Кукольный домик (СИ) - Конопляник Станислав

— Давай колись, я всё равно узнаю, — усмехнулся я.

— Курт был, потом Зенёк, с Валькрой развлекалась, Нинтр, потом снова Курт, потом Майклсон, потом Ник, потом снова Курт, — в голосе чувствовалась вина. — Но они ничего не поняли, думали это сон.

Все здесь живущие, кроме эльфов.

— Ну то есть ты перетрахала весь Замок Древней, — расхохотался я. — Ладно, я никому не скажу.

— Мне ограничат доступ к этой опции?

— Нет, — пожал я плечами. — Это твои личные дела.

— У-у, я тебя обожаю, — запрыгала Сильфида от радости.

А у меня просто другого выбора не было. Угораздило же мне в стражи древней и могучей крепости с собственным магическим источником взять лесную нимфу.

Мы говорили с Сильфидой о всяком до самого утра. Она смеялась, рассказывая те отрывки, которые помнила. Потом она рассказала про то, что называется «вербовка». Прилетели «большие кузнечики» на космическом корабле и принялись допытывать, кто согласен на них работать. Брали тех, кому скучно было, обычно легко находя желающих. Дальше она не помнила уже, даже урывками, но судьбу её можно было предположить: модуль искусственного интеллекта, монтируемый в самые различные устройства. А по сути живое существо.

Утром я одну часть подремал, не раздеваясь, когда смолкли мысленные возгласы Марьяны, и немного разбитый, зевая, я пошёл выяснять свои вопросы к Эльстану. Прошлая беседа как-то не задалась и после перерыва я решил взять реванш.

Уже представляя, что мне предстоит, я впадал в уныние. Разговаривать с эльфом медленно и вальяжно для меня было сложно, но переступать через себя — тоже навык. В прошлый раз я его, как мне показалось, расстроил своим поведением. В этот раз я обещал себе быть сдержанным, но совершенно не был уверен, что у меня получится.

На пути к его дому я почуял странное — в Аннуриене за ночь кого-то не стало.

Я замер.

Мимо меня, поздоровавшись, прошла какая-то женщина, но я её даже не заметил, не кивнул в ответ. Мысленно я гулял от одного деревянного домика к другому, пытаясь уже сознательно определить пропажу. Первым делом я проверил Марьяну — на месте и жива, в отключке либо просто спит. Дальше стал перебирать остальных, и лишь в конце, убедившись, что вся деревня на месте, проверил хутор — Микеля нет.

Перейдя на лёгкий бег, я побежал за пределы деревни, спустился немного с холма в сторону леса, где стояло четыре бревенчатых сруба. Свежие следы на снегу указывали чёткое направление в сторону дороги, и я был уверен, что дальше они вели прочь из Аннуриена.

Когда деревню покидает обычный житель — волноваться не стоит. Он словно песчинка, брошенная со склона горы — вероятность вызвать последствия минимальны. Микель же песчинкой не был. Скорее небольшой камушек. И этот камушек был недоброжелательно ко мне настроен.

Дома оказались не заперты, у них просто не предусматривались запоры или замки. Я вошёл в один, тут же оказался среди алхимических приспособлений и перегонных кубов — металлических и стеклянных. Где он их достал? Я нигде в округе не видел мастерской стеклодува. Явно дальше Грувааля.

Второй дом был чистым, опрятным и пустым. Шкафчики с посудой, аккуратно сложенной стопочками. Белоснежная раковина. Вымытый до блеска пол. Стол без единой крошки. В хлебнице сухари, рядом вяленое мясо, засушенное до состояния камня. Он специально это оставил — собирается вернуться. В комнате у него была заправленная кровать, в другой аккуратно на столе разложенные рубашки, штаны, портянки и носки. Камин представлял странное устройство с тремя воронками и колбой. Я не очень разбирался в алхимии, но тут можно было догадаться, что Микель Эдамотт придумал способ топить камин магией.

