Михаил Ерунов - Брошенный мир

К кострищу начали сбегаться орки. Прибежал и Архрам, и с ходу накинулся на Гарлига:

-Вы что, совсем обалдели?! На кой черт вы подожгли весь хворост?! Я же просил просто развести огонь, а не спалить к чертовой бабушке все стойбище!

-Да он сам загорелся, - растерянно начал оправдываться Гарлиг. - Чертбыдрал зажег деревяшки, а я пошел за охапкой хвороста. Тут-то куча и вспыхнула... Может, молния?..

-Какая, к бесу, молния?! - заорал на него Архрам. - На небе ни одной тучки!

-А хрен ее знает... - пробормотал Гарлиг и вопросительно посмотрел на своего напарника.

Но Орикс смотрел не на него, а на яростно бушующий огонь. Он притягивал его к себе, словно магнит. Это было что-то родное и близкое, манящее и обещающее новую силу. Орикс сделал первый робкий шаг, а затем решительно пошел к костру. Когда огонь оказался совсем рядом, Гарлиг пытался ухватить его за руку и остановить, но он отмахнулся от него, словно от надоедливой собачонки, да так, что огромный орк кубарем отлетел в сторону. А затем он вошел в огонь.

Орки дружно ахнули, а наиболее впечатлительные самки даже закрыли лапами свои перепуганные морды. Никто не сомневался в том, что странного чужака ждет ужасная и быстрая смерть, но произошедшее далее изумило их еще больше. Пламя не охватило его, а расступилось, как бы пропуская в самую середину костра. Прямо на глазах жалкие обноски, в которые был одет Чертбыдрал, превратились в великолепный красный камзол, за его спиной появился развивающийся алый плащ. Изменился и внешний облик самого чужака. Его нечесаные космы неопределенного цвета стали теперь огненно рыжими, покрытое грязью лицо приобрело аристократическую бледность, сутуловатые плечи распрямились, и вся фигура являла собой воплощение божественной величественности.

Первым бухнулся на колени Архрам, и его примеру последовали остальные члены стаи. Орикс вышел из огня и обвел взглядом согбенные спины орков.

-Не знаю, повезло вам, или не очень, но я действительно Орикс, Бог Огня, - произнес он в полной тишине. - И, как бог, я обещаю, что не причиню вашему племени никакого вреда. Напротив, я постараюсь сделать все, чтобы обеспечить вам более достойное существование, а вашим детям счастливое будущее. Вы приняли меня, не зная ни роду, ни племени, я разделил с вами кров и пищу. Законы гостеприимства, оказывается, не чужды и оркам, и мне приятно это осознавать. Встаньте, друзья мои! Не стоит преклонять колени ни перед кем, даже перед богом! Отныне вы не рабы, а достойное племя, имеющее полное право стоять передо мной с гордо поднятой головой! Своей властью я дарую вам свободу, и никто, даже Сварг Темный, не сможет теперь отнять ее!

Орки не слишком уверенно поднялись на ноги, а Орикс подошел к Гарлигу и протянул ему руку.

-Ну вот, дружище, я и узнал свое имя! - улыбнувшись, сказал он. - А ты говорил, что это не так уж и важно!

-Так ты все-таки бог? - уныло протянул Гарлиг.

-Я вижу, тебя это не слишком-то радует?

-Ну, как тебе сказать... - со вздохом ответил орк. - Мне немного жаль старину Чертбыдрала... Он был моим настоящим другом. Немного шарахнутым, малость придурковатым, но все же другом.

-Так что же изменилось теперь? Ведь Чертбыдрал никуда не делся! Он и я - это одно лицо. Изменилось только имя, а к нему быстро можно привыкнуть.

-Но ты сейчас бог, а я всего лишь непутевый орк, не имеющий даже души...

-Поверь мне, Гарлиг, настоящий друг нужен богу Ориксу ничуть не меньше, чем шарахнутому Чертбыдралу! Возможно, даже больше... Вчера я искренне предложил тебе свою дружбу, и сегодня от всего сердца подтверждаю это. Я изменился только внешне, а внутри остался тем же, кем и был. И про душу вчера я тоже тебе не врал! Лгал Сварг Темный, убеждая вас, будто он уничтожил ее, но он всегда был лжецом. Сегодня, вспомнив многое из того, что было прежде, я могу с уверенностью сказать - душа у орков есть, и сейчас она наконец-то обретает свою свободу!

-Правда? - с надеждой спросил Гарлиг.

-А то нет?! - весело рассмеялся Орикс. - Между друзьями врать друг другу не принято!

Гарлиг наконец-то улыбнулся, пожал протянутую руку, а затем порывисто обнял Орикса.

3. Кайра.

Кайра взглянула на себя в огромное зеркало, висящее на стене, кокетливо поправила прическу и, распахнув дверь, вышла в величественный Хрустальный зал Поднебесного дворца. Придворный дамы из лучших эльфийских семей тут же повернулись к ней, и дружно присели в заученном реверансе.

-Вы прекрасны, госпожа Кайра! - пронесся по залу их восхищенный шепот. - Сегодня Вы просто великолепны!

-Как дрессированные мартышки на задних лапках! - неприязненно подумала Кайра, отвечая на восторженные приветствия придворных холодной улыбкой. - Выпрашивают моего расположения, словно кусочек какого-то лакомства! Кругом одна ложь и лицемерие! Что и говорить, Ассаан стал скучным и пресным с тех пор, как он покинул его!

Кайра даже в мыслях не позволила себе назвать имя того, кого так страстно любила прежде, да что скрывать, продолжала любить и до сих пор. Это имя стало для нее запретным, но по-прежнему манило своим звонким звучанием и зажигало пламенный огонь страсти в ее опустошенном сердце.

Кайра величественно проследовала между рядов огромных хрустальных колонн, поддерживающих прозрачный до невероятности свод, и, взойдя по ступеням на пьедестал, повернулась лицом к залу.

-Благодарю всех, кто пришел на церемонию утреннего приветствия, - произнесла она, и опустилась в резное кресло из белоснежного мрамора, покрытое великолепным ковром ало-красных оттенков. - Повелитель Звезд Мэлвин прибудет с минуты на минуту.

-Матушка, позвольте приложиться к Вашей руке, - негромко произнесла подошедшая к Кайре Тиана.

Кайра молча протянула своей младшей дочери руку для поцелуя. Все это происходило чинно, заученно и скучно. Лица присутствующих на церемонии не отражали никаких эмоций и больше напоминали благостные маски, надетые ими по случаю. Все они, и эльфы, и люди, и гномы, представители всех трех народов, созданных когда-то триумвиратом богов, казалось, навсегда утратили способность искренне веселиться, шутить и спорить, быть самими собой, в конце концов. С каждым новым днем это становилось заметнее, и Кайра не могла понять причин происходящего.

Затрубили фанфары, и в Хрустальный зал вошел Мэлвин. Слегка прихрамывая, он прошел тем же путем, что и Кайра, поцеловал ей руку, и сел в свое кресло, стоящее рядом. Вызванная его появлением новая волна оживления вскоре стихла, и церемония вновь вернулась в свое привычное русло.

Пока Повелитель Звезд решал какие-то неотложные дела, выслушивал доклады, разрешал споры, Кайра откровенно скучала. Ей хотелось как можно быстрее покинуть зал, выйти в сад, привести в порядок растревоженные чувства, и наконец-то поговорить с Мэлвином о том, что так беспокоило ее, наедине.