Лилия Руднева - Ведьмами рождаются

— Просыпайся, — с каждой оплеухой приговаривал злобный, полный страха мужской голос, — хватит дрыхнуть!

Настя застонала и попыталась увернуться от пощёчин.

— Очухалась! — облегчённо произнёс реаниматор-любитель.

Настя открыла глаза. Она лежала на земле возле джипа, над ней стоял жуткий мужик с лицом законченного психопата.

— Серый, она пришла в себя, — заорал Косой.

— Неужели? — ехидно спросил Серый, не прошло и часа!

— Я ж не виноват, что девка такая хилая попалась! — оправдывался Косой.

— А ты бы ещё больше хлороформа в платок вылил, чтоб она вообще загнулась!

С этими словами Серый подошёл к Косому и от всей души зарядил тому в ухо. Косой, сделав в воздухе изящный пируэт, упал на землю и затих. Настя, тем временем, смогла сесть и оглядеться. Судя по всему она находилась далеко за городом. До самого горизонта тянулись засеянные поля пшеницы, а чёрный джип громадной глыбой уродовал нежный ромашковый луг.

— Ну что, красавица, думала, не найдём мы тебя?! — на неё смотрел абсолютно серый человек.

Настя непонимающе молчала. Внезапно какая-то сила оторвала её от земли и поставила на ноги. Девушка испуганно оглянулась — за её спиной стоял бритоголовый тип, настолько толстый и рыхлый, что казалось его хребет не выдержит нанизанного на него жира, и тип вот-вот растечётся по земле, превратившись в желе. Жирный, скорчив злобную рожу, легонько пнул её животом. Настя отлетела не меньше, чем на метр, и жалобно заскулила.

— Кто вы такие и что я вам сделала? — подвывала она.

— Слыш, Серый, она нам дурочку впаривает, Косой уже отошёл от удара, и искал возможность сорвать на ком-то злость, — а-ну говори, сука, куда золото заныкала!

Он подбежал к Насте и наотмашь ударил её по лицу. Настя закрылась руками и свернулась калачиком, ожидая новых ударов.

— Остынь, Косой, девочка умная, она не захочет, чтобы её покалечили, поэтому сейчас нам всё расскажет, — мягко, с интонацией удава, проговорил Серый.

Он резко поднял Настю на ноги и прислонил к джипу. Девушка была подавлена, деморализована, её никак не удавалось собраться с мыслями, она не имела сил даже открыть рот, чтобы ответить. Всё, что ей удавалось, это стоять на ногах, упираясь в джип, и непонимающе пялиться на троих уродов, которые окружили её и ждали ответа.

— Итак, где золото? — с улыбкой шакала спросил Серый.

— Ка-какое золото? — Насте удалось наконец-то разлепить губы.

— То, которое бабка Серафима передала тебе перед смертью.

— Она ничего мне не передавала, — девушку начинало трясти, — я вообще лет пятнадцать с ней не общалась.

— Да вкручивет она нам, Серый, — глаза Косого от злобы сошлись на переносице, — дай я ей пару раз в рыло заеду!

— Успеется, — осадил его тот.

— Слыш, Серый, — застенчиво проговорил Худой, — я вам пока не нужен?.. Тогда я это… Пойду пообедаю, а то кишки от голода сводит.

— Когда ты уже нажрёшься! — раздражённо ответил тот, окинув взглядом «сведённый голодом» шарообразный живот Худого, — иди, только быстро.

Худой со скоростью света вытащил из джипа огромный кулёк и с умильной улыбкой устроился в ромашках.

— Ну так как же так получилось? — Серый снова обратился к Насте, — разве можно брать чужое? Нехорошо, — он картинно покачал головой, — придётся вернуть.

— Да я с удовольствием вам верну всё, что захотите, только никакого золота бабка Серафима мне не передавала, Честное слово! — Настя для убедительности прижала руки к груди.

— Послушай, деточка, — голос Серого перестал быть ласковым, — мы серьёзные люди и не можем ждать когда ты перестанешь ломаться. У тебя осталась последняя возможность сохранить здоровье. А потом тебе будет очень, очень больно.

— Но я ничего не знаю! — заплакала Настя, — я не виделась с Серафимой, у меня нет золота!

Её рыдания прервал жестокий удар в солнечное сплетение. Согнувшись пополам, Настя судорожно пыталась поймать хотя бы глоток воздуха. От боли потемнело в глазах.

— Ну зачем ты себя мучаешь? — сочувствовал ей Серый, — подумай, стоит ли таких страданий какое-то ничтожное золото? А ведь дальше будет ещё больнее, — он сокрушённо вздохнул.

— Сначала я переломаю тебе пальцы на руках, а затем выбью все зубы, — радостно, предвкушая развлечение, просвещал её Косой.

— Ребята, ну поймите, нет у меня золота, — взмолилась Настя, — иначе я давно бы вам всё отдала!

Последовал сокрушительный удар в челюсть, Настя свалилась на землю, но сознания не потеряла. Понимая, что эти садисты не отпустят её живой, девушка попыталась отползти от них. Мысль о том, чтобы использовать свою силу, даже не приходила ей в голову. От страха она попросту о ней забыла. Кто-то потащил её за ноги обратно к джипу, Настя орала и брыкалась, но её могли услышать лишь бескрайние поля пшеницы.

Внезапно к её крику присоединился ещё один. Жуткий, пробирающий до костей, страшный вой. «Яшка»- мелькнула в голове у Насти радостная мысль.

Пока братки стояли с открытыми ртами и побледневшими от страха лицами, из-зи джипа величественно появился Пенёк. Лицо и одежда его были в зелёных пятнах травы, а на голове красовался роскошный венок из ромашек.

— Здрасьте, люди добрые, — проявил он вежливость, — вы моего крокодила тут не видели?

Парни синхронно повернули к нему головы и испугались ещё больше.

— Какого крокодила? — Худой первым пришёл в себя и стал опасливо оглядываться.

— Обыкновенного, маленького такого, метра три всего. Убёг, зараза, а мне теперь бегай его, искай! А как его найдёшь в траве — эту падлу зелёную! — пожаловался он браткам.

В этот момент ожили Серый и Косой. Они подошли поближе к джипу, тревожно всматриваясь в траву.

— Ты чё, дядя, в натуре крокодилов разводишь? — недоверчиво поинтересовался Серый.

— Ага, питомник у меня тут недалеко, — с готовностью ответил Пенёк.

Настя потихоньку заползла под джип.

— Так чего ж ты не смотришь за ними, придурок! — заорал Косой.

— Да он шустрый такой, зараза! Я клетку открыл, чтоб, значит, покормить его, а он как ломанулся!

Наверное, братки не слышали известного анекдота, поэтому и принимали бред Пенька за чистую монету.

— А венок зачем на бошку нацепил, как Красная Шапочка? — поинтересовался Худой.

— А чего? — удивился Пенёк, — красиво ж! Хотите я вам его подарю, этот цвет должен вам подойти.

И он шустро, пока Худой не опомнился, подпрыгнул и одел венок ему на голову. Вид жирной расплывшейся туши в романтичном девичьем веночке вызвал у его дружков приступ гомерического хохота.

— Ты посмотри, Серый, прям Белоснежка, сожравшая семь гномов! — заливался Косой.