Третий дом был помойкой. На полу какая-то липкая гадость, стены заляпаны реагентами, кругом ящики и дощечки с кусочками угля. Всё в абсолютном беспорядке. Одно окно было разбито, в углу следы сажи, потолок жёлто-зелёного цвета. В углу сидит паук, похожий на того, что сплёл свою паутину у меня в башне, только раза в два больше и ещё чернее. Всё это приправлено сверху стойкой вонью испорченной магии.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Четвёртый дом был пуст. Кухня вся разобрана. В комнате коробки с реагентами: сушёные травы, коренья, камни, бутоны цветов, лапки и когти разных животных. Кроме прочего были здесь масла и жидкости разных цветов — целая коллекция. Элементы стихий, да ещё тьма, и редкие для алхимии элементы хаоса и астрала.

У меня даже желание появилось заняться алхимией и что-нибудь из этого смастерить. Эх, было бы времени побольше!

В последней осмотренной комнате я нашёл платяной шкаф с книгами. Довольно много книг, некоторые повторяющиеся. Ощущение, что алхимик сгрёб к себе всю литературу со всей деревни. Была здесь и Дуалистическая Теория Творения. Я открыл её, полистал. Да, такая же, как моя, только без комментариев.

Свалив часть понравившихся по названию книг в сумку-мир, я решил «одолжить» их, пока Микель не вернётся, и вышел из дома, направляясь, наконец, к Эльстану — ноги к дому Эльстана особенно не торопились.

«Ай, блять, всё кончено, здохну так здохну,» — подумал я вначале, что это мои собственные мысли от необходимости разговора с заносчивым эльфом, но мысли продолжились, «брехня это всё про Гарри», — раздалось в голове с довольно чёткой астральной меткой, которая принялась на глазах таять.

— Я когда-нибудь дойду до этого ушастого белоснежки? Или я буду заниматься всем, только не тем, чем надо? — сквозь зубы поругался я, ставя портал.

— Сеамни —

Гарри пришёл в заклинательную задумчивый и с кровью на лице.

Сеамни же стояла рядом с горшком, в котором пророс в палец длиной побег и уже распустил листик, хотя кругом была зима. Эльфийка была очень горда собой.

— Молодец, — похвалил её Гарри.

Сеамни мялась с ноги на ногу, не зная, говорить ли ей вообще что-либо или просто молча принять похвалу.

— Я с кем-то общалась, — наконец решилась она. — Я попросила вначале семечку. Это просто, там простые примитивные структуры, я их составляла и дальше слушала ответ.

Гарри кивнул.

— А потом я попыталась попросить время.

— Как? — насторожился маг.

— Как… Очень похоже на мои видения, все те же эмоции. Они странные, этому нет слов ни у кого из аэльев.

— Уверен, что есть, просто мы их не знаем. И оно ответило?

— Не сразу, — смутилась эльфийка. — Я пробовала по-разному, но отозвалось время только на очень странное.

Она взяла палочку и на пыльном полу принялась рисовать фигуры.

— Это просто форма. Астральная посылка, и всё, — кивнул маг, рассматривая символы. — В этом нет ничего странного, только тут не хватает «адреса».

— Это всё. Больше ничего не было.

Сеамни закрыла глаза, представляя всё, и, дойдя до конца цепочки, вдруг поняла, что было ещё что-то. Едва уловимое.

— Был символ, вот такой, — нарисовала она галочку, а через угол ещё одну палку и справа точку.

— Хм, — это составной, порядок-хаос, только его в такой комбинации не… — маг замер. — Хотя, я ж не знаю про предсказания ничего.

— Не говори так, ты врёшь, — строго заявила Сеамни.

— Ладно, я знаю чуть больше, чем ничего, — улыбнулся Гарри в ответ.

Эльфийка всё хотела сказать ему, что он изменился, что он странный, замкнутый, что она за него переживает, что на него полагается Леголас, что весь Аннуриен от него зависит, и что в своей мудрости он просто обязан сохранить разум, но сказала совсем иное:

— У тебя кровь на лице.

— Да? — удивился Гарри и потрогал запёкшуюся кровь на щеке и под глазом, а после застыл со стеклянными глазами, пугающе долго стоял, глядя сквозь эльфийку. Лишь спустя три вздоха он ожил, снова улыбнулся своей ничего не значащей улыбкой. — Спасибо, Сеамни. У тебя хорошо получается, и твоими успехами интересуется Эльстан, но я тебя к нему пускать не хочу — переживаю за тебя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«А я за тебя», — кивнула вместо слов Сеамни с надеждой на то, что он и так всё понял.

Гарри умный, он догадается.