Кристи Голден - Джайна Праудмур: Приливы Войны

- Как пожелаете, моя леди.

Кейлек выждал, пока они не окажутся за пределами слышимости, после чего заявил с абсолютно серьезным тоном в голосе:

- Я прямо не знаю, Джайна. Вдруг это я буду нуждаться в спасении.

- Ну что ж, тогда я приду тебе на помощь, - ответила Джайна со столь же серьезным лицом.

Кейлек вздохнул.

- Ты и так уже помогаешь, - сказал он приглушено.

Она посмотрела на него, ее брови сдвинулись.

- Я помогаю, - сказала она. - Но не спасаю.

- По своему - и спасаешь. Вы все. Мы … уже не те, кем были. Мне так хочется защитить мою стаю, позаботиться о них.

Что-то щелкнуло в голове Джайны.

- Точно так же ты хотел защитить и Анвину.

На его щеке дернулся мускул, но он не сбавил шагу.

- Да.

- Ты не подвел ее.

- Нет, подвел. Ее схватили и использовали, - резко возразил Кейлек, ненавидя самого себя. - Использовали, чтобы привести Кил'джедена в Азерот. А я не мог спасти ее.

- Если то, что мне известно об этом, правда, то ты ничего не мог поделать с этим, - как можно мягче сказала Джайна, осторожно подбирая слова. Она не была уверена, что Калесгос был готов говорить с ней об этом. - Ты был одержим повелителем ужаса. Но как только оказался освобожден от его ужасного контроля, ты отправился за ней.

- Но ничего не мог предпринять. Мне не удалось остановить ее мучителей.

- Нет, это не так, - с нажимом сказала Джайна. - Ты позволил Анвине стать тем, чем она и являлась в действительности - Солнечным Колодцем. Только благодаря твоей любви и ее храбрости Кил'джеден был побежден. Ты был бескорыстным, и потому она приняла свою судьбу.

- Аспектам тоже было предначертано потерять свои силы, чтобы побороть Смертокрыла, я знаю это, - сказал Кейлек. - Все, что произошло, было правильным. Но… это сложно принять. Тяжело наблюдать, как все их надежды рушатся, и...

- Понимать, что и сам потерпел неудачу?

Он резко развернулся, поглядев на нее, и на мгновение ей показалось, что она слишком далеко зашла. Но в его глазах не было гнева. Лишь боль.

- Ты, - сказал он, - даже близко не прожила столько, сколько прожил я. Откуда в тебе столько проницательности?

Продолжая идти, она взяла его под руку.

- Просто я сама сражаюсь с теми же демонами.

- Почему ты здесь, Джайна? - вдруг изумился он. От его прямоты она приподняла золотую бровь. - Я же слышал, что тебя считали одним из самых лучших магов в ордене. Почему ты не в Даларане? Почему ты остановилась здесь, между болотом и океаном, между Ордой и Альянсом?

- Кто-то должен был это сделать.

- В самом деле? - нахмурился Кейлек.

Он остановился и развернул ее, чтобы они были друг против друга.

- Конечно! - парировала она. Внутри нее зарождался гнев. - Или ты желаешь развязать войну между Альянсом и Ордой, Кейлек? Вот как в наши дни драконы коротают свой срок? Бродят вокруг до около и провоцируют неприятности?

Судя по синим глазам Калесгоса, эти слова его сильно задели.

Она вздрогнула.

- Мне жаль. Я не хотела этого говорить.

Кейлек кивнул.

- Но ведь подразумевала это? - спросил он, и в его голосе не было никакой злобы.

Она безмолвно уставилась на него. Она не знала. Тогда слова вырвались непонятно откуда.

- Я не захотела быть частью ордена после падения Даларана. После … смерти Антонидаса. Его убил Артас, Кейлек. Как и многих других, тех, кто там остался. Человек, за которого я, как когда-то думала, выйду замуж. Человек, которого я когда-то любила. Я не смела… не могла вернуться туда. Я изменилась, и Кирин-Тор тоже. Они теперь больше, чем просто нейтральны… мне кажется, не поняв этого, они могут смотреть свысока на любого, кто не один из них. Я же знаю, что если уж ты действительно хочешь способствовать миру, то должен общаться со всеми расами наравне. Я последняя, кто так думает, к тому же у меня действительно есть дар к дипломатии, - искренне сказала она.

Искажавшая его милое лицо боль исчезла, и он ласково погладил ее по золотистым волосам, как будто успокаивал ребенка.

- Джайна... - проговорил он. - Если ты веришь в это - а я не говорю, что ты ошибаешься - почему тебе так сложно убедить себя в этом?

Он попал прямо в цель. Погрузил нож прямо в сердце, тонкий и острый, и настолько болезненный, что она начала задыхаться, как если бы удар был настоящим. Она уставилась на него, неспособная отвести от него взгляд, чувствуя, как слезы жалят глаза.

- Они не слушают, - еле различимо прошептала она. - Никто не слушает. Ни Вариан, ни Тралл, и, конечно, Гаррош. Мне кажется, что я стою одна на краю пропасти, и ветер крадет каждое произнесенное мною слово. Что бы я не делала, что бы не говорила, все это - бессмысленно… Не имеет никакого значения. Я сама… не имею никакого значения.

Когда она это говорила, грустная улыбка коснулась губ Кейлека, будто ему все это было знакомо.

- Вот мы и пообщались, леди Джайна Праудмур, - сказал Кейлек. - Мы боимся оказаться бесполезными. Или беспомощными. Все, что мы пытаемся сделать - бессмысленно.

Слезы потекли по ее щекам. Он осторожно вытер их.

- Но вот в чем я уверен. У всех вещей есть свой ритм, свой цикл. Ничто не остается без изменений, Джайна. Даже драконы, столь долговечные и, казалось бы, столь мудрые. А тогда насколько быстро должны меняться люди? Когда-то ты была нетерпеливой молодой ученицей, любопытной и прилежной, радующейся пребыванию в Даларане и оттачивающей свои заклинания. Затем миру понадобилось забросить тебя далеко-далеко от того безопасного места. Ты изменилась. Ты выжила, предстала для мира в новом качестве - как дипломат. Ты столкнулась со всевозможными загадками и вызовами. Это было твоим служением. Но этот мир... - Он печально покачал головой, и посмотрел в небо. - Этот мир уже не таков, каким был раньше. Ничто, никто не избежит его. Так что… позволь мне показать тебе кое-что.

Он опустил руки, его длинные ловкие пальцы зашевелились, на их кончиках вспыхнула энергия тайной магии. Все это сформировалось в кружащийся шар, парящий перед ними.

- Посмотри туда, - предложил он.

Джайна так и поступила, стерев свои глупые слезы - и откуда они только взялись? - опустилась на колени и сосредоточилась на небольшом магическом шаре. Кейлек проворно коснулся его - тот, казалось, поначалу разрушался, но затем восстановился с небольшими надписями.

- Это же... формулы! - с удивлением произнесла Джайна.

- Смотри опять, - сказал Кейлек.

Он во второй раз коснулся шара. И в третий. И каждый раз формулы становились все более четкими. Был момент, одновременно сбивающий с толку и восхитительный, когда Джайне показалось, что она смотрит на схемы гномов, а не на шар из тайной магии.