Danielle Collinerouge - Гарри Потер и Обряд Защиты Рода

– Привет, Гарри! – хлопали его по плечу Невилл, Дин, Симус и другие.

Вскоре Сортировочная Шляпа пела новую песню. Но Гарри никак не мог сосредоточиться на её содержании. Он чувствовал себя так странно среди беззаботно перешептывающихся одноклассников, радующихся встречи друг с другом. Рон, растянувшийся в глуповатой улыбке, сидел напротив Гарри, что-то говорил одновременно ему и окружающим. «Как скоро он узнает о нас с Гермионой? Что тогда скажет?» – подумал Гарри. Дамблдор просил его никому не говорить о проведенном обряде. Что ж, не говорить так не говорить. Гарри посмотрел на Гермиону. Девушка старалась избегать взглядов Рона.

За соседним столом Гарри заметил Чо. Девушка стала ещё более красивой и даже несколько томной. Она сделал вид, что не узнала Гарри. Ну и ладно. Прощай, первая влюбленность. Руку под столом ревниво сжали пальцы Гермионы. «Все нормально», - пожал он их в ответ.

После короткой приветственной речи Дамблдора началось распределение. «Неужели каких-то 100 лет назад на табурете под Шляпой сидел я? – усмехнулся Гарри. – И переживал, что не примут в Хогвартс!? Волновался, что письмо было вручено ошибочно?!» Не зря писем было так много, а Хагрид вырывал его у Дурслей зубами! Какими смешными теперь кажутся воспоминания о страхах об исключении со школы за ночную вылазку из Гриффиндорской башни! Каждый год обучения в Хогвартсе приносит новые приключения и переживания. Прошлый, 5-й, курс, был похож на затянувшийся страшный сон. Что же будет в этом году? Начало, во всяком случае, необычное. Гарри покосился на свою руку – кольцо скрывало заклинание невидимости.

– А теперь позвольте вам представить нашего нового преподавателя по защите от темных искусств – профессора Элизабет Смит! – донеся до Гарри голос Дамблдора.

Все с любопытством посмотрели на новую учительницу. Конечно, кошмарнее Амбридж ничего быть не может. Какие сюрпризы преподнесет нам эта дама? Гарри увидел очень красивую, молодую, лет 30, жгучую брюнетку, одетую в элегантную синюю мантию. Почему-то противно-сладко закрутило в животе. Парни вокруг оценивающе покивали. Девушки недовольно сжали губы. Красотка, да и только!

Начался праздничный банкет. Рон, набивая себе рот едой, рассказывал, что летом был в гостях у Чарли и близнецов. Дин и Симус перебивали его своими впечатлениями. Гермиона вежливо слушала Джинни. За слизеринским столом что-то лениво тянул Малфой, а ставшие похожими на качков Крэбб и Гойл угодливо ему кивали, поглощая еду в таком количестве, что следовало бы серьёзно опасаться, что они лопнут.

После ужина все разошлись по спальням. Гермиона, в сопровождении Джинни, Лаванды, Парватти и других девушек исчезла на ступеньках лестницы. Было странно видеть Рона, укладывающегося на свою кровать и не догадывающегося, кто на ней спал летом. Рон продолжал рассказывать о шутках близнецов.

– И потом, после этой дурацкой шоколадной лягушки я чихнул раз 50, честное слово! А они ржали. Мамы на них нет! Кстати, Гарри, а у них с этими продавщицами амор-любовь. Причем по-взрослому!

– Я догадался, - ответил Гарри.

– А мне они ничего не сказали, только дразнили, что «Лонцик есё маленький», представляешь! Ну да, тебе смешно, а мне интересно! Я мельком у них журналы видел! Полный отпад! «Чарующая плоть»! Но они его спрятали и не дали даже разочек полистать! Сказали, что если сильно припечет, то помоги себе сам, дураки да и только!

Гарри вспомнил Дадли и захохотал.

– С ними вообще невозможно разговаривать! – Рон тоже улыбался.

– Знаешь, - прошептал Гарри, - я нечаянно застал своего кузена как раз за этим занятием.

– Серьёзно? – еле выговорил от смеха Рон. – А знаешь, - отсмеявшись, продолжил, - мне близнецы сказали, что многие парни промышляют этим, но боятся. Из-за Пивза. Эта сволочь обожает застукивать за самыми интересными делами!

Гарри уткнулся в подушку, но смех его застрял в горле, едва он подумал об опасности, которой подвергал себя и Гермиону последние два дня, а вернее, ночи. Какой ужас! А если бы этот прибацанный Пивз влетел в спальню и увидел его в объятиях девушки. Точно была бы песенка про Поттера-трахоттера, поэт, блин, Хогвартский! Одно слабое утешение – в спальни Пивз залетает крайне редко.

– А ещё близнецы меня предупредили, что от этого на ладонях образуются мозоли! – страшным шепотом сообщил Рон.

Гарри долго ворочался в поисках удобной позы. Неужели опять бессонница?! Как хорошо спалось рядом с Гермионой! А теперь так не хватает её острых плечиков, худенького, но нежного и даже мягкого тела! И он опять совсем не против испытать то восхитительное чувство полета, гораздо более прекрасное, чем на метле! Но только где же теперь им встречаться? Отказаться от этого – нет, это просто невозможно, тогда уж лучше не начинать! Гарри повернулся на другой бок. К счастью накопившаяся за день усталость дала о себе знать, и он уснул.

Глава 14. Неожиданные успехи

Первый день учебы начался, как обычно, с завтрака и почты. Гермиона получила очередной номер «Ежедневного пророка», в котором, как обычно за последнее время, не было ничего особенного. Гарри поглощал свой завтрак.

– Что-то я не видел тебя вчера в Экспрессе, Поттер, - лениво протянул подошедший Малфой. – И твою грязнокровку тоже. Вас что, привезли на министерских машинах под усиленной охраной авроров?

– Ты так по мне соскучился, Малфой, что со своими верными псами обыскивал поезд? – отпарировал Гарри. – Признаться, польщен!

Гриффиндорцы громко засмеялись.

– Я соскучился по тому, чтобы дать тебе по морде! – процедил Малфой, щеки которого вспыхнули.

– Начни год с того, что со Слизерина снимут 50 очков! – воскликнула Гермиона.

– Ещё одна подружка, Поттер? – ехидно усмехнулся Драко. – А где та, рыжая?

– К нам приближается профессор Макгонагал, а профессор Снейп, твой неизменный защитник, уже ушел. Так что можешь приступать к драке, - тряхнула головой Гермиона. Гарри встал из-за стола.

Малфой испуганно оглянулся. Профессор Макгонагал была далеко, но гриффиндорцы смеялись, поэтому благоразумнее было отступить.

Первым уроком была трансфигурация. Профессор Макгонагал, как обычно строгая и подтянутая, поздравила учеников с началом учебного года, напугала будущими трудными уроками и огромными домашними заданиями, аргументируя это необходимостью хорошо сдать в следующем году НОЧи и найти хорошую работу. Сегодня они должны были изучать, как превратить мышь в котенка.

– Суришатус! – торжественно произнесла Минерва, коснувшись волшебной палочкой серого мышонка. Писк перешел в пронзительное мяуканье – вместо мышонка на подставке сидел серый котенок.