На Изнанке (СИ) - Куликов Даниил

— Держите! — Петер просунул в бойницу штуцер. — Не дайте ему загрызть Фёдора! Так он нас всех перебьёт!

Я взял штуцер, прижал приклад к плечу, кое-как навёл на бегущую тварь и нажал. Бумкнуло так, что если бы я не стоял прижавшись к стене меня бы опрокинуло. В плечо ударило так, что оно онемело. Однако Пёс моментально сменил направление.

Сунув обратно оружие Майеру я перезарядил пистолет и чувствуя, что уже могу шевелиться бросился к лежащему геомагу. Пёс снова начал двигаться рывками. Я рывками сокращая дистанцию стрелял на бегу заставляя того скакать как заяц.

Кряхтя и матерясь геомаг стал подниматься.

— Сейчас Константин… — пробормотал он. — Дай мне три секунды и я его по земле размажу.

БАХ! — донёсся гулкий выстрел.

Из-за стены выбрался хромая Майер. Герр Петер выглядел целеустремлённым как ангел смерти и неумолимым как немецкий танк.

БАХ! БАХ! БАХ! — он умудрялся медленно шагать после пары шагов перезаряжать своё оружие и тут же палить. Германия наступает.

Фёдор Иванович вскинул руки и создал пару печатей, после чего в Пса стали лететь осколки камня со скоростью пулемёта. Пёс вдруг крутанулся, и побежал по дуге уходя от выстрелов, а из его пасти повалил самый настоящий дым, который шлейфом стелился за ним.

— Он прячется! — крикнул немец.

— Ну долго не может, — зло ухмыльнулся геомаг. — Я этот дым сейчас весь проутюжу. О, к ловушке бежит!

Дымом между тем заволокло всё поле и не было видно, куда делся зверь. Фёдор продолжал стрелять своими камнями как из пулемёта, стреляя по дымке наугад.

Наконец не выдержал, и жахнул особо крупным валуном размером с небольшое кресло. От удара задрожала земля, а ударной волной начало сдувать дымовую завесу.

Дым рассеялся и стал виден лежащий на краю одной из ям силуэт Пса.

— Добегался родимый, — злобно ухмыльнулся геомаг.

— Не двигается, — кивнул подошедший рядом Майер. — Ранен? Умер?

— Дайте мне ваше ружьё герр Майер, — сказал я. — Я схожу посмотрю.

Майер кивнул отдавая мне оружие.

Я медленно зашагал в сторону пса. Он артобстрела все ямы лишились покрытия и зияли голодными пастями. Я медленно шёл к лежащему Псу подозревая, что что-то не так. Выстрелить в него? Нет, патрон в стволе всего один.

Подойдя к трупу я ткнул его дулом. Труп дернулся чрезвычайно легко, и в следующий момент я всё понял — это не был труп — это была сброшенная кожа.

В тот же миг огромное тело взвилось из ямы и схватило меня за ногу и мы оба полетели вниз. Ружьё упав осталось наверху. Упав я ударился сначала ногами, а потом и всем телом. Больно. Очень больно. Два огромных глаза смотрели прямо на меня. Огромная пасть полная клыков открылась. Страха не было. Была боль.

Я равнодушно вытащил пистолет и выстрелил в упор. Затем ещё раз и ещё раз. Земля под нами начал подниматься. Вот мы оказались на поверхности. Рядом что-то говорил Фёдор, что-то говорил Майер, я просто ничего не слышал. Вот Майер достал свой клинок и всадил в шевелящееся тело пса. Клинок полыхнул вспышкой.

Наконец-то. Я блаженно закрыл глаза. Можно поспать…

Проснувшись я сел на кровати. Что со мной, где я? Так, что вообще произошло? А, помню как с нами чуть не разделался Вожак Адских Гончих. Хитрая и сильная тварь. Да… Если бы мы пошли бы вдвоём с Майером, то там бы и остались. В виде трупов. Вот эта собачка… Хитра и расчётлива, лазает по стенам и деревьям как кошка, писает кипятком химического происхождения, дышит дымом, чтобы прятаться (возможно ядовитым) и как рептилия может сбрасывать шкуру, чтобы сделать из неё приманку. Жуть… Чтобы я ещё раз пошёл на кого-то из этой троицы…

