Багровая смерть (ЛП) - Гамильтон Лорел Кей

— Не могу это гарантировать.

— Это настолько важно, что за это стоит умереть? — уточнил Родриго.

— Там есть мертвецы, которые восстанут, — пояснила я.

— Тебе не придется убивать меня за то, что я сотворил с твоим любовником, Анита. За тебя это сделает морской народ. — Он издал боевой клич — это единственный термин, который я смогла подобрать, и ринулся в толпу врагов.

83

Завязалась рукопашная, и нас превосходили числом. Первым огнестрельным оружием воспользовался Натэниэл — звук выстрела прогремел даже здесь, на открытом пространстве. Это спугнуло вампира, стоявшего передо мной, поэтому я смогла заколоть его и отбросить в толпу его приятелей. А затем, так же внезапно, они прекратили драться. Они закричали в смятении, почти от боли. Я понятия не имела, что произошло. Только знала, что это не моя магия.

Родриго и Родина схватили нас и побежали, в то время как Ру прикрывал нам спины, но никто не стал нас преследовать. Мы бежали. Я обратилась к той части себя, где обитали мои звери, которая помогала мне тренироваться в зале наравне с настоящими ликантропами, и рванула так, что улицы по бокам превратились в размытые темные пятна. Я бежала до тех пор, пока за нашими спинами не стал отставать злой ветер. Натэниэл с легкостью держался рядом, как и Родина с Родриго, однако Ру оступился, и сестре пришлось подхватить его, чтобы он продолжал бежать вместе с нами. Я неслась к белому свету, сиявшему так, словно полная луна упала на землю. Чем больше мы приближались, тем яснее я видела его перед собой.

Тройняшки оказались позади, когда мы вбежали через вход в огромное каменное строение. Если выживем, я заставлю их усерднее налегать на кардио. Седовласая женщина, одетая в длинную юбку и еще во что-то, что выглядело, как старинная одежда, но таковой не являлось, тихо сказала:

— На сегодня мы закрываемся.

Родриго выудил пистолет и показал его ей.

— Бегите, сейчас же. Грядет кое-что плохое.

Женщина убежала, взывая криками о помощи. Она скрылась за боковой дверью, в кафе, которое, по-видимому, еще работало. Я надеялась, что никто из тех, кто там сейчас был, не станет храбриться. Я собиралась использовать призраков, а не создавать новых.

Внезапно Дамиан вновь зазвучал в наших головах. Он хотел знать, где мы, и мы мысленно показали ему. Он был над нами, в ночном небе, и думал о тюрьме, как о старом охотничьем угодье.

В дверном проеме появились две темные фигуры. Они были темноволосыми и бледнокожими, одеты в черное, словно пришли с кастинга на главные роли в фильмах про вампиров, мужчина и женщина, но они были настоящими вампирами. Они вошли через двери, потому что им не нужно было ничье приглашение, чтобы войти в общественное здание. Они глянули на людей, скучковавшихся в кафе. И улыбнулись достаточно широко, чтобы обнажились клыки.

— Этой ночью мы будем пировать, как в старые-добрые времена, — проговорил мужчина.

— Они нас видели. Нужно убить их прямо сейчас, — отозвалась женщина.

— Нет, — сказала я. — Вы не причините вреда этим людям.

— У тебя нет власти над мертвыми в Ирландии, некромант, — возразила женщина.

— Этой ночью вы не причините вреда никому в этом здании, — повторила я. Я услышала шепот в проходе и почувствовала холодок, пробежавший по моей спине. Это не вампиры. Я ненадолго прикрыла глаза. Все здание пылало призраками, как белый фосфор — густой от пульсирующего движения сотен, может, тысяч растревоженных духов. Они были злы. Никогда прежде я не ощущала так много злости от призраков, а затем поняла причину. Они злились на вампиров.

— Сколько людей вы погубили здесь за века? — поинтересовалась я.

Они самодовольно усмехнулась друг другу.

— Достаточно, — ответила женщина, мужчина кивнул.

Я прижала свою кровоточащую руку к каменной стене и почувствовала силу, дрожащую в стенах этого здания — она ждала. Натэниэл положил свою руку поверх моей, и можно было бы почувствовать, как задвигались и сместились кости здания.

— Что это было? — спросила вампирша.

В дверь вбежал Дамиан, растолкав обоих вампиров. Он присоединился к нам, дыша так, словно участвовал в марафоне. Он протянул мне руку. Я сделала надрез на его ладони, и он потянулся к нашим рукам, которыми мы касались камней.

— Что это? — спросил он, положив свою кровоточащую руку на камни, поверх наших.

— Воздаяние.

Здание вокруг нас содрогнулось, а в проходе поднялся ветер — он дул нам в спины, но он был не снаружи, а внутри здания. Двое вампиров отступили к дверям, но там оказался еще один вампир, остановивший их. Он был огромным по любым стандартам — мужчина-гигант, которому, чтобы пройти в дверь, пришлось нагнуться и осторожно выпрямиться.

— Дамиан, мешок ты с дерьмом. Ты убил Рорка!

— Бахман, вижу, она вызвала тебя из Дублина.

— Я выполняю предначертанное, ибо есть силы, что вознесут Миледи до новой Королевой Всей Тьмы.

— Вот этот разрывал людей на части в Дублине, — пояснил Дамиан.

— А теперь, когда вы позволили всем этим людям увидеть нас, я перережу их всех, — прорычал Бахман.

— Он всегда был скорее животным, нежели вампиром, — прокомментировал Дамиан.

Арлекин вытащили свои пистолеты, а Бахман ринулся в бой, но не с нами. Он кинулся к дверь в кафе, а затем последовали крики.

— Спасите их! — рявкнула я.

— Одних мы вас не оставим, — воспротивилась Родина.

Ветер начал трепать наши волосы. Я увидела свет: словно белый огонь пылал во всем здании. Он задрожал над нашими головами, словно пробудившийся великан.

— Мы не одни, — сказала я. — Идите и спасите их. Это приказ!

— Больше ни один человек не умрет здесь из-за нас, — произнес Дамиан. В суматохе те двое вампиров исчезли. Не знай я лучше, подумала бы, что Бахмана они боялись больше, чем нас.

Тройняшки ринулись к дверям, из-за которых слышались крики. Мы шагнули вперед и призраки двинулись вместе с нами. Свет был настолько ярким, что я могла разглядеть во мраке отдельные фигуры подлетавших к нам вампиров. Я никогда не видела так много вампиров, способных летать. Это редкий дар, и я вспомнила, что Дамиан тоже был в нем мастером. Это ее кровная линия — все они могли летать.

На руках у вампира был мужчина, он жрал его горло, поднимаясь в воздух. Рядом с нами грянул выстрел. Вампир вздрогнул и отпустил человека — тот тяжело рухнул на парковку. Еще один выстрел, потяжелее, и вампир взорвался красным туманом. Я знала, кто это, еще до того, как увидела, как из укрытия вышел Эдуард и сказал:

— Забыла пригласить меня на вечеринку?

— Никогда. Держи их подальше от гражданских.

— А кто удержит их от тебя?

— Они, — сказала я, указывая на призраков.

— Ты говорила, что призраки не могут причинить вред людям.

— Сами по себе не могут, — подтвердила я.

Призраки сновали вокруг, формируя пульсирующее, трепещущее облако — настолько же белое и сияющее, насколько темным и беспросветным был вампирский двор. Из того облака теней и иллюзий вышла Моровен.

— Призраки не могут нам навредить!

— Мы причинили им вред! — крикнул Дамиан и поделился воспоминаниями о том, как люди, которые не могли заплатить своему тюремщику, умирали от голода, поэтому в конце концов укус становился для них милосердием. Кожа, горящая от лихорадки, вампиры, пирующие на людях, как стервятники на трупе, осушающие их досуха. Новые узники, еще здоровые и прекрасные, но Моровен любит прекрасное и присваивает его. Жертвы пыток в счет приговора радуют ее новыми шрамами. Плачущие в темницах дети — их успокоили, а затем убили. Так много смертей, так много убийств. Поцелуй вампиров Моровен веками считал эту тюрьму своим персональным гастрономом. Казалось, воспоминания Дамиана объединились с призраками, и вновь воскресили истории их жизней. Их сила взревела, словно громоподобный водопад из привидений. Они закричали, загомонили, а многие вспомнили, какой именно вампир их убил.

Раздались крики живых горожан — они показывали пальцами, даже они смогли это увидеть. Призраки взывали о возмездии так же, как убитый зомби первым делом отправляется за своим убийцей. У призраков не было физической формы, которая могла причинить вред, но я дала им кровь, и держала за руки своего слугу-вампира и своего moitié bête. Мы соприкасались нашими кровоточащими руками так, как я объединила бы силы с другим некромантом, чтобы поднять более старого зомби, и призраки превратились в ревущую бурю ветра и ярости — они атаковали вампиров.