Николай Толстой - Пришествие Короля

У меня не было сил спорить с ним, да и видел я, что это ни к чему не приведет.

— Может, ты хотя бы пошлешь вестника к Брохваэлю, чтобы предупредить о том, что я говорил? — взмолился я.

— Друг мой дорогой, ты же знаешь, что для тебя я сделал бы что угодно. Но этого я не могу. Я уверен, что ты ошибаешься, да к тому же такие сообщения должны даваться от имени Мэлгона Гвинедда или по крайней мере старца Мэлдафа.

Я схватился за эту соломинку.

— Тогда не попросишь ли их прийти ко мне и немедленно поговорить со мной? Никто из вас и не ведает, как отчаянно наше положение!

Эльфин добродушно пожал плечами и вышел из моей комнаты. К облегчению моему, через некоторое время какая-то тень загородила вход и тяжеловесная фигура владыки Пенардда появилась передо мной. За ним неловко мялся Эльфин, и на его красивом лице было виновато-сочувственное выражение.

— Мэлдаф! — воскликнул я, не тратя жалких своих сил на предисловия. — Не спрашивай меня, как я все это вызнал, но уверяю тебя, я многое узнал с тех пор, как оставил войско. Дикари собрали войско, большее даже, чем то, которым предводительствовал Хенгис или отец Кинурига Кередиг. Хитростью и предательством они разузнали о том, что Мэлгон здесь, и со всеми своими силами идут сейчас сюда, чтобы захватить его. Брохваэль и прочие ушли попусту, их немедленно надо вернуть!

Мэлдаф погладил свою бороду, пристально глядя на меня из-под темных бровей. В отличие от Эльфина он не стал тратить времени, оспаривая мои слова, пусть они и казались пустыми. Вместо этого он ухватился за главное.

— Принц Эльфин рассказал мне кое-что о твоих опасениях, сын Морврин. Я вижу, что ты мог бы сказать больше, просто у тебя нет сил поведать об этом сейчас, однако я не могу поверить в то, что твои страхи не беспочвенны. И даже если ты прав в том, что какое-то войско ивисов идет сюда под предводительством Кинурига, как ты воображаешь, или его сына, то оно, по всей вероятности, столкнется на пути с нашим войском.

— Но здесь не одна дорога! — горячо воскликнул я. — Вы должны мне в этом поверить! Судьба Монархии Придайна. Колесницы Медведя зависит от исхода нынешнего дня. Это Брохваэлю выпало испытать судьбу на поле битвы, а Мал гону — уберечься от опасности и ран. Ведь если король убит или взят в плен, войско обычно не продолжает войны. Наши враги это знают, и ради этого они стремятся сюда!

Мэлдаф сомневался, хотя и слушал меня довольно терпеливо Когда я закончил, он поднял взгляд и так сказал мне:

— Твои слова с уважением выслушивают в совете, сын Морврин. Но мне трудно поверить в то, что ты говоришь, поскольку мы хорошо осведомлены о замысле врага. Тем не менее я передам твой совет королю, и посмотрим, что он скажет.

Честно говоря, этого было мало, но ничего лучшего сейчас нельзя было сделать. В любом случае без повеления Мэлгона нельзя было послать ни одного гонца. Я с небольшим облегчением посмотрел вслед Мэлдафу, и когда Эльфин настоятельно попросил меня немного поспать, я с радостью повиновался.

— Я и вправду очень устал, да и болит у меня все, — признался я, — но пообещай мне, Эльфин, — как только Мэлдаф вернется с ответом короля, каким бы он ни был, — разбуди меня.

Эльфин поправил мою подушку, вытер мой горячий лоб полотном и снова сел рядом со мной.

