Генри Балмер - Волшебники Сенчурии

— Успокойся, Вал! — Редферн сделал попытку пробиться сквозь душные миазмы паники. — Я, по-моему, понимаю. Я не совсем уверен...

Где-то в лесу хрустнула ветка. Редферн сглотнул и постарался потверже сжать винтовку.

— Жители Сенчурии одолели нас с помощью излучения беспримесной ненависти от этих кристаллов. Потом они вынудили нас любить друг друга. А теперь, Вал, мы с тобой напуганы.

— Да... — Вал потянулась к нему, чтобы дотронуться до его руки.

— Так что я думаю, что они работают с эмоциями! Они манипулируют людьми и их чувствами. Эти кабели под койками, эти антенны у нас на голове — они служат одной и той же цели: обитатели Сенчурии выкачивают эмоции у других людей! Может быть, они умеют хранить их, не знаю, но я совершенно убежден, что они допустили наш побег и организовали эту полузакрывшуюся дверь, подсунули нам одежду, винтовки...

— Они СПЕЦИАЛЬНО позволили нам бежать? Но, Скоби, ведь это значит!..

Редферн свирепо кивнул. Он по-прежнему чувствовал страх, но гнев уже породил в нем крошечный зародыш возвращавшейся храбрости.

— Они сказали, что мы должны заплатить, а мы не пожелали платить любовью, в смысле — эмоцией любви, так что они решили взять взамен страх. Они дали нам бежать, а теперь охотятся за нами. Нас преследуют, чтобы заставить нас бояться, и чем сильнее мы испугаемся, тем лучше для них. Чем больше страха мы чувствуем, тем больше они его наберут в своих проклятых аккумуляторах эмоций! Вал привстала, тоже начиная сердиться.

— Должно быть, ты прав, Скоби. Это не имеет ничего общего с Арланом! Галт ошибся! Эти люди вовсе не добры — они настоящие злодеи!

Редферн понял, о чем она говорит, хотя употребляемые ею эпитеты и были старомодны. На них обязательно должны охотиться — не ради забавы, но для того, чтобы обеспечить нужный запас эмоции страха!

— Мне хочется расколотить эту антенну! — сердито сказал Редферн. Вал быстро покачала головой.

— Нет, Скоби! Они мне сказали, что это может убить!

— Ну ладно. Значит, нам придется смириться с этим. Не стоит пока пытаться от них избавиться. Но то, что они выпустили нам вслед, приближается, чем бы оно ни было. Хорошо ли ты стреляешь из винтовки, Вал?

— Я умею целиться и нажимать на спуск. Но я не особенно много тренировалась. В Монтрадо пользуются самострелами.

— Ну, сейчас нет времени давать тебе уроки. Просто целься в... ну, в то, что там... и нажимай поплавней на спуск. По крайней мере, заставишь их пригнуть головы.

— А как насчет той вспышки изумрудного огня, выбившей винтовку из рук Нили?

— Ею стреляют кристаллы. Если они так поступят с нами, то, надо полагать, охота закончится. Так что сейчас нас не кристаллы преследуют.

Тот, кто запасал эмоцию страха, поступавшую от Скоби Редферна, наверняка работал сейчас в поте лица. Надо полагать, он получил полную меру. Редферну пришлось совершить над собой усилие, чтобы выровнять ствол винтовки и начать высматривать неведомых черно-желтых чудовищ, крадущихся им вослед. В дебрях леса что-то перемещалось. Редферн заметил, как еще раз мелькнула в зарослях черно-желтая шерсть и блеснул оскаленный клык, после чего неизвестное существо опять исчезло за деревом. Редферн замер. Он рассудил, что если его безумные на первый взгляд предположения соответствуют истине, а он твердо верил, что они соответствуют, то народ Сенчурии не станет охотиться обычным путем. Им будет, в общем, все равно, увидят ли их охотников, и они не станут пытаться убить свою жертву — они будут лишь пугать ее, окружать, тревожить, словом, делать все, чтобы провести ее сквозь целую гамму страхов. А потом, если он прав, этот страх, еще сырой и дымящийся, будет переправлен в накопители и там сохранен. Страшное нечто выпрыгнуло на открытое пространство ярдах в двадцати от них, щелкнуло челюстями и вновь нырнуло в подлесок. Редферн ощутил, как его прошил тошнотворный спазм. Вал издала придушенный вопль.

— Что это такое?

— Что-то опасное.

Более всего эта тварь напоминала таракана — только таракана, покрытого черно-желтым полосатым мехом и полных шести футов в длину от кончика вытянутых челюстей до кончика шипастого хвоста. Его огромные челюсти и очевидная мощь зазубренных жвал наполнили Редферна отвращением и вместе с тем сознанием собственной ничтожности. Поистине, волшебники из Сенчурии получат от него самый полный запас страха! Шорох в кустах между деревьями становился громче и приближался. Вал резко обернулась.

— Скоби, они повсюду!

— Если то, что я думаю, верно, то они не хотят нас убить. Они хотят лишь нас запугать! Отлично! Мы их проведем, превратим их слабость в нашу силу, — Редферн вскочил, в душе его кипел гнев, горечь, ненависть, страх. — Идем! Левой рукой он схватил Вал за руку и поднял ее на ноги. Редферн направился мимо древесного ствола в глубину ложбины. Таракан помчался к нему. Вместо того, чтобы убегать, Редферн сам бросился на эту тварь, размахивая зажатой в правой руке винтовкой. Он изо всех ударил прикладом пониже рыла и таракан перевернулся на спину. Его короткие ноги дергались в воздухе, словно коленчатые шатуны. Редферна окатило волной облегчения. Он побежал дальше.

— Если они хотят нас напугать, им придется придумать что-нибудь получше! — воскликнул он.

Другой таракан ринулся на него. На этот раз тварь была в черно-белую полоску — явно того же вида, но с иным рисунком спины и с еще более могучими и огромными челюстями, придававшими ее голове сходство с ковшом экскаватора. Редферн выпустил Вал и сжал винтовку обеими сразу же вспотевшими руками. Взмахнул ею в приступе гнева и ужаса. Тварь отскочила, челюсти ее лязгнули. Редферн снова ударил винтовкой, как булавой, услыхав при ударе громкий треск и увидев, что приклад погружается в белый мех. Тварь завизжала. Она промчалась мимо них и неуклюже заползла в заросли. Вал смотрела ей вслед, в глазах девушки плескался тошнотный ужас.

Впереди появлялись новые тараканы, лязгая челюстями.

Семенящие лапы неуклонно несли их все ближе к людям. Ужас, возбуждение и паника, хаотично смешиваясь в душе Редферна, разрядились вдруг вспышкой неистового бешенства. Он поднял винтовку и бросился вперед.

— Скоби! — закричала позади Вал.

Он размахивал винтовкой, нанося страшные удары, обрушивая приклад налево и направо, слыша треск и глухое чавканье, видя, как из разломов и трещин струится темно-пурпурная жижа. Черно-белый и черно-желтый мех покрывался пятнами нечеловеческой крови.

Редферн прорвал кольцо.

— Сюда! — проревел он.

Вал, следуя за ним, перепрыгнула перевернутое барахтающееся тело упавшего таракана. Глядя на нее, Редферн обратил внимание на антенны, прикрепленные к торчащему из ее макушки стержню. Испускаемое ими сияние превратилось из синего в янтарное, пронизанное огненно-красными искрами.