Как спасти детей и фигуру (СИ) - Белильщикова Елена

   В другой ситуации я вспомнила бы, как в пять лет примеряла мамины туфли на шпильке, и посмеялась бы. Но сейчас на нас косились гости, а в голове мелькали мысли, что маленькое чудовище может заговорить с местными о земном детдоме.

   – Я не буду сидеть под замком! – Аленка топнула ножкой. – Прячете меня, а может, я так встречу принца!

   – И он тебя испугается, – прошипела я, уволакивая девчонку из зала.

   Она извивалась, упиралась и, казалось, вот-вот завизжит, как трехлетка, которую утягивают от ларька с мороженым. Когда мы оказались в коридоре, Аленка и вовсе проехалась в своих башмачках, как на коньках.

   Вздохнув, я стала напротив и уперла руки в бока. Прическа немного растрепалась, и на глаза упала темно-каштановая прядь. Я сдула ее, недовольно глядя на Аленку.

   Она уперлась не хуже меня. Сжала ручки в кулаки и задрала голову, отвечая дерзким взглядом.

   – Неправда! Я буду красивой, и меня полюбят! Даже из детдома всегда забирали тех, кто помладше и у кого мордашка посмазливее! – криво накрашенные губы дрогнули.

   – Значит, сейчас пойдешь и умоешь свою мордашку! Потому что ее не видно под всей этой дрянью! И вообще, бал для взрослых! – я сцапала Аленку за плечи, толкая в нужном направлении.

   – Я тоже взрослая! – надулась она.

   – Марш отсюда! И если сунешься в зал, я скормлю тебя монстрам в подземелье! – гаркнула я.

   Аленка шумно вздохнула, но все-таки послушалась. Она направилась прочь, только недовольно застучали башмачки по мраморному полу. За моей спиной тем временем бесшумно появился Дамиан.

   – Обязательно быть такой грозной? – вздохнул он.

   Я смерила его внимательным взглядом.

   «Его Кассия наверняка планировала десяток детишек, да? Как любая уважающая себя средневековая дамочка, думающая только о колыбельках и вышивке!» – ревность снова обожгла ядом. Я глубоко вздохнула, чтобы не набрасываться с бухты-барахты.

   – Во-первых, она могла начать вещать про смартфоны и соцсети. А во-вторых, терпеть не могу детей. И почему они не могут лезть к Элеоноре, а не ко мне?

   – Чувствуют твое доброе сердце? – лукаво усмехнулся Дамиан. – Говорят, дети и животные не ошибаются.

   – Тогда пусть ко мне лучше лезут котятки, – фыркнула я, вздернув нос.

   Если бы я только знала, с каким зверьем столкнусь вскоре, то предпочла бы разместить два приюта Элеоноры в своих покоях. Даже три! Но пока Дамиан взял меня под руку, чтобы вернуть обратно в зал, и мы продолжили танцевать вместе с гостями в ожидании пира и выступлений.

   На пиру мне стало дурно. От одного вида блюд, расставленных на столе в рядочек. Привет, гастрит, давление и сердце в сорок лет! Все блестело и переливалось от жира: жареные поросята, гуси в яблоках и сморщенные колбаски. Никаких там легоньких салатиков и милых канапе! И десерты соответствующие: сумасшествие крема, никаких фруктов.

   – Что такое? – Дамиан взволнованно посмотрел мне в лицо. – Тебе нехорошо? Может, это последствия яда?

   – Вряд ли, – буркнула я.

   К нам подбежал молоденький мальчишка-слуга, готовый наложить яства в тарелки. Я помотала головой.

   – Давай позовем целителя? – продолжил переживать Дамиан.

   Видно, я совсем уж посерела при виде того, как одна дамочка – четыре меня в обхвате – отломила сочащуюся жиром гусиную ножку и с наслаждением впилась в нее зубами.

   – Для этих всех позови, – мрачно предложила я. – Они же себя угробят таким питанием.

   – Потому дамы и затягиваются в корсеты. И фигуру хочется, и еды вкусной. А всякие шарлатаны на этом наживаются. Предлагают какие-нибудь порошки из лягушачьих лапок… или еще что похуже, – Дамиан слегка поморщился, едва пригубив из кубка, украшенного маленькими самоцветами. – Яды в малых дозах, например. Месяц назад одна придворная дама неделю промучилась после такого…

   Молчание получилось таким выразительным, что я не сразу решилась спросить:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

   – И вылечилась?               

