Великая Перемена (и другая ложь) - Джо Аберкромби

я действительно был тем безжалостным угнетателем, которым кажусь, — разве вы с ней не болтались бы сейчас на соседних верёвках? — Пайк выдавил улыбку, какую смог. — Всё, что я прошу, — позволить мне доказать.

Ризинау моргнул:

— Я никогда не смел надеяться... что вы можете быть союзником...

— Тогда вы должны научиться надеяться на большее. Я мог бы указать вам на какую-нибудь интересную теорию о перестройке общества для всеобщего блага. Вы читали трактаты Ливонте, основавшего аффойские коммуны?

Ризинау уставился на него во все глаза:

— Я не знал, что сохранилась хоть одна копия!

— Вы должны открыть глаза на возможности. — и Пайк вытащил эти потрепанные книжки из-под своей накидки и подвинул через стол. — Ваши амбиции должны стать безграничными. — Ризинау открыл первый том, жадно листая страницы. — Вы должны прочитать труды Фаранса и Вертурио, даже некоторые отрывки из Бьяловельда.

— Этот сторонник эксплуатации? — спросил Ризинау, подняв глаза.

— Надо знать своего врага. — стул скрипнул по плиткам, Пайк встал и медленно обошел стол. — Недостаточно ненавидеть старую систему или даже разрушить её. Нужно иметь планы на будущее. Как освободить людей, мой друг, сделать всех равными. Если мы хотим сделать мир лучше… — Пайк кивнул в сторону камеры, где он только что разговаривал с рыжеволосой убийцей. — Мы должны дать им что-то, чего можно бояться. — он нежно положил руку на плечо Ризинау. — И мы должны дать им то, во что можно верить.

***

Вальбек, лето 599 г.

Когда вошёл Ризинау, Сибальт сидел на ящике и листал одну из своих любимых нелепых фантазий. Он соскользнул вниз и подошёл с ухмылкой:

— Так-так. Их превосходительство Ризинау.

Ризинау нежно погладил новенькие знаки различия на воротнике:

— Не сможешь представить, как мне больно носить форму угнетателей, — сказал он. — Но если можно заставить её служить делу, я потерплю.

— Мы все приносим жертвы, да? — на мгновение Ризинау подумал, что его старый друг, возможно, немного издевается, и был совсем не рад такой перспективе. — Мне отдать честь?

— Ни в коем случае, брат мой. — и он схватил руку Сибальта, тепло пожал и похлопал его по плечу. — В грядущем мире мы все будем равны!

Хотя, конечно, будут разные роли. Задания, соответствующие талантам каждого. Только тот, чьё зрение достаточно ясное, чтобы видеть звезды, может как навигатор проложить курс в новое будущее для всех.

— Мне сказали, на берег реки вынесло два трупа. — Сибальт выглядел обеспокоенным. — Полностью синие. Скорее всего, их утопили в красильне. — он понизил голос. — Это сделала Судья?

— Я бы совсем не удивился.

— С ней теперь дурная компания. Они называют себя Сжигателями.

— Я в курсе. — её жестокие выходки теперь далеко не так сильно беспокоили Ризинау. Вульгарная сумасшедшая, вряд ли нужно уточнять, немного лучше животного, по правде говоря, но и от животных есть польза.

— Нужно поговорить с Ткачом...

— Поверь мне, брат, он лучше, чем кто-либо другой, понимает, что нужно для нашей Великой Перемены. Кроме, разумеется, самого Ризинау, видевшего путь к свободе так ясно, как будто он уже прошёл его. — Люди должны во что-то верить. — и он скромно коснулся своей груди. — Но они также должны чего-то бояться. Кроме того, грустно это говорить, но Ткач оставил нас. Он будет помогать нам издалека, где сможет, но попросил, чтобы с этого момента… — и Ризинау хихикнул. Как будто это было пустяком. Как будто это не было его самым заветным желанием на протяжении многих лет. — Чтобы теперь я использовал это имя.

— Ты?

— Кто же ещё? — он нахмурился, глядя на Сибальта. — Разве не я вдохновляю людей своими речами? Разве наши ряды не растут?

— Да, но…

— Забудь о Судье, — сказал Ризинау, пытаясь сдержать нетерпение. — Забудь о Вальбеке. У меня для тебя есть грандиозная цель. Пришло время распространить послание Ломателей шире. До Колона, Хольстгорма. Даже в Адую. Вот где люди больше всего нуждаются в тебе, мой друг. — он сжал плечо Сибальта. — Самая мощная рука нашего движения. Наша самая надежная опора! Ты сделаешь доброе дело в тылу нашего врага. — Сибальт выглядел обеспокоенным:

— Адуя? Разве это не огромный риск...

— Мы не принесем Великую Перемену без риска, мой друг. — и он повёл Сибальта к двери. — Я был эгоистом. Я держал тебя здесь слишком долго. — и он становился слишком популярным. Его прямолинейное добродушие, которое изначально понравилось Ризинау, привлекло и других людей. В последнее время Ризинау казалось, что этому человеку стали хлопать куда громче, чем на прежних собраниях.

— Возьми с собой брата Мура и сестру Гриз. Они знают город. Без сомнений, с твоим терпением и заботливостью ты приведешь к нам много единомышленников...

***

Где-то в Трёх Фермах, осень 604

Сибальт сидел, закинув ноги на стол, и читал книгу. Или делал вид, что читает. В основном он смотрел поверх неё на Вик, которая стояла у окна, скрестив руки, и хмуро глядела на улицу.

Почему-то он не мог оторвать от