Так… Последнее что я помню, как этот Пёс, будь он не ладен сбросил меня с собой в яму, я ударился так, что мама не горюй, потерял штуцер, но мне повезло и пистолет остался при мне, после чего я просто стрелял в него в упор. Несколько выстрелов такими снарядами должны были контузить и оглушить его. После Фёдор поднял нас вместе с этим жутким зверем и добил его ритуальным клинком. Значит зеркало духов готово. Хорошо. А я просто отключился.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Судя по тому, что я лежу в кровати на чистых простынях меня принесли в деревню. На голове повязка, на руках, пояснице и груди тоже несколько повязок. Сильно меня отделала это собачка, очень сильно. Рядом с кроватью стоит капельница из которой мне в кровь поступает питательный раствор. Неплохо. Сколько я здесь уже лежу? Нужно быстрее бежать к Майеру, пускай показывает что смог сделать. След Милославской я потерял, Арзет — тоже. Берг-Дичевской условно нашёл, но по рассказам Майера там куча рукавов-речушек и неизвестно, куда Анна могла свернуть.

Одежда лежала тут же постиранная и отглаженная. Трусы на мне. Слава богу сухие и чистые — о встречи с той образиной было впору обделаться. Только как быть с капельницей? Я аккуратно одел свои штаны, носки, потом майку и стал натягивать рубашку.

— Проснулся Константин? — в дверях показалась Елена Максимовна. — Ну и слава богу. Подожди, сейчас капельницу выдерну.

— Уф, спасибо, — кивнул я. — Что произошло Елена Максимовна?

— Ну… — картинно задумалась целительница. — Ты получал пилюли, порошки, уколы, таблетки, но не смотря на все усилия врачей — выжил.

Я расхохотался вёсёлой шутке, целительница посмеялась вместе со мной.

— Несколько трещин в костях, сильный ушиб мышечных тканей и сотрясение. — сказала она. — Очень хорошо, что ты сделал что-то вроде «железного панциря», поэтому и повреждения были не такие страшные. Судя по активности клеток Лебена восстановление шло очень хорошо, правда пришлось тебя усыпить, чтобы ты не сорвался с места.

Нехорошее предчувствие шевельнулось в груди.

— Сколько я спал? — спросил я.

— Трое суток, — ответила целительница.

— Трое суток?! — я аж подскочил. — Зачем?!

— Чтобы организм окреп и восстановился. — пожала плечами целительница. — Хотя ходить уже можно сейчас, до полной реабилитации тебе ещё нужна неделя. Если бы я тебя не усыпила, то ты бы подскочил на следующий день и всё лечение пошло бы прахом.

Я только выдохнул — как не крути, а она права.

— Спасибо, — только и кивнул я. — Елена Максимовна, что я вам должен за помощь?

— Эти двое дураков уже расплатились, — кивнула она. — Сами целые пришли, а тебя приволокли вместе с трофеями. Обоих бы убила. Что Федя осёл, что Петька. Вроде и взрослые мужики, но ума нет у обоих. Обоих бы и убила.

— Какой ещё Петька? — не понял я.

— Да Майер, — отмахнулась Елена. — По-нашему он всё одно Пётр. Что Петя — решил себе игрушек достать, чернокнижник недоделанный, что Федя — поразвлечься хотел. Хорошо хоть тоже полезли в огонь каштаны таскать.

— Спасибо, — кивнул я. — Я обязательно отблагодарю вас чуть позже.

В ответ на мои слова женщина рассмеялась:

— Давно молодые люди не говорили мне таких вещей.

Я покраснел поняв двусмысленность ситуации.

— Я не это имел ввиду, — ещё больше покраснел я.

— Да я поняла. — улыбнулась та. — Или подожди, ты хочешь сказать, что я уже старая и неинтересная?

Я покраснел ещё больше. Гхм… Ни в коем случае нельзя говорить женщине, что она старая. А тем более, если она не старая. А Елена старше меня всего лет на десять, или меньше. Но кхм… Поняв, что она банально дурачится я краснея как рак, предпочёл сбивчиво что-то ответить и ретироваться.

Фух… давно меня дамы не тролили. Даже забыл, каково это. Всё — теперь прямиком к Майеру.

В его лаборатории я оказался в мгновение ока. Выглядел он донельзя довольным — как кот, сожравший сметаны.

— Вижу вы просто светитесь от счастья, — решил дать возможность ему похвастаться сказал я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Так и есть, — ответил немец. — Это были очень хорошие экземпляры Константин. Очень хорошие, которые дали хорошие результаты. Плюс ваш совет пришёлся очень кстати — я вернулся с Фёдором к трупу с фотоаппаратом и сделал кучу снимков. Вы были правы — эта статья имела самый крупный успех. И самое главное.

Он сделал эффектную паузу.