   – И отмучилась, – мрачно ответил Дамиан.

   – Но так же нельзя!

   – А мы что можем сделать? Всем женщинам хочется быть красивыми. Этого не изменить.

   – Значит, будем менять методы! – я хлопнула ладонью по длинному столу, во главе которого мы сидели.

   На меня посмотрело несколько человек, сидящих дальше. Пришлось быстренько изобразить улыбку.

   – Издадим указ не есть после шести? – усмехнулся Дамиан, покрутив в руках кубок.

   – Лавку открою! – запальчиво выкрикнула я. – С чаями для похудения! И буду учить правильно питаться. Чтобы полезные вещества и сбалансированное БЖУ, а не эта дрянь!

   Я решительно отодвинула от себя еще пустую тарелку, изящно расписанную золотом по окаемке. В общем, совершенно забыла обо всех правилах, которые мне рассказывала Элеонора.

   Сидящий недалеко от нас лысоватый и кругловатый мужчинка заволновался:

   – Ваше Величество, не понравились яства? Так выгоните повара взашей! Хотя, как по мне, соус просто пальчики оближешь!

   Он погладил пивной животик, отправляя в рот кусочек картошки в желтом жирном соусе. Точнее, несколько столовых ложек соуса, каким-то чудом держащихся на крохотном ломтике.

   – Точно открою лавку, – мрачно пробормотала я, зажмуриваясь.

   Дамиан наклонился к моему уху. Прядку возле лица шевельнуло горячее, почти обжигающее дыхание. По коже пробежали мурашки. И от близости Дамиана, и от властного голоса:

   – Не вздумай. Императрице лучше находиться во дворце под охраной, а не разгуливать по городу, договариваться с торговцами и принимать покупателей.

   – Ты же сам говорил, Кассия была на короткой ноге с простолюдинами! – прошипела я, стараясь, чтобы никто лишний не услышал.

   – И посмотри, к чему это привело, – глухо сказал Дамиан и быстро отвел взгляд, пытаясь скрыть горечь. – Пойду посмотрю, как там подготовка у артистов. Не хочу, чтобы что-то сорвалось.

   Выступление артистов решили устроить в том же зале, просто в отдалении от стола. Видимо, чтобы утяжеленные роскошными яствами гости не тащились по дворцу в другую комнату.

   «Тронный зал более защищен, чем это место», – промелькнула непрошенная мысль.

   Я тряхнула головой. Скоро стану таким же параноиком, как Дамиан! Он, к слову, как раз вернулся в зал. Мы вместе с другими гостями стали вокруг небольшой сцены, выстроенной как раз к сегодняшнему дню.

   Вскоре на нее поднялся смуглый мужчина в ярком костюме. Он поставил на деревянный помост большую плетенную корзину, а потом взмахнул рукой. В воздухе замерцали золотистые магические искорки. Словно из них, послышалась тягучая и завораживающая мелодия.

   Крышка корзины поднялась сама собой, отлетая в сторону. А изнутри показались головы двух огромных змей. Извиваясь, они начали подниматься над корзиной. А мужчина стал танцевать под музыку.

   Стройный и гибкий, он сам напоминал змея. Даже на секунду показалось, что глаза сверкнули хищным золотом, а зрачки вытянулись в черточки. Я на миг зажмурилась, отгоняя наваждение.

   Мужчина легко закружился, раскинув руки. Он наклонился к корзине, и змеи сами скользнули на мускулистые плечи. Извиваясь, раскачиваясь в такт, они присоединились к танцу. А музыка стала ускоряться. Мужчина завертелся на месте, ловко переступая босыми ногами, изгибаясь всем телом, как огонек свечи. Быстрее, быстрее, быстрее.

   Никто и не поймал момент, когда он резко подался вперед, к самому краю сцены. Я едва успела ухватить взглядом, как мужчина рывком выставляет вперед руки. Змеи соскользнули с них, спрыгивая прямиком к толпе гостей. А он сам сложил ладони, как ныряльщик, соскакивая с помоста… преображаясь в полете так же, как и его питомцы.

   На пол приземлились уже наги. Одинаково высокие и крепкие мужчины с мощными чешуйчатыми хвостами вместо ног. У каждого на поясе оказалась сабля. Наги выхватили их синхронно, как танцоры.