Алекс Орлов - Каспар Фрай (авторский сборник)

Вскоре из-за поворота показалась отставшая группа. Их было шестеро – двое наемников и четверо уйгунов. Предположение Каспара, что отставшие занималась грабежом, подтверждалось – наемники были увешаны узлами, а уйгуны ехали налегке, напоив свои мечи кровью– больше в этой войне их ничто не интересовало.

– Приготовились! Пошли! – скомандовал Каспар, и они выскочили из-за дерева, преграждая всадникам путь.

110

Появление на дороге вооруженных людей оказалось для разбойников полной неожиданностью. Всадники натянули поводья, придерживая лошадей, и выхватили мечи.

– Это же те самые! Вперед, раздавим их! – воскликнул наемник с золотыми лилиями на плече, по всей видимости старшина. Не успел он замахнуться мечом, как ему в шею вонзилась стрела, но других это не остановило, и они с криками бросились на горстку героев.

Аркуэнон выстрелил еще раз, сбив самого активного уйгуна. Углук, ухватившись за стремя, стащил наемника вместе с седлом, а затем проломил мечом его кирасу.

Поняв, что дела плохи, оставшиеся уйгуны попытались ускакать. Каспар на бегу выстрелил из дракона, первый раз промахнулся, второй – попал, вышибив уйгуна из седла. Еще одного ссадил Аркуэнон, а последнего – третьего, который почти оторвался, сбил неожиданным броском двуручника Углук. Меч ударил уйгуна рукоятью с такой силой, что всадник перелетел через голову лошади и попал под ее копыта.

– Молодец, орк! – обрадовался Каспар. Однако для радости оснований не было – оставшиеся без всадников перепуганные лошади понеслись прочь, догонять основной отряд, и это означало, что через десять минут сорок четыре всадника окажутся здесь.

Каспар обернулся, чтобы посмотреть, не навредили ли мессиру во время схватки, и остался стоять с открытым ртом. Мессир Маноло сидел, прислонившись к дереву, и смотрел на Каспара, его лицо приобрело живой оттенок.

– Мессир Маноло! – закричал Бертран, который не верил, что колдуна удастся оживить.

Мессир приложил палец к губам, давая понять, что говорить ему пока не следует, затем махнул рукой в сторону леса.

– Уходим! Бертран, помоги мне! – крикнул Каспар, беря мессира Маноло под локоть. – Углук, добей раненых! Быстрее, скоро здесь появится весь разъезд!

Они довольно быстро добрались до леса, а потом и до оврага, где стояли лошади. Каспар приказал сниматься с места немедленно.

Мессиру Маноло помогли забраться на лошадь, однако он продолжал молчать, отвечая лишь жестами. Впрочем, Фундинулу и этого хватало, чтобы подпрыгивать в седле от радости.

Только отряд двинулся по лесной тропе, как послышался нарастающий гул – это мчались всадники разъезда.

«Вовремя», – подумал Каспар. Лес вокруг был достаточно густой, и в случае погони у его отряда имелись шансы на спасение. Впрочем, едва ли солдаты разъезда, оставшись без старшины, решатся на преследование.

«Ушли, кажется, мы ушли», – вздохнул Каспар через полчаса. Теперь, когда отряд был в полном составе, нужно было принять решение – как действовать дальше.

Выходить из леса Каспар не стал, поскольку именно этого от него ждал враг.

– Заночуем здесь, – сказал он, когда было еще светло. – Сделаем смены длинными, чтобы все сумели выспаться.

Спорить никто не стал, ежедневные марши очень изматывали.

Мессир Маноло уже мог передвигаться сам, он взял у Каспара деревянную лопатку и жестом попросил его следовать за ним. Под одним из деревьев мессир нашел подходящее место и дал донять, что нужно выкопать неглубокую канавку длиной в его рост.

Каспар выполнил это пожелание, и мессир с удобством устроился в новой яме, глубиной не более фута.

Последнее дежурство Каспар, как всегда, оставил для себя, однако разбудил его не Фундинул, который стоял смену перед ним, а мессир Маноло.

– Вставайте, Каспар, – произнес он прежним знакомым голосом, как будто не было кошмарных приключений, выпавших на долю неполного отряда.

– А где Фундинул?

– Я отправил его спать полчаса назад.

– Вы в порядке, мессир? – спросил Каспар, зевая и натягивая сырые сапоги.

– Не совсем в порядке, однако, как видите, я уже не тот высохший труп, что напугал вас всех. – Мессир усмехнулся.

– Да, но прежде вы нас спасли.

– И себя в том числе. При этом рисковал я вполне расчетливо, оставив сил ровно столько, чтобы суметь объяснить вам, Каспар, что нужно делать. Я намеренно иссушил свое тело так сильно, чтобы располагать в иных мирах большим количеством сил.

– А мой талисман, он помог вам?

– Отчасти. Он помог мне настроиться, однако помощи от него я не ждал, это ваш и только ваш талисман, Каспар.

– Мессир, когда мы вас откапывали, нас напугала какая-то нечисть, – вспомнил Каспар, надевая свою охотничью шляпу.

– Но держался он недолго, верно?

– Да, он превратился в труп, а потом распался на рой черных мух. Жуткое видение.

– Он мог доставить вам больше неприятностей, не построй вы треугольник света.

– Треугольник света?

– Да, вы расположились так, что окружили его с трех сторон мечами, вот ему и пришлось уносить ноги.

– Откуда вы это знаете, ведь я вас тогда еще не откопал?

Мессир улыбнулся, а Каспар покачал головой:

– Наверное, я никогда не перестану удивляться вашим способностям, мессир.

– А я – вашим, Каспар. Я серьезно.

– Так что же за нечисть сидела в вашей временной могиле?

– «Временная могила»… Хорошо сказано. К сожалению, вас напугал не обычный дух разложения, каких много на каждом кладбище, а враг куда более серьезный. Его зовут Кромб. Или мессир Кромб, если угодно.

– Но что он делал в яме?

– Как и многие маги, он находится в вечном поиске силы и могущества. Он ждал моей духовной смерти, чтобы обобрать до нитки, однако мерзавец не решился бы и приблизиться, узнай он, кто я.

– Вы были с ним знакомы? – спросил Каспар, однако сразу понял, что эти расспросы мессиру неприятны.

– Лучше давайте решим, куда нам теперь двигаться. Скоро рассвет, и нам просто необходимо куда-то ехать.

– Думаю, самое правильное – отступить под крылышко герцога, – сказал Каспар.

– У герцога сейчас много своих проблем, и он рассчитывает, что мы своими действиями хоть как-то ослабим давление на него армии де Гиссара.

– По-вашему, мы так разозлили де Гиссара, что теперь он займется только нами?

– Вчерашний инцидент был последней каплей, теперь разбойник объявил нам тотальную войну.