Иван Казаков - Нед (трилогия)

– Давай пойдем наверх? – шепнула она, кусая пухлую нижнюю губу – ты не подумай чего…мне так захотелось побыть с мужчиной…настоящим мужчиной, таким, как ты! Не говори ничего! Наверное вино бросилось мне в голову…извини… – девушка сделала движение, будто собиралась отстраниться, уйти, да куда там?! Нед вцепился ей в руку, будто та была спасительным кругом в бушующих волнах жизненного моря.

Он потащил её через толпу, девушка гортанно смеялась, закрывая лицо рукой – вдруг увидит кто-то знакомый? Трактирщица с полуслова всё поняла, взамен двух серебряников бросила ему ключ с деревянной табличкой, на которой был выжжен номер четыре. Через минуту парочка громыхала ногами по деревянной лестнице, ведущей на второй этаж, в номера.

Длинный коридор, освещенный двумя масляными фонарями, ряды дверей, за которыми угадывались стоны, вздохи, скрип кроватей. Нед подсвечивал себе фонарем, который вручила ему трактирщица, и через несколько секунд ключ уже отпирал большой вычурный висячий замок номера четыре.

Они ввалились в номер, едва закрыв дверь на стальной засов, сразу стали раздеваться, яростно сбрасывая с себя одежду, через несколько секунд оставшись обнаженными, как в момент рождения.

Их страсть была похоже не на любовные соития двух влюбленных, а на яростное совокупление двух хищных животных, рычащих, рвущих друг друга в порыве страсти. Никогда ещё Нед не испытывал такого наслаждения, ни с кем – ни с продажными женщинами, ни с Сандой, которая досталась ему девственницей.

Для Сланы не было запретов, не было стыда, она делала то, что хотела. Спина Неда покрылась кровавыми царапинами, а гибкости девушки могли позавидовать уличные акробатки, свивающиеся змеей и укладывающиеся в маленькую корзину.

У Сланы не было ни грамма жира – её стройное, мускулистое тело, совсем не напоминающее мужское, было твердым, будто сделанным из стали. Если Санда привлекала своей мягкостью, каким-то домашним, чувственным уютом, эта дикая самка возбуждала безумную, безудержную страсть, сметающую все нравственные оковы.

Нед излился, когда Слана сидела на нем верхом, запрокинув назад свою аккуратную головку с короткой, почти мальчишеской прической и скакала, будто на горячем скакуне.

Она, почувствовав его разрядку ещё сильнее выгнулась, коснувшись кровати макушкой прекрасной головы, а Неда били судороги сладострастия, отчего он дергался, едва не подбрасывая свою партнершу над собой.

В глазах Неда потемнело, закрутились огненные пятна – такой разрядки он не испытывал никогда, и никогда не думал, что такое возможно. Слана выпила его досуха, как паучиха высасывает своего партнера после совокупления.

Он ещё не успел вздохнуть и выскользнуть из тела партнерши, покрытого любовной испариной, когда Слана внезапно распрямилась – в её руках блестели два тонких обоюдоострых кинжала. Один кинжал устремился к горлу Неда, второй пошел в грудь, туда, где мощными толчками разгоняло кровь могучее сердце бойца.

Если бы Нед не был тем, кем он был, если бы Юрагор не остался в его теле, если бы…много чего «если бы»! Главное – простой солдат, маг, или кто там ещё – остался бы на этой постели, покрытой следами страсти мертвым, как свинья, зарезанная опытным кольщиком.

Убийца ошиблась. Тот, кто напал на Мастера, проиграл не потому, что тот оказался сильнее, или подготовленнее – просто потому, что напал. Юрагор-Нед был не просто мастером, он был Мастером с большой буквы, возможно, что таких в этом мире больше не было.

Доля секунды, и выбитый из левой руки кинжал, покрытый подозрительными пятнами, вонзился в платяной шкаф, дрожа, будто от обиды на то, что не напился крови жертвы.

Второй кинжал вонзился в перину, пробив её, застрял в дубовой доске кровати.

Слана не стала терять время на вытаскивание кинжалов. Она сделала невероятное сальто и крутнувшись в воздухе, встала на дороге к двери, перегородив пути отхода жертве.

Нед соскочил с кровати и встал в боевую стойку. Платяной шкаф, в который он по глупости положил свои мечи (Слана попросила, заявив, что боится оружия), находился между девушкой, застывшей в причудливой позе («Тигрица приветствует новый рассвет») и Недом («Змея видит кролика»), так что добраться до оружия не было возможности – для этого надо было выпустить врага из поля зрения, а это смерти подобно.

Нед вглядывался в прекрасные черты своей партнерши, минуты назад доставившей ему такое невероятное наслаждение, и клял себя за то, что не сразу раскусил, кем на самом деле была Слана. Слана?!

– Силена! – неожиданно крикнул Нед, и увидел, как девушка от неожиданности вздрогнула и глаза её расширились, как два блюдца. Девушка замерла, потом тихо выдавила:

– Ты кто?! Впрочем – кто бы ты ни был – ты должен умереть!

Слова заклятия с шипением вылетели из пухлых губ Сланы, и облачко демонов рванулось к Неду… повертелось вокруг него, и не преодолев защиты, исчезло.

Девушка выкрикнула другое заклинание, и в Неда полетел огненный шар. Пролетев мимо мага, отразившись от невидимой магической защиты, он с грохотом врезался в окно, прикрытое ставнями, высадил стекло, ставню, и с шипение погас где-то на заднем дворе, утонув в луже лошадиной мочи.

Второго шанса испытать свою защиту Нед ей не дал. Он прыгнул в ноги девушки, сложным захватом сбив её на пол и попытался навалиться, подмять, рассчитывая скрутить её лишив подвижности. Не тут-то было. Голая Слана яростно сопротивлялась и была сильна, как два мужчины. Её тело, покрытое потом любовных ласк, выскользало из захвата. Против каждого захвата Неда она делала противозахват – чего-чего, а бороться убийца умела.

В дверь уже стучали – видимо услышали грохот и шум драки. Слана в очередной раз освободилась от своего бывшего любовника и одним прыжком вскочив на ноги, бросилась к окну, исчезнув в темноте разбитого проема, будто ночная птица.

Если бы не разбросанные по полу платье и женское белье, можно было подумать, что все случившееся Неду приснилось.

Нед схватил штаны, натянул их, затем отодвинул засов. В коридоре стояла трактирщица и несколько мужчин – видимо охранники-вышибалы и рабочие трактира. Они недоуменно посмотрели на разбитое окно с обугленными обломками ставен, затем женщина недоверчиво спросила:

– Что тут происходит? Где девица? И кто будет платить за разгром?

Нед замер – ему в голову вдруг пришла некая мысль, и он бросился к шкафу за мечами. Выхватил их – толпа мужчин и трактирщица испуганно отпрянули в сторону, прижавшись к стене – женщина даже пробормотала что-то вроде: «Чего?! Чего вы?! Чего так расстраиваться? Да отремонтируем мы это демонское окно! Зачем так-то?!» Но Нед не слушал её. Он резко спросил: