George Martin - Танец с драконами

– Эти обряды ничего не стоят, – заявил Хиздар, – просто шелуха, которую давно надо отбросить. Миэрин погряз в глупых старых обычаях.

Он поцеловал ей руку и добавил:

– Дейенерис, моя королева, я с радостью вымою вас с головы до пят, если именно это требуется, чтобы стать вашим королём и супругом.

– Чтобы стать моим королём и супругом, от тебя требуется только принести мне мир. Скахаз сказал мне, что ты принес вести о перемирии.

– Так и есть, – Хиздар скрестил длинные ноги. Он выглядел очень довольным собой. – Юнкай согласен на мир, но не бесплатно. Уничтожение работорговли причинило всему цивилизованному миру большие убытки. Юнкай и его союзники требуют от нас их возместить, уплатив золотом и драгоценными камнями.

Золото и драгоценности – это несложно.

– Что еще?

– В Юнкае, как и прежде, будет рабство, а Астапор восстановят как рабовладельческий город, и вы не будете этому препятствовать.

– Юнкайцы возродили рабство, стоило мне отойти на две лиги от их города. Разве я повернула обратно? Король Клеон умолял меня вступить с ним в военный союз против них, но я осталась глуха к его мольбам Я не хочу войны с Юнкаем – сколько мне это повторять? Каких обещаний они требуют?

– Вот это и есть камень преткновения, моя королева, – сказал Хиздар зо Лорак. – Как ни грустно это говорить, но юнкайцы не верят вашим обещаниям. Они все бренчат одной и той же струной о каком-то посланнике, которого сожгли ваши драконы.

– У него разве что токар обгорел, – презрительно ответила Дени.

– Возможно, но они всё равно вам не верят. И люди Нового Гиса тоже. Слова – ветер, как вы сами часто повторяли. Никакие ваши слова не гарантируют мир Миэрину. Только дела. Они хотят, чтобы мы обвенчались, и хотят видеть меня королем, чтобы я правил рука об руку с вами.

Дени снова наполнила ему кубок. Больше всего на свете ей хотелось опрокинуть графин Хиздару на голову и залить вином его самодовольную улыбку.

– Замужество или резня. Свадьба или война. Таков мой выбор?

– Я не вижу других вариантов, ваша величествность. Давайте произнесем наши клятвы перед богами Гиса и вместе будем строить новый Миэрин.

Королева обдумывала ответ, когда позади раздались шаги. «Еда», – решила она. Её повара обещали подать любимое кушанье благородного Хиздара – собаку в меду, фаршированную сливами и перцем. Но когда Дени обернулась, у неё за спиной стоял сир Барристан – только из бани, весь в белом и с мечом на боку.

– Ваше величество, – сказал он, поклонившись, – прошу извинить за беспокойство, но я подумал, что вы захотите узнать об этом без промедления. Вороны-Буревестники вернулись в город и принесли кое-какие вести о враге. Как мы и боялись, юнкайцы выступили в поход.

По благородному лицу Хиздара зо Лорака пробежала тень недовольства.

– Королева изволит ужинать. Наёмники могут подождать.

Сир Барристан не обратил на него внимания.

– Я предложил лорду Даарио доложить обо всём мне, как велели ваше величество. Он засмеялся и сказал, что напишет донесение собственной кровью, если только ваше величество пошлет к нему вашу маленькую служанку, чтобы та показала ему, как писать буквы.

– Кровью? – ужаснулась Дени. – Это шутка? Нет. Нет, не отвечайте, я должна сама его увидеть.

Она была юна и одинока, а юные девушки всегда могут передумать.

– Соберите моих капитанов и военачальников. Хиздар, знаю, вы извините меня.

– Миэрин прежде всего, – Хиздар радушно улыбнулся. – У нас будут и другие ночи – тысяча ночей.

– Сир Барристан проводит вас, – Дени поспешила вернуться в свои покои и позвать служанок. Она не хотела встречать своего капитана в токаре. Королева перепробовала с десяток нарядов, пока не нашла тот, что ей понравился, но отказалась от предложенной Чхику короны.

Когда Даарио Нахарис преклонил перед ней колено, сердце чуть не выпрыгнуло у Дени из груди. Волосы капитана были перепачканы засохшей кровью, на виске зиял глубокий порез, свежий и красный, а правый рукав замаран кровью почти до локтя.

– Ты ранен? – вскричала она.

– Это? – Даарио дотронулся до виска. – Арбалетчик попытался вышибить мне глаз стрелой, но я увернулся. Я спешил домой к моей королеве, к теплу её улыбки. – Он тряхнул рукавом, разбрызгав по полу красные капли. – Это не моя кровь. Один из сержантов заявил, что нам стоит перекинуться к юнкайцам, так что я засунул руку ему в горло и вырвал сердце. Я хотел принести его в подарок моей серебряной королеве, но мне преградили дорогу четверо Кошек и начали рычать и плеваться – один из них меня едва не схватил, так что я швырнул сердце ему в лицо.

– Весьма галантно, – произнес сир Барристан, судя по тону, сочтя это намерение каким угодно, только не галантным. – Но что за вести вы принесли её величеству?

– Скверные вести, сир Дедуля. Астапор пал, и работорговцы идут с войском на север.

– Это старые новости, уже с душком, – проворчал Бритоголовый.

– Твоя мать говорила то же о поцелуях твоего папаши, – ответил Даарио. – Милая моя королева, я был бы здесь куда раньше, но в холмах кишмя кишат юнкайские наёмники – четыре вольных отряда. Вашим Воронам-Буревестникам пришлось через них прорубаться. Есть и новые вести, еще хуже прежних: юнкайская армия движется по дороге вдоль берега, и к ней присоединились четыре легиона из Нового Гиса. У них есть слоны – с сотню – в броне и с башнями на спинах. Там есть и толосские пращники, и квартийская кавалерия на боевых верблюдах. Ещё два гискарских легиона сели на корабли в Астапоре. Если наши пленники не лгут, это второе войско высадится за Скахазадханом, чтобы отрезать нас от Дотракийского моря.

Он говорил и говорил, и время от времени на мраморный пол падали капли ярко-красной крови, заставляя Дени вздрагивать.

– Сколько погибло? – спросила она, когда капитан закончил свой рассказ.

– Наших? Я не задерживался, чтобы их пересчитать. Но мы приобрели больше людей, чем потеряли.

– Очередные перебежчики?

– Очередные доблестные воины, горящие желанием присоединиться к вашему правому делу. Они понравятся моей королеве. Там есть боец с топором с Островов Василиска – настоящий громила ростом больше Бельваса. Вам стоит на него взглянуть. Ещё вестеросцы, с десяток или больше. Дезертиры из Гонимых Ветром, которым опротивел Юнкай. Из них выйдут отличные Вороны-Буревестники.

– Как скажешь, – Дени не стала с ним спорить. Скоро Миэрину понадобится каждый меч.

Сир Барристан хмуро поглядел на Даарио.

– Капитан, вы упомянули четыре вольных отряда. Мы знаем только о троих: Гонимые Ветром, Длинные Копья, Рота Кошки.

– Сир Дедуля определенно умеет считать. Младшие Сыновья перекинулись к юнкайцам, – Даарио отвернулся и плюнул на пол. – Это – Бурому Бену Пламму. В следующий раз, когда я увижу его гнусную рожу, то разрублю его от горла до паха и вырву его чёрное сердце.