Олеся Осинская - Мир в прорези маски

— Я бы мог, конечно, и полным тюфяком выглядеть, — откровенно ответил Джокер насчет внешности, — но зачем?

Зерно истины в его словах, несомненно, присутствовало… Но если бы он выглядел попроще, я бы сейчас не чувствовала себя такой дурочкой. Мысль о том, что Джокер специально приоделся, чтобы сразить меня наповал — так, как это пыталась сделать я, — даже мне самой показалась абсурдной.

Не переставая болтать и стараясь в разговоре не затрагивать никаких личных тем, мы прошлись по берегу речки Моренки, зашли в пару магазинов и напоследок решили посетить выставку-продажу ювелирных украшений. Там во мне проснулась настоящая женщина — я подолгу стояла возле каждого экспоната и внимательно рассматривала все бирюльки, не в силах отвести глаз. Джокер уже через час после начала осмотра успел прочувствовать все прелести роли «мужа, сопровождающего благоверную за покупками» и чуть не силой перетаскивал меня с места на место.

— Господи, а ведь кому-то еще и жена такая попадется, — не забывал зубоскалить он. — И на дом времени не будет, и разорит еще, чего доброго.

— Я разорю? Это что ж такого разорительного может быть в том, чтобы просто смотреть?

— Ты не просто смотришь, а приглядываешься. А на следующий день женщина берет любимого мужчину с большим кошельком денег, который не может ей ни в чем отказать…

— Кошелек не может отказать?

— Нет, мужчина. Или просто берет кошелек денег без мужчины… и все…

— Богатый опыт? — поддела я.

Джокер только рассмеялся.

Так, не спеша, переговариваясь, мы подошли к концу выставки, и я остолбенела… В последнем зале выставлялось необыкновенной работы колье. Или даже не колье… Изящное кружево из тонких золотых нитей с мелкими капельками-камнями, образующими удивительный рисунок. Судя по размеру, оно должно покрывать плечи, часть спины и большую часть груди. Я завороженно рассматривала каждую мельчайшую деталь. Ювелир, сотворивший это чудо, был не просто мастером своего дела, тут чувствовался редкий Ремесленный Дар, и не исключено, вместе с Даром Художника.

— Хотела бы примерить? — отвлек меня Джокер от созерцания.

— Да такой замарашке, как я, к этому великолепию и дотронуться не дадут, не то что примерить… Его, наверное, как минимум для герцогини делали — а у той в последний момент денег на эту красоту не хватило.

Джокер от души рассмеялся, видимо, представив, как бедная герцогиня отсчитывает последние гроши и обнаруживает, что ей не хватает каких-то пары лейров.

— И если честно, я даже не могу представить себе платье, к которому бы подошло это… это… — запнулась, не зная, как назвать произведение искусства, поскольку на колье оно точно не походило.

— Это ористис. Его автор знаменитый ювелир Омади сделал два подобных для красавицы-жены. И для этого украшения не надо платья. — Джокер нажал на небольшую кнопочку, не замеченную мной, и рядом появилось трехмерное фантомное изображение девушки. — Ористис надевается на тонкую длинную ночную сорочку. Не для высшего общества, а для мужа. Или для любимого мужчины. Второй ористис, по слухам, хранится в королевской сокровищнице.

Я присмотрелась к изображению. Совершенно непримечательную девушку украшение превращало в настоящую языческую богиню. Длинная и широкая белая сорочка скрывала ее тело, но ористис крайне эротично подчеркивал фигуру. Тяжелый металл волной укрывал грудь, а тонкая длинная подвеска из лунного камня спускалась прямо в ложбинку. По спине вдоль позвоночника сбегали два длинных витых шнура с аналогичными подвесками на концах. Один останавливался на талии, подчеркивая впадинку перед ягодицами, второй спускался еще ниже. Да, такое и правда только перед любимым мужчиной надевать. Внезапно мне стало жарко, словно я прилюдно рассматривала эротические картинки, дыхание прервалось. Я быстро облизала пересохшие губы и оторвалась от волнующего зрелища.

Подняла голову и наткнулась на глубокий немигающий взгляд темных глаз.

— Думаю, ты божественно бы в нем выглядела, — хрипло прошептал мужской голос, а в глазах мелькнуло какое-то непонятное чувство… и пропало раньше, чем я успела его зафиксировать. Джокер снова расслабился и весело произнес: — Кстати, ористис продается через неделю на аукционе. Стартовая цена сто тысяч лейров.

Я присвистнула. Наметанным взглядом прошлась по украшению — себестоимость металла и камней едва ли превысит десять. Но цена шедевров искусства меряется совсем не этим. К тому же аукцион поднимет цену вдвое, а то и втрое… Не в этой жизни мне покупать подобные игрушки, которые еще и показать некому.

Я улыбнулась собственным мыслям и потащила вздохнувшего с облегчением мужчину на выход.

ГЛАВА 5

Со следующего дня мы занялись подготовкой к работе. Джокер привел меня в небольшой ресторанчик, где нам выделили комнату для ВИП-персон. Усевшись в глубокие плетеные кресла, мы дождались кофе с закусками и наконец перешли к делу.

Как оказалось, мои скудные сведения Джокеру были практически неинтересны. Он уже успел проработать план самостоятельно. Осталось только утвердить в нем мою роль.

— Тебе должно быть известно, что через две недели во дворце костюмированный бал, — просветил меня Джокер.

— Да, я уже платье заказала. — Поймала удивленный и одновременно одобрительный взгляд.

— О-о-о… А может, ты даже придумала, как попадешь на праздник?

Вот и обломали.

— Пока нет. — И, решив замять тему, торопливо спросила: — А правда, что маскарад дается в честь помолвки принца?

— Кто тебе такую ерунду сказал? Если бы намечалась помолвка, то, несомненно, во дворце давался бы помпезный официальный бал, с кучей специально приглашенных гостей, включая послов соседних держав. Но никак не подобная развлекательная мишура.

Насмешливо приподнятая бровь напарника ясно дала мне понять, что тот думает о моих бесценных сведениях. Поэтому я на всякий случай прикусила язык и решила не лезть с комментариями.

— Не волнуйся. Я дам тебе приглашение. Это не такая большая проблема — далеко не все присутствующие там лица будут столь родовитыми, как им бы того хотелось.

— Правда? Никогда бы не подумала, что безродные могут попасть на королевский бал…

— Малышка, ты так наивна. Почти всегда кто-то из высокопоставленных лиц желает провести какую-нибудь пассию на бал. И уж тем более на маскарад, где никто не станет заглядывать тебе в лицо. А там как обычно. Сначала танцы, а дальше и уединиться где-нибудь можно. Мы, кстати, сделаем точно так же.