Я сразу же провалился в сон, хотя, по правде, был он неспокойным Мне казалось, что вокруг меня сгущаются тени, что я снова в пустой комнате Брохваэлева дворца в Каэр Гуригон. Я играл в гвиддвилл с тенью, и рука тьмы переставляла фигурки во мраке. Фигурки пропадали с доски, появлялись там, где их не должно было быть, уходили оттуда, где должны были стоять, и король остался один на пустой доске Я услышал смешок в ночи, а затем уханье совы и подумал, что это Гвин маб Нудд смеется надо мной в лунном свете. О Мирддин Безумный, безотчий сын, одноглазый скиталец моря, кто ты такой, что думаешь, будто бы Монархия Придайна, божественный род Бели Маура, — дерево, падение которого может остановить твоя хилая рука? Возвращайся в свой сад, к своим девятнадцати яблоням, к своему поросенку и волчице!

Снова хрипло заухала сова — это был долгий, протяжный, неприятный вопль, который, казалось, пробудил меня во сне Хотя я и спал, мне казалось, что я понимаю, что это сон. Но теперь, когда я открыл глаза, передо мною по-прежнему была тьма. Я растерянно огляделся и увидел бледное лицо, что слабо светилось у меня над головой. От страха мое сердце на миг перестало биться, и с внезапной силой я судорожно протянул руку к моему врагу. Я ощутил, как мои пальцы сомкнулись у него на горле, и в безумии своем я попытался выдавить жизнь из моего старинного врага.

Но крепкие руки схватили мои запястья, оторвали их от горла врага, и меня, словно я был ребенком, снова швырнули на мое окровавленное ложе Без стыда признаюсь — я заплакал от бессилия. Для чего спасся я из запруды, если я снова должен погрузиться в бездну? Что я — лишь игрушка тех существ, чьи мысли охватывают все, что было, есть и будет, — Гвина, и Гофаннона, и черного Кернуна, которого сразил я в Бездне Аннона? Может ли мой жалкий разум, который при свете дня мне казался острым, спасти короля от его тингеда, когда фигурки, доска и все прочее принадлежат не мне, а другим?

Во мраке возник далекий свет. Он приближался. Он был уже так близко, что я ощутил тепло на своей щеке. Я не мог повернуть головы, но, скосив глаза вправо, я увидел где-то в футе от меня чье-то лицо. Это был мой юный друг Эльфин маб Гвиддно.

— Спокойно, старина, спокойно! — ласково прошептал он. — Надеюсь, ты не взаправду вознамерился придушить меня?

Чувствуя себя по-дурацки, я что-то пробормотал в извинение:

— Я думал, что сплю. Но зачем ты принес свечу? Отчего вокруг такая тьма?

— Не бойся, дружище, — ответил Эльфин. — Я все время сидел рядом с тобой. И я рад сказать, что ты проспал много часов Сейчас ночь. Засыпай снова — поутру тебе будет лучше!

— Но где Мэлдаф? — воскликнул я. — Ты же должен был меня разбудить, когда он вернется!

Эльфин покачал головой.

— Он еще не вернулся. Я думаю, он у короля.

Мне стало еще хуже на душе, чем прежде, если только такое возможно. Драгоценное время час за часом соскальзывало в бездну. Я старался выбраться из моря, но с каждым шагом песок уходил из-под моих ног. Вокруг меня были глупые добрые людишки, неспособные себе помочь.

— Эльфин! — с внезапной силой воскликнул я. — Сделай это ради меня! Прости мои опасения — может, все это только сон, но проверь, верно ли расставлены часовые у ворот! Что-то не так, и я не усну, пока не узнаю, что все в порядке!

Эльфин понимающе кивнул и вышел. Он еще не успел вернуться, как я, собравшись с силами, выкарабкался из постели. Минуту я стоял, задыхаясь, цепляясь за столбик кровати. В голове у меня мутилось, как при сильной качке. Прежде чем я понял, что произошло, желудок мой свело, и меня вырвало кровью. Но приступ прошел, и, завернувшись в одеяло, я, спотыкаясь, вышел из своей хижины.