Афет Сариев - До наступления первого Дня

Они опустились на шкуры и Сергей, лениво жуя сочный ломоть груши, сообщил Виктору:

— Знаешь, что я сказал сегодня старейшинам? Что ты великий воин. Даже лучше, чем я.

Виктор удивленно поднял брови.

— Зачем?

— А затем, чтобы не вздумали искать для тебя всяких нелепых испытаний. На это старые пердуны большие мастера. Чтоб сразу жил спокойно. Чтобы мы сразу же занялись планом переселения.

Потом немного подумав, добавил:

— А разве я ошибся? Только великий воин может фонарем победить чудовище.

Они от души посмеялись над тем происшествием, хотя тогда было не до смеху.

— До великого тебя мне еще далеко, наверное…. Но так, оттаскать пару их воинов, конечно, смогу.

— А большего и не надо, — весело уверил Сергей. — Ты только не очень. Нам это пока ни к чему.

— Кстати, — вспомнил Сергей. — Ты рассказывал про свою охоту рогаткой. Так и про нее ничего им не говори. От рогатки до катапульты недалече.

— Ладно, понял, — отмахнулся Виктор. — Давай лучше продумаем поселение на отдельно взятом скальном плато.

— Давай, — живо подхватил Сергей, и глаза его задорно заблестели голубыми искорками.

— Вот что я думаю, — начал Виктор. — Если заимеем пару стопятьдесятметровых канатов, сможем собрать наверху лебедку. Что-то вроде лифта будет.

— Верная мысль. А длина свангов, как ты уже понял, не бывает ограниченной. Главное разобраться с составом того порошка или узнать откуда те из касты его добывают.

— А давай попробуем узнать прямо сейчас. Они же там еще выращивают домик для меня.

— Ну да, — не очень уверенно поддержал идею Сергей. — Только не скажут. Это их тайна.

— Все равно давай попробуем.

Сергей азартно потер ладони и поднялся. Виктор тоже поднялся, и они вновь вышли наружу.

С домиком дела шли по-стахановски скоро. Прямо на глазах в клубах пара завершалась крыша, и уже опускались с нее ростки будущих стен. Двое из касты строителей, изгибая отростки специальными крюками, обкладывали раму входного проема, а рядом лежали два прогнутых плетеных подрамника под проем окон.

Сергей подошел к ним и стал что-то лопотать по ихнему. Те неохотно ему отвечали. А Сергей, распаляясь, почти что уже кричал на них.

По выражению его лица Виктор догадывался, что разведчик он пока никудышный. Что таким методом не сумеют ничего разведать.

— Ладно уж, — потянул он Сергея в сторону. — В лоб не получается, так поищем обходной путь.

— Знать бы как. — Сергей злобно посмотрел на служителей. — Они же, как пуговицы. Насмерть стоят.

— Скажи, Серега. Те лепешки, что мы на обед ели, они пшеничные?

— Да, а что? — Удивился не к месту заданному вопросу Сергей.

— А то. Что нам мешает создать собственное секретное оружие из пшеницы.

— Что за оружие? — растерялся Сергей и так глянул на Виктора, словно усомнился в его рассудке.

— Оружие в сорок градусов, с помощью которого можно выудить любой секрет, — торжественно пояснил Виктор.

— О-о! — только сумел выдавить из себя Сергей, тупо уставляясь на него. — Водку?

Потом больно хлопнул Виктора по плечу и завопил:

— Точно! Ты молоток! Значит так, — тут же деловито начал планировать процесс. — Ты сделаешь на глиняной дощечке рисунок того, что тебе надо для этого. А я закажу. Подруга достанет сколько надо пшеницы. Зерновой склад тут неподалеку. Сам видел. А производство начнем в твоем шалаше. Только соблюдай строжайший секрет.

— Договорились. Будет тебе поселковый ликероводочный завод. Только скажи, как будем расплачиваться с мастерами и за зерно?

— Расплачиваться? — удивился Сергей. — Я главнокомандующий или купец? Я еще член правительства, не забывай. И, кроме того, — подмигнул он Виктору, — они еще не допетрили до дублонов. У них настоящий коммунизм в отдельно взятом племени.

Глава 8

На следующее утро, когда Виктор по нужде вышел из дому Сергея, увидел, что он уже собственник небольшого домика с новеньким очагом перед входом. Не стерпев, заглянул в пустое помещение. С дырки потолка прожектором струилось немного света.

Идеальное и стремительное экологически чистое строительство было завершено. Жаль архитектурных изысков не может быть, думал он, топая на дальний конец поселения к общественным кустарникам по левую сторону от которых нужно было бы навесить табличку с «М», а по правую «Ж».

Рядом с кустами из-под земли пробивалась родниковая водичка. Можно было умыться или набрать кувшин для потребительских нужд. Но, конечно, не купаться. По-видимому, для этой цели они топали аж до озерца.

Интересно, а зимой как они решают вопросы гигиены? — задумался Виктор. Надо бы спросить у Сергея. Может он уже и это знает. Хотя, какая разница, если они все равно свалят отсюда.

Виктор вернулся и увидел, что хозяин дома еще сопит, обхватив ручищами сразу три шкуры, потому решил до приглашения на завтрак побродить в одиночестве. Да и не мешало бы поближе ознакомиться со своей частной собственностью.

Снова выйдя на улицу, он увидел, что окошки его домика уже не завешены, а преддверный очаг тихонечко дымит.

Виктор с любопытством еще раз заглянул вовнутрь помещения. Увидел на полу целую кучу новых шкур, а в углу стопку глиняной посудины.

Удивленный столь быстрыми метаморфозами, прошел к шкурам, озадаченный опустился сразу на всю кучу. В голове с иронией пронеслось, что, видимо, и это тут выращивается.

Тут шкура, занавешивающая дверной проем, отодвинулась, в помещение робко вошла смуглянка. Хотя, не смуглых местных он вообще еще не встречал.

Эта была совсем еще молоденькой девчонкой с милой мордашкой, в неизменной опоясанной тунике, с повязкой, придерживающей густые черные волосы.

Она тут же подошла и подсела рядом, прямо на земляной пол.

Виктор смущенно отодвинулся, жестом приглашая сесть все же на шкуры, что она, мило улыбаясь, незамедлительно исполнила.

Девчонка продолжала сидеть рядом, потупив глаза и молчала, а Виктор никак не мог понять что именно означает ее появление в его домике. Неужели она есть тот дар старейшин, что сулил Сергей?

«А сейчас что делать?» — в отчаянии думал он.

Девчонка решила взять инициативу в свои руки. Она показала на себя и произнесла тихим тоненьким голоском: «Миел».

Виктор потерянно кивнул. Охрипшим голосом гаркнул: «Виктор».

Миел звонко засмеялась, стала что-то говорить на своем языке, постоянно мягко жестикулируя. Но самое удивительное было то, что Виктору показалось, он понимает смысл ее слов. Был уверен, что она говорит о том, что теперь принадлежит ему, как и этот домик со всеми принадлежностями в нем. Так что, переспрашивать у Сергея не надо.