью всех волков, которые явятся сюда, в наш лес! Они — не животные, они — отвратительные и зловонные чудовища!

Затем, не зная, что еще сказать, она — под ошеломленными взглядами окружавших ее эльфов — бросилась прочь от дуба и скрылась в зарослях.

— Ну что же, если все юные эльфийки Элианда — такие же отважные, то вам не стоит бояться никаких монстров! — сказал, расплывшись в улыбке, Итилион.