Etcetera - Последняя Башня

– По-моему твой друг синеет.

– Тогда спасти, – наконец решился он, и излюбленным способом развесил всех троих под потолком.

Рэн разъяренно зашипела.

– Слушай, Род, ты ж обещ-щал больше так не делать! – обиженно насупился Лейс. – Опять твои шуточки. Тер-рпеть не могу летать.

– Значит, не спасти, – не огорчаясь неправильным выбором, маг развернулся и ушел досыпать. Вся троица свалилась на пол друг на друга.

– Т-ты кто? – пьяно удивился Лейс, приподняв голову и осмотревшись.

– Потом объясню, милый, – Рэн, не теряя времени продолжила свое дело, уже не обращая внимания на протесты. Нэделас похрапывал под ними на полу.

Я вроде как покраснела.

Просыпаться под пристальным взглядом эльфа, это не то, о чем я мечтала всю жизнь. Только увидев его, я завопила и спросонья свалилась с дивана, на котором дрыхла без задних ног весь остаток ночи.

– Прости, я не хотел тебя напугать, – заметно смутился тот.

Словно подражая мне, из гостевой комнаты раздался повторный вопль, но только более душераздирающий.

– А-а!! Ты что тут делаешь? – Лейс похоже ничего не помнил.

– Дорогой, ты обещал соединить наши судьбы.

– Чего?

– Жениться!

– А-а!!!!!!!!!!!!

Из соседней комнаты послышался убегающий топот ног. Свист двух мечей Рэн. Глумливый смех Нэделаса. Я тоже искренне повеселилась, пока выбиралась из клубка одеял, в котором свалилась на пол. Мне Лейса даже приканчивать расхотелось, пусть помучается.

– Вы опять вместе, сладкая парочка? Не надо, не убивайте, я пошутил. Вот завтрак принес. – Родж опять маячил в дверях, совершенно не сонный, уже одетый и, похоже, за утро успевший смотаться по каким-то своим делам. Я подозрительно оглядела поднос.

– А почему тут двойная порция?

– Ну я уже заметил, что в тебя влезает в два раза больше твоего веса… и еще сегодня все спят по парам. А ты знаешь, что у тебя глаза светиться начали?

– Да, поэтому никогда не беру фонарик, – прорычала я, – и нечего на нас намекать! Да как такое вообще…

– Ну с достаточным воображением… Ухожу, ухожу. Пойду спасать старого друга. А-то она его на мелкие кусочки порубит еще до брачного обряда. – Снизу раздался звон разбитой посуды. Жуткий грохот перевернутого шкафа.

– И дом мой жалко, – грустно добавил Родж и телепортировался.

Грохот сразу затих, зато раздались вопли.

– Да кто тебя просил вмешиваться?? – буйные возражения Рэн.

– Род, отпусти, я может еще убежать успею.

– А меня-то за что?? Я просто рядом стоял! – возмущенный голос мечника.

Я опять расхохоталась и решила спуститься вниз посмотреть.

– Стой, – как всегда серьезный эльф схватил меня за руку.

– Может не будем с утра драться? – я жалостно на него взглянула.

Он опять смутился.

– Нет, я просто хотел отдать тебе это. – Сэлн вытащил из-за пазухи кулон и протянул мне. Я удивленно вгляделась в красный, оправленный в рыжую медь камень. В нем как будто танцевали мерцающие сполохи огня.

– Никому не показывай и не говори о нем. А самое главное ни за что не снимай, пока будешь в Элиноре. Лучшей защиты я тебе не предоставлю.

Я нерешительно дотронулась до амулета. На ощупь как теплый уголек, только вынутый из костра. Словно еще тлеет. Сэлн напряженно следил за каждым моим движением, пока я застегивала его на шее и прятала под одеждой.

– Кстати, хотела уточнить, ты будешь моим должником всегда-всегда?

– Ты можешь требовать от меня почти все, пока не посчитаешь, что мой долг оплачен.

Угу. Я радостно осклабилась и предвкушающе потерла руки. Значит, навсегда.

– Ну ради такого должника я хоть сотню ритуалов проведу.

– Надеюсь, выйдет хоть один, – он почесал покусанное ухо, не задумываясь о том, что делает и скривился от боли.

– А мне со стрелой в колене еще хуже было.

– Если тебя это утешит, я метил в голову.

– Ты, ррухов ослоухий эльф!! – я на него все-таки кинулась и мы вылетели в коридор, врезавшись в стену.

Иногда стоит пару раз изменить своим принципам, чтобы ощутить всю прелесть жизни. Например, потащиться в компании ррух знает кого в лес к светлым. Или пересчитать эльфом все ступеньки, пока он выкручивает мне руку, хотя драться утром – это последнее дело.

– Я вижу у нас прибавление, – вздохнул Родж и развесил и нас с Сэлном – под потолком скоро места не хватит. Обрадуйте меня, скажите, что поселились здесь ненадолго.

В отличие от своих сородичей я никогда не любила Проклятый лес, но и светлая роща Элинора вызывает во мне только отвращение. Свет. Здесь слишком его много. Я щурилась и закрывалась рукавом, но лучи все равно доставали меня повсюду. Пробивались сквозь ткань и взрывались болью в чувствительных глазах.

В Элиноре не существует тени. Мириады маленьких солнц, таящихся на мокрой от росы траве. И каждая глупая искрящаяся капелька воды резала как грань бриллианта. Развесистые деревья-гиганты были паршивым укрытием, листва и там ослепляла отраженным светом.

Теперь понятно, почему "светлый" у родственников это ругательство. Мне хотелось побыстрее исчезнуть отсюда, кинуть им (или лучше в них) этот ррухов меч и пусть разбираются сами. Отлежаться в темноте спокойной, душной и сумрачной чащобы и вообще позабыть, как выглядит солнце. Сэлна не жаль, эльф и так прожил целое тысячелетие, а у меня зато появится повод стащить древнее вино из погреба дяди. Поминки ушастого друга. Заманчиво, мммм… даже очень. Но показать им всем, как я позорно перепугана? Ни за что.

Я шагала почти на ощупь, ориентируясь лишь на темное пятно куртки мага. Пугающий, жуткий, омерзительный светлый лес. Меня не сжигает солнце, как вампиров и не укладывает в спячку нежити. Обычно я ловлю каждый лучик, когда выбираюсь во внешний мир из сумрачных сплетений родной чащи. Но здесь его слишком много, яркого, насыщенного светом, белого как вспышка молнии. Проклятье. Мне было плохо.

– Дома, – одновременно выдохнули эльфы и по изумрудным кронам тонких, стремящихся ввысь деревьев пролетел шелест приветствия и узнавания. Трава, густо-зеленая, шелковистая, не предназначенная для ходьбы, волнами ластилась к ногам остроухих, как большой домашний зверь, соскучившийся по хозяевам.

– Как красиво! Никогда не видела ничего более потрясающего! Это… это…

– Незабываемо, – дополнил маг.

– Говорят, можно ослепнуть от красоты Элинора, – мрачно пробормотала я, морщась.

– Тебе действительно не понять, – с какой-то затаенной грустью сказал мне Сэлн.

– Ты тоже не плясал от радости в Проклятом лесу.

– Это другое… – он не знал, как объяснить, а я и не напрашивалась. Ррух, ему паршиво там, мне отвратительно здесь. По-моему, все одинаково.