Пол Кемп - Царство Тени

— Я этим займусь. Но не для тебя.

Он чувстововал присутствие Маска рядом, чувствовал его дыхание на своей щеке.

— Знаю. Поэтому я и выбрал тебя для этого дела. Я хочу сказать тебе кое-что, кое-что, что я слишком редко говорил тем, кому… причинял вред.

Кейл замер, боясь того, что должно было последовать. Тени толчками сочились из него, как эхо его колотящегося сердца.

— Мне жаль, — сказал Маск.

Кейл услышал искренность в его словах. Он пытался повернуться, но не смог.

— Ты сказал, что ты был предвестником? Чего?

И тогда ему в голову пришла мысль — ужасная возможность.

— Ты… служил ей?

Но момент был утрачен. Маск уже исчез. Вернулся звук отдалённого прибоя. Кейл вспомнил, что нужно дышать. Ему потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя, а потом он положил ладонь на могилу Джака.

— Я сделаю что смогу, коротышка.

Рассеяв окружившие его тени, Кейл обнаружил, что на мосту в башню больше нет теневых ходоков. Он встал и шагнул через тени в храм. Он превратил своё тело в тень, невидимую для обычного зрения, даже зрения ходоков, и пошёл по залам, разыскивая Магадона. Он обнаружил мага разума в одиночестве в небольшой келье для медитаций, примостившейся в углу здания. Сквозь высокое, узкое окно сочился слабый свет звёзд, разделяя помещение надвое, на свет и тьму, линию, отделившую Кейла от Магадона.

Напряжение избороздило лицо мага разума; его ладони были сжаты в кулаки. На виске пульсировала жилка — зримое проявление бушевавшего за закрытыми глазами шторма. Он разговаривал сам с собой. Кейл не мог разобрать слов.

Кейл сбросил свои тени, стал видимым.

— Магз.

Магадон помотал головой, забормотал громче, крепче обхватил руками колени, как будто пытаясь не дать себе рассыпаться.

— Магадон.

— Оставьте меня в покое!

— Магз, это я. Эревис.

Магадон открыл глаза, так медленно, как будто его веки были сделаны из свинца. Белки глаз мага разума мерцали в темноте.

— Кейл.

Голос Магадона звучал как будто издалека, и Кейл задумался, в каком далёком царстве блуждали его мысли.

Кейл вошёл в тесное помещение, с другой стороны копья звёздного света, и опустился на колени рядом с другом. Магадон пах застарелым потом, как пахнет комната больного. Кейл положил ладонь ему на плечо.

— Ты в порядке?

Черные точки зрачков Магадона пронзили Кейла.

— Нет.

— Мне жаль.

— Я знаю.

Кейл поднялся, протянул Магадону руку:

— Встань на ноги.

Магадон взялся за его руку, встал.

— Я исправлю это, Магадон. Я отправляюсь сейчас.

Магадон облизал губы и заморгал, прогоняя сонливость.

— Я хочу пойти с тобой. Я должен быть частью этого.

— Ты же знаешь, что тебе туда нельзя. Но я хочу, чтобы ты связал наши разумы и поддерживал связь. Сможешь? Или это будет слишком тяжело?

Магадон проверил свою силу воли, кивнул.

— Смогу.

— Если я тебе понадоблюсь, если что-то произойдёт, если ты… начнёшь ускользать, скажи мне.

Магадон мгновение смотрел на него, потом кивнул.

— Не дальше, Магз.

Магадон улыбнулся, и в этой улыбке Кейл увидел последний проблеск надежды, выдавленный из оболочки его ухудшающегося ментального состояния.

— Падать осталось не так уж долго, Кейл, — сказал Магадон.

— Сделай это, — ответил Кейл.

Магадон закрыл глаза и нахмурил лоб. Когда красное сияние возникло вокруг его головы, он моргнул. Кейл почувствовал, как за глазами поселился раздражающий зуд — эффект открывшейся мысленной связи.

Большую часть времени связь должна бездействовать, предупредил Магадон.

Кейл заметил, что мысленный голос друга звучит глубже, чем раньше, больше похож на голос его отца.

Если я тебе понадоблюсь, сказал Кейл, скажи мне и я приду.

Магадон кивнул. Кейл сжал его плечо и оставил Магадона наедине с его мыслями, с войной под его черепом. Покинув келью, он почувствовал, как связь засыпает.

Кейл разыскал Наяна, обнаружил его сидящим в одиночестве в трапезном зале, который освещали только две тонких свечки, тающих на своих подсвечниках. Глядя на него, сидящего вот так, Кейл решил, что храм Путевого камня превратился в мавзолей, где мёртвые и умирающие сидят в одиночестве в комнатах из камня.

Маленький человек носил просторную рубаху, такие же штаны, и всегда производил впечатление целеустремлённости. Он встал, когда вошёл Кейл. На столе перед ним стояла тарелка с хлебом и сыром. Кейл почувствовал удовлетворение из-за того, что Наян не услышал, как он приближается.

— Садись, — сказал Кейл. — Ешь.

Наян благодарно наклонил голову. Он сел, но ни на мгновение не оторвал взгляд от лица Эревиса.

— Повелитель теней посещает тебя в телесной оболочке, — сказал Наян.

— Иногда.

— Ты благословлён.

Кейл хмыкнул.

— Как скажешь. Наян, мне нужно, чтобы ты и остальные оставались здесь и приглядывали за Магадоном.

Выражение лица Наяна не изменилось, но тени вокруг него всколыхнулись.

— Ты уходишь?

— На время. С Ривеном.

— Мы будем сопровождать вас. Мы прибыли сюда, чтобы служить Правой и Левой руке Маска.

— Вы послужите мне, присматривая за моим другом. Его нельзя оставлять одного. Но со мной он пойти не может.

Наян принялся разглядывать лицо Кейла и наконец кивнул.

— Куда ты идёшь?

Кейл на мгновение задумался над ответом.

— Отправляюсь убить бога, — сказал он, и вышел из зала, чтобы найти Ривена. Он обнаружил убийцу в центральном зале на втором этаже, вместе с его двумя собаками. При появлении Кейла они замахали хвостами, но хозяина не оставили.

В морщинах на лбу Ривена виднелся вопрос, но затем он разгладился, превратившись в ответ.

— Я смотрю, в итоге ты всё-таки нашёл что-то.

Ривен действительно мог читать у него по лицу.

— Кое-что, — согласился Кейл, думая о Маске, о Магадоне, о Джаке.

— Тогда что теперь? — спросил Ривен.

Вокруг Кейла закружились тени.

— Мы расскажем Абеляру о природе Бури Теней, чтобы он убрал беженцев с её пути.

— А затем?

— Убьём Кессона Рела. Или умрём, пытаясь. Магз почти кончился.

Ривален сделал глубокий вдох, кивнул.

— План?

— Отправиться в Ордулин. Найти его. Убить его.

Ривен хмыкнул сквозь свою козлиную бородку.

— Должно быть, потребовалось немало времени, чтобы ты смог это придумать.

Кейл против воли улыбнулся. Редкие проявления юмора у Ривена казались ему столь же неуместными, как безволосые щёки у дварфа.

Тот его двойник, с которым мы сражались в Чаше, — сказал Ривен. — Настоящий Кессон Рел должен быть сильнее.