Плетеный человек - Антон Чернов

под прицелами всякого стреляющего как подъезд, так и дом в целом.

Вот сказал бы, что тупни — а не скажу. Десятка из орков, эльфов, человеков и каких-то непонятных металюдей (всё же трос — не самое лучшее наблюдательное оборудование) очень грамотно построились. Только не против стреляющего врага. А против коллективного, быстрого, но не стреляющего. Ну, по крайней мере, так выходило на глаз.

И дом, точнее подъезд, очень плотно держат под прицелом. И крышу тоже — а то была у меня задумка поиграть в Кащея-Паука. Но, похоже, не вариант.

Только ребятушки, очевидно, повторяют мою ошибку: по сторонам-то изредка то один, то второй зыркает, но наблюдения не ведут, сосредоточившись на подъезде. А значит, сделаем этим сволочам сюрприз, заключил я. И вышел в окно, на противоположную сторону здания.

Постоял секунду, бегло прикинул. Всё же идиотом я не был, ну и реакция меллорнских… То есть, казлы они в любом случае — раз заговорили, то должны были хотя бы ПРОВЕРИТЬ, а не сходу стрелять.

Но учитывая место… в общем, убивать их смертью не за что, наверное. Но пнуть от души, чтоб думали сначала, а не стреляли, как психи и бандиты — надо.

Или вообще послать этих стрелков? Да нет, фигушки! Мне информация нужна, и пусть решил я их не убивать, но пнуть хочется. Оправданно и за дело, между прочим!

Так что выдвинулся я аккуратно к краю дома. Оглядываясь, а то если мне в башку ЕЩЁ откуда выстрелит — будет беда. Всем, совсем и вообще!

Но суицидальных стрелков не обнаружилось, а трос, запущенный по мёртвой траве, для осмотра, показал все ту же компанию, фактически в том же месте, где я их и видел в первый раз. Стрелялами водят, насторожены, но хрен им это поможет.

Трава хоть и жухлая, мёртвая, но тросы скроет. До меллорнских я, из безопасности притом, тросы дотяну. Ну и обезврежу. А потом попинаю скотов, поговорю, да и решу, что делать.

После чего я сформировал “на всю руку” тросы, аккуратно пустив их по земле. Наблюдательный трос, конечно, давал довольно неважную картину, но для примерной ориентации хватало.

А меллорнские, тем временем, начали вести диалог:

— Что это за нежить?!! — проревел явный орк. — Первый раз такую вижу! Оборотник?

— Гош, я вообще не думаю, что это нежить, — несколько растерянно прозвучал женский, довольно писклявый голос. — Я в него точно попала. Рунным патроном! — веско дополнила эта неведомая сволочь в юбке, хоть и в брюках.

— И чо? Хотя да, он же выжил… — задумался орк. — Нечисть?

— Не знаю я! — взорвалась девчонка. — Всё ты: “стреляй-стреляй”!

— Он в доме был, значит — нежить, — привёл “неопровержимый” аргумент орчина. — И сбежал уже походу, надо Игоревичу доложить. Раньше оборотники так не умели. И рунные патроны на них работали, — продемонстрировал громоподобным басом отсутствие разума этот тип.

Ну а пока эти типы водили стволами, да вели идиотские разговоры, я подвёл трос к их ногам. Не до конца, конечно, но довольно близко. И стал прикидывать, а “дури”-то у меня на этот десяток хватит?

Просто убить — почти гарантированно хватит. Но убивать “просто” не хочется. Не факт, что и вообще стоит. А вот иммобилизовать… У первых бандитов, встреченных мной, были амулеты. Очевидно, из Меллорна, и мне эти амулеты препятствовали.

А эти типы из Меллорна. С другой стороны — амулеты не обжигали или как-то вредили, а именно “не пускали”. Причём продавливаемо. Так, рискну, благо убивать не собираюсь. Если что — рвану бегом до байка, и хрен догонят.

Примерился, подготовился, слегка отряхнулся (грязный был, как чёрт, с этими стрелками свинскими!). Подумал, да и сотворил из тросов стальную корону на лысине. Стильно, модно, кащеисто.

И охватил десяток ног, вздёргивая меллорнских вставшими дыбом тросами. Параллельно вырывая стреляла из рук.

И в целом — получилось. Но траты энергии были людоедские, более того, я мало того, что не мог коснуться захваченных. Так ещё и поле вокруг них доставляло тросам дискомфорт, как крапива. Не нестерпимо и травматично, а очень неприятно.

При этом, не будь я фактически обожравшимся душевностью — чёрт бы я что с этой десяткой сделал, оценил я. Отделил от себя тросы — вблизи они всё равно оставались “мной”, да и вышел прогулочным шагом из-за угла дома.

Меллорнские, за ноги подвешенные, дёргались, ругались словами нехорошими, обильно посыпали содержимым карманов и подсумков округу. Ну и я, посверкивая короной, топал с мечтательным видом к ним. Присматривая, чтоб руками не махали — а то стреляла выбил, но может в карманах что-нибудь подлое.

Кстати, непонятные метаталюди оказались… ну гоблинами, наверное. Невысокие, плотные, похожи на гномов, как я их видел, но чуть повыше и не такие монструозно-широкие. А главное, не с “зелёным отливом”, а ярко, можно сказать ядовито зелёные. Девчонка-снайпер, вдобавок, с рыжими, практически красными волосами и синими глазищами. Симпатичная, довольно отстранённо оценил я. Нос, кстати, был не длинный и горбатый, а курносый такой, хоть и немаленький.

Вот только она мне в бошку стреляла, паразитка! И вообще, сволочи они!

Тем временем, мат на всё вокруг, ну и на “трахнутые железные тентакли”, обратился на мою персону, что я, как и положено приличному Кащею, проигнорировал. Любуясь природами (гадость, а не природы, но вид делал).

— Ты кто такой?!! — наконец, проревел орк, прервав поток мата.

— Замечательный вопрос, — похлопал я в ладоши. — Только… я на него ответил! Перед тем, как вы, бандиты поганые, стали меня убивать, — широко улыбнулся я.

— Мы не бандиты! — прорычал орк.

— Разбойники, гопники или тати — мне не интересно, — отмахнулся я. — Нет, я понимаю, что место нашей встречи, — обвёл я руками округу, — подозрительное. Но, не будь вы бандитами — вы бы хотя бы ПРОВЕРИЛИ, прежде чем начать стрелять!

— Мы… проверили, — пропищала гоблинша.

— Угу. Есть такой анекдот, хороший и добрый. Там мужику кол осиновый в грудь вогнали. Он и помер. А значит — вампир, — ехидно озвучил я.

Несколько из подвешенных явно с анекдотом были знакомы. А вот орчина не менее явно — нет. Протянул свою лапу и невежливо тыкая в меня, обвиняюще заявил:

— Ты не помер!

— Значит — не вампир, — подытожил я, стараясь не заржать.

— Э-э-э… Ты кто такой?!!

— Ничему эти свиноё…трахи не учатся, — сообщил я