Как вылететь из Академии за...

Мне кажется, что она задыхалась. Она напугана, и почему-то среди теней она показалась мне почти живой, почти настоящей.

- Эй, - позвал я, а она подняла голову и застыла на месте. - Иди сюда! Давай сюда руку!

Она боязно спрятала руку за спину, а мимо нее, словно огибая камни струилась река теней. Такое чувство, что еще немного и река поглотит ее, она захлебнется в этом сумраке.

- Руку сюда! Быстро! - приказал я, глядя, как исчезает ее островок.

Она боялась. Боялась их, и боялась меня.

Я опустился вниз, больно дернул ее за руку, видя ее изумленные глаза, а потом почувствовал ее тяжесть. Живая река не хотела отпускать ее, превращаясь в какое-то болото. Я впервые в жизни видел такое. Тысячи мотыльков мелькали перед глазами. Они были бледными и безжизненными, как моль, а я отмахивался от них, как от наваждения. Девочка тянула меня вниз и в любой момент я мог разжать руку, но мысль о том, что больше никогда ее не увижу, и даже не узнаю ее имени, заставила меня дернуть ее изо всех сил вверх. Мотыльки летели на свет, а я прорвался сквозь них, чувствуя, как яркий луч бьет мне в глаза.

Очнулся я уже в палате. Родители были ещё здесь, а в руке у меня был зажат маленький светящийся комочек.

- Молодец сын! Не пальцем деланный! - гордо произнес отец. -Может, из тебя и будет прок.

- Папа шутит! - возмутилась мама, глядя с укором на тень отца. - Я тебе когда-нибудь расскажу, как мы познакомились! И пусть ему будет стыдно!

- Я был там, - я растерянно смотрел на свои руки и видел светящийся шарик. Маленький такой, а в нем, словно вращалась маленькая вселенная.

- Папа тоже много где был, - мама покосилась на папу. - Особенно после того, как рявкнул: “Ты будешь моей!”, взвалил меня на плечо и поволок куда-то.

- Я же должен был как-то привлечь твое внимание? - отец посмотрел на маму, которая надула губы. - Была бы не согласна - сопротивлялась бы сильнее, и бежала бы не так медленно. Хм! И не оглядывалась бы! Шарик положи девочке на грудь.

Я осторожно положил его, глядя, как из него вырывается луч света. Девушка вздрогнула, но глаза не открыла, а от неё ко мне тянулась почти не видимая, серебряная нить.

- Поздравляю, сынок! - довольным голосом произнес отец, обнимая маму так, что мне показалось у нее хрустнут ребра. -Ну теперь мы можем быть спокойны! Империя в надежных руках.

Он помолчал, глядя на маму, которая с улыбкой любовалась нитью.

- Но не в твоих! - добавил отец, рассмеявшись таким смехом, от которого у половины Империи случался сердечный приступ. - Ну, все, мы пошли! Наверстывать упущенное!

Папа закинул маму на плечо, повернулся спиной, мама спокойно развела руками, улыбаясь и … Они исчезли.