Вольфганг Хольбайн - Возвращение колдуна

— Синди! — в отчаянии воскликнул я. — Пожалуйста!

Но девушка не обратила на меня никакого внимания. Она стояла выпрямившись, с вытянутыми в заклинании руками, словно застывшее изваяние. Ее губы произносили беззвучные слова на языке, который умер давным-давно и сейчас снова возродился.

Как и существа, которые на нем говорили.

Все больше и больше крыс собиралось вокруг могилы. И каждый раз они приносили с собой мертвеца, которого потом сбрасывали в светящуюся зеленую пелену. «Жертвы для Шуб-Ниггуратха», — с дрожью подумал я. Это чудовище скоро очнется от своего вечного сна, и забытый ужас древности вновь вернется в человеческий мир. Я заметил, что с каждым новым трупом, который падал в могилу, распухшее черное тело приобретало все более четкие очертания.

Наконец в могиле исчез последний мертвец, и черное пятно в центре светящегося зеленого моря превратилось в отвратительный пульсирующий клубок, предельно близкий к тому, чтобы вернуться к настоящей жизни. Но не хватало еще чего-то…

Самой последней, решающей жертвы. Живой жертвы, которая была нужна ему для того, чтобы окончательно пробудиться.

Синди подняла руку, и по ее безмолвному приказу леди Одли сдвинулась с места. Она подошла вплотную к могиле и закрыла глаза. Губы несчастной женщины дрожали.

А потом я увидел крысу. Она чем-то отличалась от бесчисленных тварей, которые собрались вместе, чтобы присутствовать на ужасном ритуале. Это была та самая крыса, которая сопровождала Килиана и привела меня за собой. В тот самый момент, когда я узнал ее, я почувствовал прикосновение.

Это было прикосновение невидимых щупалец, которые проникли в мою душу в поисках контакта. Все происходило на животном уровне, но я все-таки почувствовал импульс и откликнулся на него. Понимание пришло так же быстро, как и утром, когда я проник в сознание обезумевшей лошади в Лондоне, только сейчас это была крыса, которая установила со мной контакт. Несмотря на то что она была животным, ее действия отличались целенаправленностью и уверенностью, потому что ею управлял другой, более сильный дух. На какой-то миг я заглянул в глаза крысы и… увидел Синди такой, какой она была на самом деле.

Чудовище. Огромное ужасное создание с большими крыльями, как у летучей мыши, пылающими красными глазами и ужасными скользкими щупальцами. Создание, один взгляд которого нес смерть.

Я закричал.

Синди повернулась ко мне; в ее глазах вспыхнул испуг, который сменился паническим ужасом. Она вдруг издала ужасающий писк и указала на крысу.

В тот же миг духовная связь между мной и крысой прервалась. Крыса пискнула, стала крутиться на месте, в отчаянии пытаясь сбежать. Но она не сделала и шага. На нее ринулась целая толпа ее серых собратьев, которые в одно мгновение разорвали ее на кусочки.

Я ошарашенно смотрел на Синди. Я знал, что передо мной чудовище, но все еще колебался, верить этому или нет.

— Нет, — пробормотал я. — Это… Это не…

— Замолчи! — закричала она и тут же нанесла мне мысленный удар, от которого я зашатался и согнулся, словно от боли. — Не мешай проводить ритуал!

Я упал, ударился лицом о камень и едва не потерял сознание. Несмотря на это, я почти не чувствовал боли. У меня в голове возник хаос, и несколько секунд я балансировал на грани между безумием и нормальным состоянием.

— Ле! — закричала Синди.

Внезапно ее голос перестал быть противным хрипением.

— Ле Шуб-Ниггуратх! Нгаатхгаа нхафтх!

Я скорчился, как будто меня ударили. Казалось, моя рука помимо моей воли залезла в карман куртки и схватила что-то маленькое и твердое. Синди продолжала произносить эти отвратительные звуки, и под нами, в могиле, начал медленно приобретать форму Шуб-Ниггуратх. Словно сквозь кровавый туман, я увидел, как леди Одли сделала решительное движение и, перешагнув через край могилы, упала вниз.

Я размахнулся и изо всех сил швырнул камень в могилу. Звезда шоггота попала в зеленое свечение за полсекунды до того, как леди Одли с широко раскинутыми руками упала в пасть Шуб-Ниггуратха.

И время остановилось. Это длилось тысячную долю секунды, еще меньше, чем нужно для того, чтобы родилась мысль. И одновременно целую вечность.

Зеленое свечение внезапно погасло. Черное тело ДОИСТОРИЧЕСКОГО ГИГАНТА вздрогнуло, словно от удара, сжалось, всколыхнулось и задрожало, пытаясь уклониться от проклятого серого камня, а потом забилось в судорогах. Все кончилось тем, что оно разлетелось на куски.

В тот самый момент, когда звезда шоггота прикоснулась к его чертовой плоти, чудовище распалось, потонуло в бесшумном взрыве серебристо-белого света, который затмил зеленое свечение и свет луны. Раздалось жуткое рычание, крик, полный отчаяния и такой злобы, что мне показалось, будто вся Вселенная содрогнулась от ненависти, накопленной за двести миллионов лет. Шуб-Ниггуратх умер, и от его смерти содрогнулось все небо, а Синди, я и все прочие свалились с ног. Земля затряслась как в лихорадке.

А потом…

Темнота.

Никакого тела. Никаких существ. Никакого вещества. Это была не просто темнота, а что-то похожее на зло в чистом виде, в котором вместо душ — черная мерзость, квинтэссенция зла и всего разрушительного.

Оно двигалось невероятно быстро, еще быстрее, чем произошла смерть Шуб-Ниггуратха. Бестелесное нечто выбралось из хаоса, бушевавшего на дне могилы, взлетело, как мяч, высоко в небо и начало беспорядочно прыгать, прикасаясь к людям, крысам, земле, как будто оно что-то искало. Затем оно понеслось на белую крысу-альбиноса, сидевшую возле Синди. Тварь отлетела назад, словно ее ударили мощным невидимым кулаком, и, подергав лапами, замерла. В этот же момент Синди подпрыгнула и, закричав от боли, упала на колени.

Я действовал не раздумывая. Быстро спрыгнув в теперь уже пустую могилу, я поднял леди Одли. Казалось, что от страха у меня появилось второе дыхание. Я вытолкнул два центнера ее веса из могилы, помог ей встать на ноги, и мы побежали.

Вокруг нас все еще царил хаос. Крысы продолжали бегать как сумасшедшие. Они кусали пустоту и метались, не находя себе места. Краем глаза я заметил, что белая крыса-альбинос уже пришла в себя и сидела рядом с Синди.

Мы мчались так, как будто за нами гнались черти. Крысы все еще были в панике. Из дисциплинированной армии маленьких хищников они превратились в безумно копошащуюся массу, но я знал, что это состояние неопределенности продлится недолго. Звезда шоггота не уничтожила демона, а только лишь ослабила его. В лучшем случае у нас было еще несколько минут.